Тайный советник вождя: кто он?

Рубрика в газете: Конспирология, № 2020 / 21, 04.06.2020, автор: Вениамин МОЧАЛОВ

Много лет мне не даёт покоя роман Владимира Успенского «Тайный советник вождя». Эта книга основана, как утверждал писатель, на мемуарах реального человека. Но имя этого человека в романе было вымышленное – Николай Алексеевич Лукашов. И я решил узнать: а какое же всё-таки настоящее имя героя? И вообще – кем он был по должности, как сложилась его дальнейшая жизнь после смерти Сталина.
Герой Успенского называл себя тайным советником Сталина. Но ведь это у него была, разумеется, неофициальная должность. В СССР руководители государства вроде не имели ни тайных, ни явных советников! У царей, кажется, были. У современных президентов тоже есть советники по разным вопросам. Но в советское время всё обстояло иначе.
Так кто же он, этот «советник Лукашов», на самом деле?


Казалось бы, ответить на этот вопрос совершенно невозможно. Ведь у Сталина было много друзей и соратников. Попробуй, угадай, кто из них был «Лукашовым»!
Тем не менее, уже лет 30 прошло, как вышел в свет роман Успенского, но никто так и не угадал. А впрочем, никто особенно и не пытался угадать. Кроме отдельных энтузиастов. Про одну энтузиастку Успенский сообщил в своей книге. В примечании к роману он рассказал, что одна женщина писала ему письма. Письма были короткими. Читательница-энтузиастка указывала какую-нибудь известную фамилию и задавала вопрос: не он ли являлся «Лукашовым». И Успенский коротко отвечал: нет, не он. 24 письма написала ему та читательница. И не угадала. Но Успенский заметил: она всё ближе и ближе подбиралась к тому реальному человеку, который был «Лукашовым». И тогда Успенский оборвал переписку с ней. Не хотел он выдавать настоящую фамилию героя.
Та читательница хотела выяснить фамилию «Лукашова», как говорится, «методом тыка». Чисто наугад она называла фамилии известных советских военачальников, участников войны, а Успенский отвечал – он это или не он. Ну «методом тыка», конечно, трудно угадать. Фамилий слишком много.
Я пошёл другим путём. Путём логических умозаключений.

«Лукашов» в своих мемуарах (в книге Успенского) говорил о себе, что работал в Генштабе на какой-то скромной должности. Значит, искать его надо было среди работников Генштаба! Не среди всех военачальников советской армии, а только среди тех, кто работал в Генштабе!
Вот, например, ни маршал Рокоссовский, ни маршал Конев никак не могли быть «Лукашовым», так как ни тот, ни другой в Генштабе не служили. А, например, маршал Жуков мог быть им? Нет. Ведь «Лукашов» о себе говорил, что работал на скромной должности, а вот у Жукова должность была «нескромной»: начальник Генштаба. Кроме того, в романе Успенского есть несколько диалогов между «Лукашовым» и Жуковым. Но если Жуков и «Лукашов» – это один и тот же человек, то, выходило, Жуков сам с собой разговаривал? Разумеется, такого не могло быть. И маршал Василевский не мог быть «Лукашовым», так как и он служил в Генштабе на «нескромной» должности – начальник Генштаба.
Искать реальную фамилию «Лукашова» я решил таким образом: прочитать мемуары известных военачальников, надеясь, что они, возможно, упомянули в них о «Лукашове». Под его настоящей фамилией, естественно.
А сначала я решил поискать «Лукашова» в мемуарах маршала Жукова «Воспоминания и размышления». Почему именно в них?
Ну я же сказал, что решил искать путём логических умозаключений. «Лукашов» говорил о себе, что довольно часто встречался с Жуковым, особенно во время битвы за Москву, и отношения с Жуковым у него были достаточно дружественными. Более того, Лукашов сказал, что он помогал Жукову писать мемуары «Воспоминания и размышления». И вот я подумал: о таком близком знакомом Жуков наверняка упомянул в своих мемуарах.
И начал я штудировать мемуары Жукова, выискивая среди действующих лиц тех, кто работал в Генштабе. Упоминал Жуков лишь четырёх генштабистов: Антонова А. И., Штеменко С. М., Грызлова А. А. и Ломова Н. А.
Ломов Н. А. …
Разумеется, я сразу обратил внимание на Ломова Н. А. И как-то сама собой у меня в сознании возникла фраза: «Ну, вот я и нашёл тебя, «тайный советник вождя»…
Судите сами: начальные буквы фамилии, имени, отчества Ломова Н. А. точно такие же, как у Лукашова Н. А.! Кроме того, Ломов, похоже, работал в Генштабе на какой-то не очень приметной должности, так как я лично никогда ничего о нём не слышал. Об Антонове, например, я раньше слышал. Точнее, встречалась мне эта фамилия, когда я читал книги о войне. Фамилия Штеменко тоже встречалась часто. А вот о Ломове никогда не читал. Очевидно, он работал в Генштабе на какой-то невысокой должности. Но ведь и «Лукашов» говорил о себе, что должность у него в Генштабе была скромная. Отсюда вывод: Ломов и есть «Лукашов».
Но всё-таки этого было недостаточно, чтобы такое утверждать с полной уверенностью. Ведь Жуков в своих мемуарах о Ломове абсолютно ничего не рассказал. Он просто один раз упомянул его фамилию и инициалы. И всё. И решил я почитать мемуары и других военачальников, рассчитывая, что в них о Ломове, может быть, подробнее написано.
Вспомнил, что есть вроде бы книга с таким названием: «Генеральный штаб в годы войны». А автор её – то ли Щаденко, то ли Штеменко. Решил я её найти. Я думал, что там, может быть, не только подробно написано о работниках Генштаба, но и фотографии их есть.
Нашёл я эту книгу. Штеменко её автор. Но прежде чем читать, я решил сначала посмотреть фотографии в ней. И вот открыл я страницу с фотографиями. Вижу портреты Жукова, Шапошникова, Василевского, Штеменко, Грызлова, Ломова…
И как только увидел я портрет Ломова, меня охватило чрезвычайное волнение. Ведь это лицо я где-то раньше видел!
Это был он, «пятый-неизвестный»!
Сейчас я должен объяснить, кто это, «пятый-неизвестный».
Когда-то, лет около 30 назад, в журнале «Наука и жизнь» было опубликовано интервью с автором романа «Тайный советник вождя» В. Д. Успенским. К сожалению, я не помню, в каком именно году и в каком номере было это интервью. В качестве приложения к этому интервью редакция поместила одну фотографию. На ней были изображены пять человек: Сталин, жена Сталина, Ворошилов, жена Ворошилова и пятый – неизвестный.
Корреспондент «Науки и жизни» спросил у Успенского: а этот пятый, случайно, не Лукашов? Писатель дал на этот вопрос какой-то непонятный ответ. Я сейчас даже не могу точно воспроизвести слова Успенского. Он не сказал твёрдо ни «да», ни «нет». Он ответил длинно и неопределённо. У меня из его ответа сложилось такое мнение: или Успенский не был уверен, что это «Лукашов», или уверен, что это он, но не хотел признаться. Ведь он дал «Лукашову» слово, что не будет раскрывать его инкогнито. Но по ответу Успенского можно было сделать твёрдый вывод: «пятый-неизвестный» это и есть «Лукашов».
Тут надо учитывать ещё вот что: Успенский познакомился с «Лукашовым», когда тому было где-то лет 70-80. А «пятому-неизвестному» на фотографии где-то лет 30. Разумеется, 70-летний человек не похож на самого себя в 30-летнем возрасте. То есть похож, но ведь нельзя сказать, что похож как две капли воды. Поэтому Успенский, увидев фотографию «Лукашова» в 30-летнем возрасте, не смог твёрдо сказать, что это он. Но сходство он, очевидно, заметил, иначе бы твёрдо сказал «нет».
И вот когда я увидел портрет Ломова в книге Штеменко, то заметил поразительное сходство Ломова с «пятым-неизвестным»!
Вот так я раскрыл – кем же на самом деле являлся главный герой романа Успенского. Советником он не был. Советником он назвался для конспирации, чтобы никто не догадался, какое у него было настоящее имя.
Теперь перечитайте последнюю главу романа Успенского. Она – о личном сейфе Сталина, который создал изобретатель по фамилии Бекаури (кстати, тоже реальная историческая личность).
Успенский утверждал, что доступ к документам из сейфа имели только два человека: Сталин и Лукашов. Незадолго до своей смерти Сталин приказал этот сейф вывезти из Кремля и спрятать в надёжном месте. Лукашов считал, что Сталин опасался, что до содержимого сейфа могли добраться те, кому не следовало, и обнаружить на соратников вождя какой-то компромат.
Читаем роман:
«… глубокой ночью бекауриевский сейф совершил своё последнее при Сталине путешествие. Его вынесли из квартиры [кремлёвской квартиры Сталина], подняли в кузов автомашины. Доставили на Курский вокзал и погрузили в вагон. Затем вагон этот перегнали на Белорусскую ветку, на одну из небольших подмосковных станций, где ждала другая автомашина. При этом на каждом этапе операции полностью менялись охрана и грузчики. Что везут и куда везут, знали лишь несколько сопровождающих: Пётр Косынкин, я и молодая женщина, одетая в ту ночь в мужскую военную форму. Ей было доверено впредь хранить сейф в очень надёжном месте, куда, кстати, мог спокойно, не привлекая внимания, наведываться Иосиф Виссарионович. Молодая женщина стала не только хранительницей, но узнала тайну замков и шифров. Она – третий человек (не считая изобретателя Бекаури), который мог открывать и закрывать сейф, за содержимым которого многие годы охотился Берия, на поиски которого затратили много энергии все последующие руководители государства».
Я считаю: «Лукашов» придумал эту молодую женщину. Хотя можно предположить и такое: в том доме, где спрятали сейф, действительно жила молодая женщина, но доступа к сейфу она не имела. Она охраняла этот дом, этот сейф, но главным хранителем сейфа был всё-таки «Лукашов».
Моя версия. Дом, в котором был спрятан сейф, представлял собой дачу «Лукашова». Но не ту дачу, о которой он постоянно упоминал в своих мемуарах. Это была его другая дача, вторая, о которой он вообще не упоминал. Эту дачу Сталин специально «подарил» Лукашову, чтобы в ней хранился сейф. И записана эта дача была, возможно, не на «Лукашова», а на его дочь.
А теперь посмотрим, что было после того, как сталинский сейф увезли из Кремля и где-то спрятали.
«Лукашов» не сообщил число и месяц, когда был увезён сейф. Но число, месяц и год, когда умер Пётр Косынкин, он указал. Косынкин – это тот, с которым «Лукашов» увозил из Кремля сейф. А по должности Косынкин являлся комендантом Кремля. Так вот Косынкин умер 17 февраля 1953 года, за две недели до смерти Сталина. И умер он, писал «Лукашов», в результате отравления. И в смерти Косынкина «Лукашов» обвинил Берию. Он писал: Берия был взбешён, узнав, что сталинский сейф исчез из Кремля, и со злости решил убить Косынкина, потому что догадался, что Косынкин причастен к вывозу сейфа из Кремля.
Так вот я позволю себе не согласиться с утверждениями «Лукашова». Если Берия знал, что это Косынкин куда-то увёз сейф, то он не стал бы его убивать. Он сначала дознался бы у него, куда тот спрятал сейф. Убийство Косынкина было совершенно не нужно Берии! А вот Сталину смерть Косынкина была выгодна.
Из всего вышесказанного следует, что роман Успенского основан не только на мемуарах ЛомоваЛукашова, но и на документах из сталинского сейфа. А потому верить фактам, изложенным в романе, можно.

 

6 комментариев на «“Тайный советник вождя: кто он?”»

  1. Где-то Это уже было! Помню «мочало» — начинай сначала» — по Есенину несколько месяцев назад.
    Напоминает содержательные реплики Суходрищева из знаменитого «Ширли-Мырли»: «Не здавайся, братан! Гни своё! Молодец!»
    В результате будешь прав, если даже не прав!
    Примерно тот же «базар» для удивлённой скамеечной «интеллигентной» публики здесь на сайте «ЛР». Интересно: Кто будет за версию и Кто против?

  2. Кстати, совершенно напрасно автор сразу отбросил Антонова А. И. — исходя из неверных предпосылок.
    Действительно, следовало бы сначала посмотреть на возраст всех «подозреваемых» и саму возможность их службы в чине офицера до революции. Все, кроме Антонова А. И., были слишком молоды. Он один воевал «в чине прапорщика» и был даже награжден: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BD%D1%82%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%B2,_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B5%D0%B9_%D0%98%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D0%BA%D0%B5%D0%BD%D1%82%D1%8C%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87

  3. В моей личной библиотеке есть 3 тома книги «Тайный советник вождя». Недостающие части я прочитал в Интернете. После выхода в свет этой книги, я ознакомился с некоторыми отзывами о ней, в частности, родственников А.И.Микояна. Они утверждали, что никакого советника у И.Сталина не было и быть не могло и всё это выдумка. Я верю в то, что написано в книге. Там есть информация о Троцком и евреях, которая некоторым не понравилась. Вот почему о книге старались умолчать или подвергнуть сомнению то, о чём там пишется.

  4. Кроме Ломова Николая Андреевича советником быть некому, если он среди генштабистов, но был так засекречен, что Жуков упомянул о нём всего один раз. Ломов не был так сказать «тайным советником». Да, ему позволялось говорить абсолютно все Сталину, чтобы Ломов не сказал бы Сталину. Это и было самое высокое оппозиционное мнение, если Сталин не прав. Что бы Ломов не сказал Сталину лично наедине, то Ломов не боялся что Берия его расстреляет или на Лубянке допросит. Но вот если дальше идет история самого Ломова, то вот чья история тогда в первой части книги? Про изнасилованую жену, про Брусилова, про то как он был подполковником. Это не может быть историей самого Ломова, просто по годам. А о самом Ломове известно очень мало не случайно. Да он. Я более чем в этом уверен. Но чья тогда история расказана в самом начале? Какого офицера белого, про Новочеркасск, капитана Давниса и поручика Оглы… Вот тут уже начинается история самого Ломова, который не был подполковником в белой армии. Вот с Ряшкина наверное начинать и надо, и искать упоминание у Власика. Т.е. фильм Власик-то сняли по событиям, а вот про Тайного советника, да просто буть другому просто некому, Ломов свою историю рассказал с Царицына… Т.е. он завуалировал просто при каких обстоятельствах Ломов Николай Андреевич так близко сошелся со Сталиным, что Сталин сразу зачислил Ломова в разряд «своих». Вот это и главная фишка. А вот эту фигуру Ломова освещать надо. Раз про него так мало известно, то был особо засекречен и Сталин ему мог доверять даже больше чем Берии, Ворошилову даже или Будёному. Тут копать надо что произошло в 19-м году. Там несколько другая история, и быть белым подполковником в свои годы Ломов не мог. Это тогда родиться как минимум майором надо сразу с погонами) Тогда чья история в самом начале? Какого белого подполковника он приплёл? Ну а дальше под Царицыном да…там история Ломова. Далее… Кето Григорьевна…она ли мать его дочери? И как звали дочь Ломова. Если была действительно Кето Григорьевна, от которой дочь Ломова (возможно, он же говорил Успенскому что дочери жить после меня, т.е. жены у него скорее не было). Ну и смотрим на могилу Ломова Николая Андреевича. Кого могли захоронить рядом? Жену Ломова или дочь Ломова? Но вне всякого сомнения, что это фото Ломова, но история начала такого тесного знакомства со Сталиным сильно завуалирована. Если с Власиком разобрались (причем в этом фильме Власик) Ломов вообще не фигурирует, хотя Ломов с Власиком очень коротко были знакомы и не раз на Катиной горе в бассейне Истры пили водку) Это описано. Т.е. по простому. А не Власик ли слово замолвил Сталину за Ломова? Давайте ка господа копать будем! Мне сложнее работать с вашими архивами. Сейфов было три. Покажите хотя бы один. Как раз у Ломова был свой личный сейф. У Берии в основном могли быть документы особо секретные с архива НКВД.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *