КЛАССИКА АВАРСКОЙ ПОЭЗИИ АДАЛЛО ПРОДОЛЖАЮТ ЗАМАЛЧИВАТЬ И ПОСЛЕ СМЕРТИ

№ 2016 / 41, 25.11.2016

Месяц назад в центре Москвы прямо на Старом Арбате открылась выставка «Дагестанские поэты о любви» (продлится до 5 декабря). На днях довелось и мне её посетить: гуляя по знаменитой пешеходной улице художников и артистов, я наткнулся на привычный уже для москвичей ряд фото-стендов (такие же часто появляются, например, и на нашем Цветном бульваре, где пока ещё работает редакция «ЛР»). На каждом стенде – портретное изображение одного из известных дагестанских поэтов, краткая биографическая справка о нём и стихотворение о любви в переводе на русский язык.

7 Dagestan Arbat

На сайте Постоянного представительства Республики Дагестан при Президенте РФ, под эгидой которого (наряду с Департаментом культуры Москвы) проводится выставка, уточняют, что она «была задумана для знакомства московской публики с лучшими поэтическими произведениями дагестанских авторов. Тема любви как самая популярная и наиболее привлекательная для поэзии – стала центральной. Наряду с классиками дагестанкой литературы, такими как Сулейман Стальский, Ирчи Казак, Омарла Батырай, Расул Гамзатов, Фазу Алиева, представлены и современные поэты Дагестана. Вы можете увидеть стихи, воспевающие любовь к матери, родине, женщине, друзьям. Весь калейдоскоп эмоций и чувств, который составил одну большую поэтическую экспозицию.

Вопреки заявленной теме, организаторы допустили одно исключение: рядом со стихами поэтов-дагестанцев, есть и стихи о дагестанце – Герое России Магомеде Нурбагандове, прославленном на весь мир бесстрашием и призывом: «Работайте, братья!»…»

Вроде бы всё красиво и правильно. Но одно в этой выставке меня сильно смутило: среди более чем тридцати поэтов не нашлось места классику дагестанской поэзии Адалло Алиеву, покинувшему наш мир в августе прошлого года. Некоторые специалисты считают Адалло крупнейшим аварским поэтом двадцатого века, не уступающим по творческой силе Расулу Гамзатову. Стихов о любви у него, как у всякого крупного поэта, тоже достаточно (выходила даже целая книга на русском языке «Воспоминания о любви»). К сожалению, единственной причиной отсутствия Адалло на выставке «Дагестанские поэты о любви» может быть только замалчивание его исключительно по политическим мотивам. У поэта была трудная, драматичная судьба: он открыто критиковал власть, его обвиняли в сотрудничестве с чеченскими террористами, долгое время скрывался в Турции. Но, во-первых, до сих пор неизвестно, насколько справедливы были те обвинения (см., в частности, последнюю беседу с поэтом в нашей газете), а во-вторых, разве не должна культура и поэзия привносить мир и единство в семью народов нашей великой многонациональной страны, помогая людям подниматься над политическими разногласиями?

Редакция «Литературной России» не намерена мириться с замалчиванием выдающегося кавказского поэта, и, чтобы восполнить вопиющий пробел, допущенный в упомянутой выставке на Арбате, публикуем сегодня на наших страницах некоторые из последних стихотворений Адалло Алиева, недавно присланные нам его переводчицей Миясат Муслимовой.

 

Евгений БОГАЧКОВ

 


 

АДАЛЛО

7 adallo35

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЛЕЧИТ ВЕЧНОСТЬ НАШИ РАНЫ

 

 

Последнее стихотворение

 

Мой друг,

мой дорогой друг,

я тороплюсь покинуть этот мир…

Жизнь впереди – кольцо слепых разлук,

Где каждый наг, беспомощен и сир,

И только смерть – залог освобожденья.

 

Давно стремилось сердце за пределы

Земной судьбы – увидеть вечность –

Свой последний дом,

Исканий тяжких взлёт и искупленье.

Как оглянусь на землю – опустелый,

Стоит, как ком…

Всё унесёт глухая быстротечность,

Развеяв в прах измученное тело.

 

Как, оглянувшись, посчитаю годы,

Задумаюсь над прошлым, – так всегда

Над призраком блистающей свободы

Восходит, насмехаясь, пустота.

Когда взойду на тайные вершины

Своей мечты, морщинистой, как век,

Когда поля, предгорья и лощины

Леса вопросов вскинут, их набег

Не удержать.

И только пустота

Отринет всё, посмотрит долгим взглядом.

Её речей бездонна красота,

И взгляд глубок – она со мною рядом.

Она всё смотрит, смотрит на меня

И говорит, что нет меня ценнее.

Чем ярче свет, тем от него больнее.

Всё миновало. Отгремели грозы,

Но дождь идёт… И падает… Не я –

Мои глаза виновны – что за слёзы…

Мой друг,

мой дорогой друг!

И я был на этой земле,

И был послан Аллахом,

Но даже оказавшись в вязкой тьме,

Предательства, обмана и разлук,

Я шёл к добру, не зная капли страха.

(Вот, мама, я – с душой неутолённой,

Измученной, в страданьях закалённой,

Стою перед тобой – поверь,

я Путь искал, как ищет путь вода,

Но славы я не жаждал никогда).

 

Пройдёт десяток лет,

Пусть век пройдёт,

Но люди не забудут обо мне,

Над болью бед

Поэзия взойдёт

И в будущем, равняясь на меня,

Далёкие писатели тех лет,

Честь имени и памяти храня,

Проверят Слово горечью побед.

И будет так: последний горец,

Единственный оставшийся в живых

Крестьянин, воин, миротворец, –

Встречая долгими ночами

Последний час,

Сглотнёт слезу

над книгами моими и мечтами.

 

Мой друг, я тороплюсь…

 

 

Мне сообщили, что меня убьют

 

Мне сообщили, что меня убьют.

Вползает в город морок палача –

он здесь найдёт и жертву, и приют.

Пропахла смертью крепость Махача.

Из темноты стреляющая тень,

бесцветный дьявол, выйди на дорогу,

чем в спину псом кидаться. Вот мишень –

я здесь, стою у отчего порога,

давно Всевышним к подвигу разбужен.

Передо мною встань – я безоружен.

 

Что ты за зверь, кого и не увидишь?

По лицам подлецов я не скучал.

Прощу не о пощаде –

Дай череп твой ощупать. Замолчал…

Пощадой не удружишь, а обидишь.

В меня не раз, а сотни раз стреляли,

травили и в засадах стерегли,

клеймили, обвиняли, оболгали…

Но я перед тобой воскрес – взгляни!

Смотри в упор – мы свидимся не раз.

Запомни: ты никто. Ты тень теней,

в тени держащей храм земли – Кавказ.

Ты скот из тех скотов, что в племени людей

родился упырём, чтоб к скотству нас тянуть,

и выпить кровь у тех, кто выбрал Путь.

 

Мне сообщили, что меня убьют.

Вползает в город морок палача,

Он здесь найдёт и жертву, и приют.

Пропахла смертью крепость Махача.


 

Мы тоже скоро

 

Скоро, друг, и мы очнёмся

Ото сна земли,

Сдвинув звёзды, пронесёмся,

Словно корабли

Полетим через туманы

В синеву небес.

Лечит вечность наши раны –

У неё свой крест.

 

Перевод с аварского Миясат МУСЛИМОВОЙ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *