НЕПРИСТОЙНЫЙ КАРНАВАЛ

Рубрика в газете: Смех сквозь слёзы, № 2020 / 25, 02.07.2020, автор: Сергей ПАЦИАШВИЛИ (г. ТАМБОВ)

То, что объединяет наших консерваторов и поборников толерантности, правых и левых, а вместе с ними либералов – так это их неприязнь по отношению к комедийному жанру. Например, вот что написал недавно Захар Прилепин: «Сегодня слишком смешно. Отчего-то всё время вспоминаю поэта Александра Блока: как он не любил, когда смешно, когда хохот и раскрыты рты. Я нигде не читал об этом, но откуда-то знаю, что не любил. Большевики, стремясь к победе, когда работали – смеялись совсем мало. Ленин, Сталин, Троцкий написали десятки томов – они даже улыбаться себе почти не позволяли в своих сочинениях. Мир был серьёзен. Мир всерьёз требовал от них: измените меня всерьёз. Их оппоненты тоже не слишком смеялись. Хмуро ходила чёрная сотня. Не похохатывали кадеты. Эсеры не прыскали в кулак по поводу и без повода. У Бориса Савинкова ничего смешного нет, у него конь бледный скачет: до смеха ли. Сегодня слишком много весёлого. Это признак нездоровья».
И дальше, по тексту: «Соседняя несчастная страна теряет колоссальные территории – и хохочет. Орёт, как укушенная. Кривляется. Скачет. У неё что, есть реальные, разумные поводы для смеха? Страна находится во внешнем управлении и торгует собственной землёй – но продолжает хохотать. Комики повсюду, один из комиков даже добирается до кресла президента. Лечиться надо – они хохочут. Что нам напоминает такая прогрессивная, такая европейская Украина? Да, она отчасти напоминает Россию сегодняшнюю и очень сильно напоминает Россию в 90-е. Россия хохотала в те годы. Обвалили империю, по всем окраинам шла гражданская война, на Кавказе вырезали русских, артиллерией разносили целые города, по Москве бродил миллион бомжей и миллион беспризорных – а нация заходилась в припадке смеха. От этого хохота веяло бесовщиной».


По сути, Прилепин здесь выражает какую-то общую позицию всех христианских консерваторов. Совсем недавно у меня была передача на радио с известным философом и консерватором Александром Дугиным. Беседовали о греческой трагедии, и мой собеседник довольно резко высказывался против комедийного жанра, рассматривая комедию, как синоним пошлости, вульгарности и материализма. Я, разумеется, возражал Дугину с позиций защитника комедии. Именно эта беседа побудила меня поглубже изучить вопрос. И выяснилось, что далеко не только христианские консерваторы выступают против комедии, но и так ненавидимые ими либералы и поборники толерантности. Только мотивация немного другая. Для консерваторов комедия – это бесовщина, для леваков и либералов комедия – это рассадник расизма, гетеросексуализма, маскулинизма. В американском юморе, к примеру, огромное количество табуированных тем, и даже самая невинная шутка может быть истолкована как притеснение каких-то меньшинств и повлечь за собой опасные последствия. Например, совершенно невозможно представить себе в США такую передачу как «Наша Russia», юмор которой целиком был построен на высмеивании национальных меньшинств, секс-меньшинств, женщин и прочих групп, относимых к угнетаемым. Такую передачу не только запретили бы в США, её организаторов, скорее всего, приговорили бы к тюремному сроку. Или взять такой популярный проект как «Comedy Club». Типичный сюжет миниатюры из раннего камеди: внук приходит к бабушке и объявляет ей, что он гей. Далее, бабушка в нецензурных выражениях протестует против выбора внука. Всё это дико смешно, всё это сделано потрясающе, и всё это совершенно было бы невозможно в США или в какой-либо иной стране Запада.

Так что Захару Прилепину можно возразить, Россия в 90-ые годы стала своего рода юмор-диссидентом. Даже в странах СНГ не было такого нецензурного юмора, как здесь, а уж в странах Запада чего-то подобного не было даже и близко. В той же Украине вершиной жанра юмористического шоу стал «Квартал 95», один из артистов которого стал даже президентом страны. Но это шоу совершенно цензурное, совершенно находящееся в западных рамках, по сути, это то же самое, что советский Клуб Весёлых и Находчивых (КВН). Ранний российский «Comedy Club» – это явление совсем иного рода, на порядок фактурнее, смешнее и интереснее украинского проекта. Что касается Зеленского, то он откровенно скучный, совершенно цензурный и бесфактурный юморист. Только такой юморист и мог стать президентом Украины и только такой человек мог рассчитывать на тёплый приём на Западе.
В последнее время американские комедии поражают своей тупостью, весь юмор, по сути, ниже пояса. Но это не потому, что американцы все такие тупые или у них нет чувства юмора, просто всё, что выше пояса, для них – это не толерантно, это расизм, маскулинизм, сексизм и т.д. Единственное исключение составляют комедии Тодда Филлипса. Его фильмы «Мальчишник в Вегасе», «В притык» и пр., конечно, не образец юмора, но это хороший, качественный юмор. И, тем не менее, за эти фильмы режиссёр был подвергнут настоящей травле. Для российского зрителя это совершенно не понятно, но рядовой американец найдёт в этом кино массу того, к чему можно придраться. Это настолько утомило Филлипса, что он снял своего «Джокера», который стал своего рода манифестом умирающей комедии. Главный герой фильма «Джокер» – это метафора гонимого, затравленного юмора. Он не может сдерживать свой смех, он испытывает навязчивые приступы смеха, и из-за этого окружающие воспринимают его как изгоя. Чем сильнее они его презирают, тем навязчивее становятся его болезненные симптомы. Смех для него становится своего рода бунтом, который выливается в месть официальным комедиантам, которые шутят исключительно в рамках формата, месть стендаперам и КВН-щикам. И при этом «Джокер» – вовсе не комедия. Главный герой фильма – клоун, но на протяжении всего фильма нам ни разу не хочется засмеяться.
С Прилепиным можно согласиться насчёт 90-ых. Действительно, в это непростое для страны время мы имели взрыв популярности комедийного жанра. Но ведь смех действует терапевтически при боли и тяжёлых потрясениях. Страшно представить, что бы было, если бы люди в 90-е слишком серьёзно воспринимали всё происходящее. Возможно, масштаб гражданской войны не ограничился бы Кавказом, не исключено, что уже тогда началась бы война между Россией и Украиной. А, учитывая, что США тогда были на пике мощи и даже не побоялись вторгнуться в Югославию, кто знает, чем бы всё это могло обернуться. Да, страна рухнула, но рухнула она во многом потому, что людям обрыдло это тупое жлобство властей, эта всепроникающая серьёзная гримаса цензуры. Смех повышает болевой порог, вместе с тем он может повышать и уровень тестостерона – мужского гормона. «Британские учёные провели исследование и выяснили, почему мужская половина по своей природе больше склонна шутить, чем женская», пишет Корреспондент.Net. Оказалось, что за смех отвечает мужской гормон тестостерон. А так как его в мужском организме намного больше, чем в женском, то мужчины и шутят чаще.

То есть, согласно исследованию, смех никак не лишает мужчин воинственности и смелости, а может даже и усиливать их. Собственно, об этом и была моя полемика с Александром Гельевичем Дугиным. Я стоял на позиции, что катарсис может наступать как в результате трагедии, так и в результате комедии. А.Г. Дугин стоял на том, что катарсис возможен только после трагедии, и что это непременно есть очищение состраданием. Но повышенный тестостерон как раз не способствует состраданию, а даже наоборот. Катарсис – это лавинообразное повышение тестостерона. Тут нужно понимать физиологию древнего грека – этого дикого, древнего человека, воина и поэта. Очень часто греки страдали от эпилепсии и пирамидных расстройств, как синдром Туретта и пр. Как показывают современные исследования, самое эффективное лекарство при всех этих расстройствах – высокий уровень тестостерона. Например, отдельно были проведены исследования, доказывающие, что тестостерон помогает при болезни Альцгеймера, при болезни Паркинсона, а также при эпилепсии. Сострадание убило бы греков, оно бы так усложнило их симптомы, что эпилептики, подобные Юлию Цезарю, впали бы в беспамятство, а синдром Туретта превратился бы в болезнь Паркинсона. Древние греки нуждались в войне, как в лекарстве, и вся культура, какую они создавали вокруг себя, призвана была повышать тестостерон. Древние греки могли существовать только в условиях повышенного тестостерона. Поэтому греческая трагедия повышала уровень тестостерона так же, как это делала и комедия.
Но вернёмся к исследованию связи смеха и тестостерона. Далее по тексту читаем: «Однако, учёные отмечают, что хоть у мужчин чувство юмора и развито сильнее, но природа его отличается от женской манеры шутить. Профессор Сэм Шустёр из больницы при университете в Норфолке сообщает, что мужчины острят больше, чем женщины, но при этом их шутки имеют более напористый характер». То есть, существует некоторая разница между мужским напористым юмором и лёгкой женской иронией. Если ранний «Comedy Club» – это такой вот напористый мужской юмор, то КВН – это уже лёгкий женский жанр. Последний современными либералами и леваками не вытесняется, а даже всячески поощряется, как замена мужскому юмору. Придурковатая улыбочка, несерьёзное отношения ко всему происходящему и ироничная снисходительность даже к самой последней низости – это залог толерантности. И здесь я соглашусь с нашими консерваторами, что такая ирония в мировом масштабе – вещь вредная. Такая ирония всегда стремится доставить удовольствие, это смех всегда приятный, никогда никого не задевающий. На средневековом карнавале вас могли, например, забросать калом, показать задницу и обругать самыми грязными словами. Этот смех может быть вовсе не приятным и уже точно не толерантным. «Профессор указывает на то, что подобная манера поведения почти не встречается у пожилых мужчин, которые по уровню толерантности приближаются к женщинам».
Михаил Бахтин в своих исследованиях доказывает, что в Средние века очень многие праздники сопровождались непристойными карнавалами. А уж в Античности карнавал был извечным спутником всевозможных луперкалий, вакханалий и сатурналий. Сегодня мы уже почти разучились праздновать. Праздники приобрели серьёзно-парадный характер, а единственная форма карнавала – это пьянка, которая без меры понижает только тестостерон. Карнавальная составляющая почти полностью исчезла из культуры. На Западе она была заменена всевозможными парадами меньшинств, как гей-парады, которые, конечно, карнавалами не являются. Это именно безобидный, толерантный юмор. В России вместо карнавалов мы до недавней поры имели «Comedy Club» и огромный массив нетолерантных комедий. Но сейчас всё это куда-то начинает исчезать. То ли государство закрутило гайки, то ли Павел Воля с товарищами получил американскую визу и теперь пытается соответствовать западным стандартам. Но так или иначе, юмор сейчас снова исчезает из российской культуры, на его место снова приходят цензура и вечно чем-то недовольная харя бюрократа. Всё это чревато понижением тестостерона и в конечном итоге вырождением.
Чем всё это заканчивается – мы хорошо видели в 91-ом году. Империи неизбежно распадаются, когда их население становится слишком чувствительным к боли.

 

4 комментария на «“НЕПРИСТОЙНЫЙ КАРНАВАЛ”»

  1. Если важно мое консервативное мнение, статья в некоторых моментах разочаровала:
    1. Comedy Сlub (и ему подобные) — это ужасно пошлая передача, она на самом деле сделана по западному образцу.
    2. Глупые выводы
    Давайте не забывать про добротный юмор Ильфа и Петрова, Зощенко, Задорнова. А в европейских/латиноамериканских карнавалах нет ничего плохого.

  2. 1. Ни в одном комедийном шоу на Западе никто не позволит себе шутить на такие темы, на какие шутят в Comedy Сlub. Тема нацменьшинств на Западе особенно табуирована, над ними не смеётся никто.

    2. Никто не говорит, что в карнавалах есть что-то плохое. Площадная брань, грязные танцы, поругание святынь — это очень полезные вещи, повышающие тестостерон. В современных европейских карнавала этого нет, там всё очень цензурно и толерантно.

  3. Лично для меня Захар Прилепин не «икона», после того как он оболгал русского национального поэта Сергея Александровича Есенина, «обосновав» вслед за Л.Троцким самоубийство русского Поэта.
    Выпустил на 900 стр. коммерческий пасквиль «Есенин». Кто его профинансировал?
    2. Вторая попытка — поставить во МХАТе «спектакль» «Семь женщин Есенина» «драматургом» — журналисткой Еле́ной Валенти́новной Жиле́йкиной (литпсевдоним Елена Исаева — для ассоциации с народным поэтом Егором Исаевым)
    3. Захару Прилепину надо сначала покаяться перед Есениным и русскими читателями, а потом рассуждать о смешном.

  4. Чуть-чуть святыни поругают,
    И жизнь пошла совсем другая.
    А на российском карнавале
    Того гляди в хлебло отвалят.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *