ПРИНЦИП МАФИИ

№ 2006 / 26, 23.02.2015

1
Двадцатый век, несмотря на глобальные коллективистские эксперименты в сфере государства и общества, всё-таки был эпохой победившего индивидуализма. Персона, имидж, неповторимость индивидуума – всё это пестовалось, взращивалось, лелеялось многочисленными жрецами Культуры, волшебниками Искусства.
«Ты! Ты! Ты!», – непрерывно вещали глашатаи свободной эры. «Я! Я! Я!», – отвечали люди с разбуженным самосознанием. Словно заботливая птица-мать, интеллигенция кормила народ червячками индивидуального тщеславия, атомизируя монолит массы, взращивая одиночество. Сея семена отчаяния.
Фридрих Ницше, осознав степень собственного заблуждения, сошёл с ума.
Эрнст Юнгер и Юлиус Эвола, два античных титана, одними из первых забили тревогу. Но их набат глушили «голоса свободы». Потом, ненавидимый всеми, плевался-ворчал Луи-Фердинанд Селин, по-ницшеански отплясывая свой ригодон. Но и у него был «волчий билет» – «коллабос»! Юкио Мисима – эстет-самурай, нашедший в безличной, унифицирующей социум Традиции единственный повод к существованию полноценной человеческой личности, публично вспорол себе брюхо и был осмеян «я-толпой».
Но уже экзистенциалистов проигнорировать не получилось. Ехидный Сартр, затошнивший самого себя. Камю, постороннее-безразлично кативший в гору сизифов камень «свободы». Этих ребят нельзя было просто обсмеять, политкорректность не позволяла. И вдруг родилась догадка: «Я!» – это всего-навсего звук, крик, вопль. Громкая заява подростка, у которого ломается голос и снятся первые эротические сны. Или же – придыханный шёпот обессиленного старика, цепляющегося дрожащими пальцами за крошащиеся куски реальности – из страха перед надвигающейся Вечностью. «Я» – слишком мало, чтобы говорить об этом всерьёз. И ещё: когда мы уважаем человека, мы обращаемся к нему на «Вы».
Советская литература с мужеством Александра Матросова сопротивлялась нашествию «я-толпы». Но фантазии не хватало – словно сочиняли поздравление с 8 Марта девочкам-одноклассницам. За неискренность и формализм (формалин) соцреализму крепко врезал Эдуард Лимонов, чей зычный окрик: «Это Я! Идите вы все на!» до сих пор отзывается эхом в подземных переходах Нью-Йорка и Москвы.
2
Мы находимся на пороге новой эры: личность снова тяготеет к коллективу. Одинокие волки сбиваются в стаи. Корпоративная этика не подвергается сомнению даже самыми отпетыми эгоистами.
«Мы вместе!», – так поднимал народ Константин Кинчев ещё двадцать лет назад.
«Потому что мы – банда!», – заявляет группа «Авария».
«Никогда не иди против Семьи!», – «белые воротнички» с удовольствием цитируют Майкла Корлеоне.
В российской политике давно уже возобладал железный принцип национал-корпоративизма: партии и движения всё чаще называются не по идеологическому принципу, а по принципу национального единства. Народная партия, НАШИ, Единая Россия, РОДИНА – объединительные, имперские названия. Все – левые, правые и даже центристы – не сомневаются более: один в поле не воин. России срочно нужны герои. Много!
Государство, Церковь, Семья – эти исконные три кита русской жизни вновь несут на себе Россию-континент по бушующим волнам мирового бытия. Шторм – это хорошо, повод сплотиться! Совместное переживание беды приводит к искренней и сильной любви.
Империю рождает буря.

3
В современной русской литературе также идёт бурный процесс преодоления вируса индивидуализма. Отшельник Виктор Пелевин и нарочитый эстет Владимир Сорокин, воинствующие одиночки, одними из первых среди актуальных писателей обратились к изображению надиндивидуальной, коллективной реальности. Пространство фантасмагорических романов Александра Проханова, похоже, скоро вместит в себя всю вселенную. Новая книга Юрия Мамлеева «Другой» также носит во многом социальный характер, обращается к проблемам обыденной народной жизни. Последний политический боевик Эдуарда Лимонова называется «Такой президент нам не нужен!» – и здесь общество выступает впереди отдельного человека. И даже хулиганистый Дмитрий Быков написал биографию Бориса Пастернака – поэта, чьё творчество объединяет многих. Наши сто лет одиночества подходят к концу…
Недавно вышедшая повесть Сергея Шаргунова «Как меня зовут?» – пример практически полного растворения автора в окружающем мире. Алхимический опыт всеприсутствия. Здесь личность писателя распространяется не только на большинство героев, но даже и на нечеловеческие объекты: голосистых соловьёв и урчащие грузовики. Отсюда – поиск имени. На самом деле, имён много. Очень много!
Украинский поэт Дмитро Корчинский предсказывает в будущем «революцию сообществ». Не важны более классы, идеи, социальный статус и прочие условности. Имеет значение лишь одно: с кем ты? Чей ты?! Какое сообщество представляешь?!!
В этом контексте чрезвычайно показательно всемирное увлечение футболом, феномен футбольного фанатизма. Болельщики бьются стенка на стенку не ради каких-то определённых принципов, но только лишь в силу различия цветов любимых команд. Наш клуб – лучший, все остальные – враги! Всё очень просто.
Чем более значим, влиятелен человек, тем менее он независим и свободен в личном плане. Тем более он связан с товарищами, корпорацией, коллективом. А блажить об умозрительной «свободе личности» остаётся лишь убеждённым бомжам.
Теперь, как, впрочем, во все времена, очень важно – найти свою стаю. Заметьте: не стадо, но стаю!

4
Одним из популярнейших российских телесериалов до сих пор остаётся «Бригада». Фильм этот много ругали всевозможные моралисты: жестокость, романтизация бандитизма, намеренная ориентация молодёжи на криминальный стиль жизни. Но критики не заметили самого главного – речь в сериале идёт не столько о «братках», сколько о братстве. Настоящей мужской дружбе, когда можно и нужно отдать жизнь «за други своя». Молодые пацаны со всех уголков нашей страны интуитивно поняли это и сделали Сашу Белого своим героем. Такое время: нужны крепкие сообщества, жизненно необходимы истинные вожди. Атаманы. Чтоб сразиться с недругами, а потом на пиру победителей хором громогласно спеть:

Любо, братцы, любо!
Любо, братцы, жить!
С нашим атаманом
Не приходится тужить!

Российское общество остро нуждается в новом кодексе поведения. Новой этике. Я назову это «принципом мафии». Когда держимся вместе, за своих глотку перегрызём, не выносим сор из избы. Авторитет старших, связь поколений. Работа на перспективу. Преодоление мелкотравчатого эгоизма ради общего дела. И суровая расправа с изменниками. Простить можно многое, только не предательство.
Никогда не иди против Семьи!
Когда мы наконец-то дорастём до уровня «мафиозного самосознания», каждый из нас с уверенностью сможет сказать: «Государство – это Я

Фёдор БИРЮКОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *