Марина ЛИННИК: НЕ ВСЁ В ЖИЗНИ ИЗМЕРЯЕТСЯ ДЕНЬГАМИ! (интервью)

№ 2017 / 19, 02.06.2017

Московская писательница Марина Линник пока известна не так широко, как того заслуживает, потому что она не пошла по «беспроигрышному» пути написания детективов, расследований, «женских» мелодрам и гламурных любовных историй, а посвятила себя непростому жанру историко-приключенческого романа. Потому что не выдаёт на-гора по 5–10 романов в год, а тщательно и изысканно, «прорисовывая» каждую фразу, создаёт серьёзные, очень качественные произведения. Её прекрасно иллюстрированная объёмная книга «Реинкарнация», случайно попавшаяся на глаза и прочитанная буквально на одном дыхании, заставила меня по-новому посмотреть на многие вещи. На исторические события времён правления Тюдоров, на богатую эмоциональную палитру героев мрачного Средневековья, на красоту и безупречность русского языка. И побудила лично познакомиться с её создательницей – натурой тонкой и незаурядной, яркой и увлечённой, открытой и обаятельной; с талантливой и многогранной леди – Мариной Линник.

1s13 1

 

– Марина, первый и традиционный вопрос: что вас побудило взяться за «перо»?

– Стрессы, стрессы… Первый опыт был, когда я изучала макроэкономику и параллельно работала в банке. Готовилась к сессии, и для меня полным шоком было, что с работы не отпустили. Вынужденная до вечера сидеть на скучной нервной работе, по окончании её я мчалась на учёбу. Домой возвращалась к полуночи сквозь тёмные люберецкие дворы, читала учебники… Вторым сильнейшим импульсом, заставившим вновь взяться за «перо», явилась семейная ссора с любимым. Не хотела бы ворошить прошлое… Семья, мои родители – для меня всё!

– Замечательно, когда рядом такие родители – любящие, заботливые…

– Замечательно, когда просто есть родители! Когда у тебя радость, ты спешишь ею поделиться, когда проблемы – тоже; они всегда выслушают тебя, поймут и поддержат, никогда не осудят. С мамой я вообще готова часами болтать – как с лучшей подругой; а, собственно, она и есть моя лучшая подруга! Она же – первая и самая беспристрастная читательница, мой строгий цензор и критик!

…У меня не много подруг. С одной стороны, это плохо, с другой – хорошо. Истинная дружба ко многому обязывает: предполагает обмен энергиями, затрату сил и времени, столь необходимого для работы, – его и так постоянно не хватает. Некоторые могут подумать: «если – писательница, «сидит дома», – значит, времени полно». Колоссальное заблуждение! Общаемся в основном семейным кругом – мне с сыном и родителями в нём комфортно.

– Родители никак не связаны с литературой?

– Не напрямую, но косвенно. Ведь мама – музыкальный педагог, а папа – инженер вертолётной техники. И то, и другое подразумевает работу с книгой. Помню, у нас было много книг; меня рано приучили читать. Я воспитывалась на «приключениях» Джека Лондона, Жюля Верна, Эмилио Сальгари, Рафаэля Сабатини, Александра Дюма, Артура Конан Дойла, Луи Буссенара, Джеймса Фенимора Купера, Майна Рида… Позже – на качественной фантастике. И сейчас много читаю: важно быть в курсе – что происходит в писательской среде. Чтобы двигаться в ритме времени, автор должен быть, в отличие жителя Крайнего Севера из анекдота, не только «писателем», но и «читателем» – это часть его работы.

– Если времени на всё не хватает – как же личная жизнь, хобби?

– «Личная жизнь» – это мой сын Миша, он оканчивает школу, и его дела – это мои дела. А на хобби всегда находится время: коллекционирование, горные лыжи, верховая езда, музыка, рисование, тир, путешествия… И вышивание крестиком прекрасно успокаивает нервы!

– Многие считают коллекционирование делом скучным…

– Не скажите: у меня одних коллекций целая «коллекция» – своего рода параллельные миры. Собираю фигурки ёжиков, магнитики на холодильник, живые фиалки, всё, что связано с парусниками, с железной дорогой, а также – с лошадьми; мини-книжки. А начиналось всё в советском детстве – со значков, они до сих пор висят дома.

Приятно собирать коллекции. Старинные бриги, барки и галеоны вызывают у меня трепетную симпатию – их хрупкая стать веками противостояла натиску бурь, и ветер дул в их паруса; совершались открытия, перевозились сокровища. Фиалки – мои любимые цветы: нежные, но капризные, они требуют особого ухода, зато благодарят – утренней свежестью и изумительностью! Железная дорога – тоже моя «стихия» с детства. «Паровозик из Ромашково» – один из любимых мультиков. Паровозные гудки, чай в подстаканнике, стук колёс, шум перрона, запах угля и дёгтя. И как апофеоз – путешествие в трансконтинентальном экспрессе. Когда неспешно едешь на поезде, успеваешь рассмотреть, как всё сменяется: время суток, пейзажи и города. Кстати, роман «Потерянные во времени», во многом – о железной дороге.

– О чём он?

– …Альпы, Ломбардия… Начало XX века. Посреди безмятежной пасторали в горный тоннель въезжает поезд… и через сотню лет на огромной скорости возникает в разных точках света, мчится вне расписания, неся беды и разрушения…

Лошадям посвящаете романы?

– Поскольку я работаю в жанре исторического романа, то к лошадям обращаюсь всё время. С детства занималась конным спортом. По выходным мы с Мишей часто занимаемся выездкой.

– Музыка – тоже ваше увлечение «с детства»?

– Не «увлечение», а серьёзное занятие на тот период! Я училась в музыкальной школе и готовилась поступать в московскую консерваторию. Не «срослось», но музыку я не бросила… Регулярно играю пьесы на авторских вечерах. Очень люблю собак, особенно пуделей. Они элегантные и смышлёные – неслучайно с ними так любят работать на манеже. Кошек тоже люблю… И, конечно, путешествия – тоже моё хобби. Смена обстановки, посещение новых мест…

– Какая из многочисленных «коллекций» вам особенно дорога?

– Мои книги. И она пополняется!

– Сколько их на сегодня?

– Семь. Романы – «Дорога в никуда», «На перекрёстке двух миров», «Расплата за грехи», «Правдивая ложь», «Реинкарнация», «Потерянные во времени» и сборник рассказов «Правдивые истории одного вечера». Немного, но, в отличие от многих, я не гонюсь за количеством книг; качество «конечного продукта» – для меня важнее. «Дорога в никуда» – сюжет про Южную Америку, происходит в наши дни – дочь промышленника и сын его бизнес-партнёра в поисках тайн древнего города попадают в череду захватывающих событий. Сюжет романа «На перекрёстке двух миров» разворачивается в Африке, герои распутывают клубок загадок царя Соломона и царицы Савской…

– Европа, Африка, Америка… Вы специально ездили туда, чтобы окунуться в атмосферу аутентичности?

– В Европе была, хотя не везде. В Бельгии, в Англии – пока нет, – как в Африке и в Америке. Помогает воображение… Зато есть куда стремиться!

«Правдивая ложь» – роман о крестовых походах Людовика IX, о любви графа де Сен-Мора к Габриэлле де Карруаз. Покидая родовой замок и отправляясь в поход, граф разрубил своё обручальное кольцо пополам, оставив одну часть себе, а вторую – в знак верности поднёс супруге…

– В его названии – взаимоисключающие слова. Иногда используют этот приём, например, Ю. Бондарев – «Горячий снег», или В. Павлинов – «Горький мёд»…

– Я не задумывалась о приёмах. Само собой пришло. Его я писала под впечатлением от заметки в журнале – истории о двух половинках кольца, о любви и коварстве; в сюжете есть персонаж, стремящийся с помощью лести и лжи завладеть наследством. «Реинкарнация» – книга не про буддизм и нирвану, а про английскую королеву Анну Клевскую. Она наполнена тайными заговорами, жестокой борьбой религиозных кланов. События «Правдивых историй» – про Россию XIX века. В салоне графини Орловой-Денисовой, после ужина, собравшиеся вели непринуждённую беседу, которая вылилась в цепь захватывающих легенд.

– Судя даже по одному прочитанному роману, делаю вывод – вы любите всех героев. Даже неоднозначные персонажи – король Генрих VIII, или Катерина Говард, предстают у вас людьми достойными.

– Люблю их, реальных и вымышленных, положительных и отрицательных, ведь с каждым я «проживаю» его жизнь. Всегда ухожу от навязанных клише: и жестокий монарх мог быть благодарным, радеющим за государство, за судьбу трона. И циничная «пустышка» чувствует боль. Каждая книга даётся мне непросто, ибо высасывает силы – всех героев приходится пропускать «через себя». Но книги и их герои – тоже мои «дети», а дети рождаются в муках.

– Вы не следуете принципу Юрия Олеши – «ни дня без строчки?»

– Строго – нет. Если устану, могу устроить «творческие каникулы», но ненадолго – работа всё равно притягивает. Пишу быстро. Поскольку мысль впереди, хочется разом её «выплеснуть»; герои появляются и действуют спонтанно. При этом я всегда прорабатываю линию поведения каждого: «Как бы я действовала на его месте?»

– У каждого автора свои любимчики. У Пушкина – Евгений Онегин, у Толстого – Пьер Безухов. А у вас?

– Анна Клевская – главная фигура «Реинкарнации», четвёртая жена Генриха VIII, мне ближе всех. И по характеру, и по поведению, и по судьбе. Приехавшая на чужбину и поначалу отвергнутая мужем, она была обречена на бесславие. Ей хватило твёрдости духа удержать себя в руках, не предаваясь соблазнам мести, ещё – выдержки и мудрости остаться собой…

– Марина, как выглядит «рабочее место» современной романистки?

– Я уже давно не привязана к письменному столу как «рабочему месту» – так как работаю с ноутбуком и могу находиться в любой точке квартиры. Хотя первые два романа писались «от руки».

– Почему люди пишут? Литература сегодня больших денег не приносит…

– Не то что «не приносит», а отнимает их большую часть! Спасибо семье за поддержку. Не секрет, что сегодня все авторы – за редким исключением, сами оплачивают книгу. Уважающий себя автор не будет книгу «делать плохо» – в дешёвой обложке, на «туалетной» бумаге; но качество стоит денег. Некоторые издательства обкрадывают авторов: не дают обещанных скидок, не помогают с рекламой и продажей, «мимо автора» сбывают «дополнительный» тираж. Требуют «эксклюзив» – на обладание правами. Так что разбогатеть сегодня на ниве литературы – затея авантюрная… К счастью, не всё в жизни измеряется деньгами!

Почему пишут, у каждого свой ответ. Я – для души. Любое творчество, пусть и изматывает, всё равно доставляет радость создателю. Потребность высказаться очень важна, а если это ещё нравится читателям – это же замечательно!

– Кто ваш читатель?

– Я никогда не делила аудиторию на «свою» и «чужую», «женскую» и «мужскую», «молодую» и «постарше». Но, что греха таить, любому автору приятно, когда его читают. Думаю, мои романы будут близки тем, кто хотя бы немного знает историю с географией, знаком с законами физики, понятиями: «лист Мёбиуса», «чёрные дыры». Кто интересуется природой, фольклором, любит пейзажи, ценит жизнь. Кто не стесняется обратиться к первоисточникам. Учиться никогда не поздно – сама всегда учусь. В конце концов, можно взять учебник и «освежить» полученные когда-то знания или заново открыть их для себя.

– Если в мистике и фантастике – широкое поле для выдумки, в историческом романе надо придерживаться хронологии, достоверности.

– Вы абсолютно правы, история не терпит искажений – здесь доля вымысла минимальна. Хотя в литературе известны случаи, когда писатели представляли историю в вольной трактовке. Но я, чтобы не выглядеть нелепо, всегда штудирую справочники, энциклопедии.

– Ваш жанр, пожалуй, наиболее сложен в литературе. Как джаз в музыке…

– Очень показательная параллель. Как в музыке джаз вытесняется рэпом, так и в литературе исторические приключения нещадно перебивает фэнтези. Всего лишь сказка о прошлом – фэнтези не подразумевает научных подтверждений. Оно востребовано – среди детей, подростков, массовой аудитории, поэтому многие работают в нём. Фэнтези охотнее берут издательства, по нему снимаются фильмы. Я ничего никогда не осуждаю – если такие книги и фильмы по ним сделаны талантливо, несут добро и нравятся людям, – почему нет. Я же не собираюсь менять вектор творчества.

– «Поттериана» Джоан Роулинг – чисто «коммерческий проект»?

– Уважаю Джоан – она смогла задеть струнки детской души. Она и сама интересна, талантлива. «Гарри Поттер» – лучшее на сегодня, сделанное в жанре «фэнтези». Я смотрела фильмы. Все. Первые два – с наслаждением, следующие два – с интересом, а последующие – без интереса. На продолжениях всегда будет печать вторичности. К слову, поэтому я не пишу продолжений.

– Ваши книги не предлагали экранизировать? Отменные киносюжеты…

– Знакомые и коллеги говорят: «Прекрасный материал для кино!» Буду рада, если это же скажет известный кинопродюсер или режиссёр, и материализует «материал» на экране! Я готова…

– Вы упомянули о коллегах. Каковы нынче отношения в писательской среде?

– Ой, а можно – я не буду? Говорить о коллегах – дело очень щепетильное и всегда неблагодарное. Выделишь кого-то – другие обидятся; люди творчества – они такие ранимые… Женщины, как правило, пишут детективы, а мужчины – фантастику, но по-настоящему талантливых немного.

– Тогда спрошу прямо: есть ли несимпатичные вам «коллеги»?

– Говорить об этом – тем более бессмысленно. По-человечески мне симпатичны все. Изначально я люблю мир и людей; чтобы вывести меня «из себя» – надо ой как постараться! Серость и неумелость – вот что раздражает! Во всём, особенно в литературе. Купила два «женских» романа, один – с трудом дочитала. Второй, прочитав пару страниц, выкинула. Невозможно! Авторов называть не буду, они у всех на слуху.

– Литературная критика – тоже своего рода «жанр»… Нужна ли она?

– За объективную критику я всегда буду признательна. Корректно высказанным замечаниям хочется следовать. А к безапелляционным выпадам критиканов, которые сами ничего не создают, но обливают грязью других, я инертна.

– Откройте тайну – над чем сейчас работаете?

– Ну, если совсем чуточку; когда всё знаешь наперёд – жить не интересно! Пару дней назад взялась за написание нового романа, идею которого вынашивала не один год…

– Марина, вы – счастливы?

– Знаете, Михаил, считаю, что да. Пусть я не стала «любимой и единственной», пусть не родила ещё детей, но ведь и книги мои «дети»! Я «нашла себя» и занимаюсь любимым делом. У меня прекрасный сын, собачка Касси, любящие родители, уютный дом. Разве этого мало?

 

Михаил ТРОФИМОВ,

журналист, литератор, музыкант, продюсер

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *