НАДО ЛИ ПОЭТУ ЛЮБИТЬ ЛИТЕРАТУРУ?

№ 2017 / 27, 28.07.2017

О русской поэзии трудно сказать что-нибудь новое и неслыханное, поскольку она относится, пожалуй, к одному из самых консервативных видов искусств. Собственно о ней сказано почти всё, кроме трезвой оценки её современного состояния. Творчество здравствующих ныне поэтов критиков не интересует, потому что «духовным» содержанием жизни давно стало не стремление человека к целостному и полнокровному идеалу, а пошлость рыночного пошиба с издевательским наплевательством на всё прекрасное.

Но кому-то да надо начинать непростой разговор, и, думается, более чем полувековое бытие в русской поэзии позволяет мне сказать о некоторых основополагающих понятиях, без коих невозможно судить о поэте и его творчестве. Так уж получилось, что о них нет упоминания ни в одной критике, хотя они вполне очевидны и не требуют доказательства в своей значимости. Можно даже назвать их необходимыми банальными истинами поэтического творчества, но многие современные русские поэты ими пренебрегают, и поэтому даже в конце жизни к ним так и не приходит понимание, что они занимались чуждым их внутренней природе делом из-за тупого упрямства, которое принимали чуть ли не за своё предназначение. Им кажется, что их стихи превосходят стихи других поэтов. И такое вполне может быть самой настоящей правдой, поскольку общий уровень современной поэзии удручающе низок, если судить по журнальным и книжным публикациям, где даже стихи чуть выше среднего уровня выглядят для неискушённого читателя достаточно значимыми и привлекательными.

Пожалуй, главная причиной упадка современной поэзии заключается в том, что значительное большинство поэтов не любят литературу. Она для них так и не стала смыслом жизни, они не живут в поэзии, а лишь иногда временно в ней пребывают. Сочинение стихов для этих милых людей является увлечением, вроде собирания марок. Им нравится называться поэтами, и тем самым утверждать себя в общественном мнении успешными творческими личностями, чему немало способствует лёгкое в наши дни вступление в Союз писателей России, где числится уже не одна тысяча поэтов, которые литературу не любят, людей весьма бойких, но пустяшных.

По сути дела всех этих людей стоит рассматривать как похоронную команду русской литературы, и они уже по колено вырыли для неё могилу, безропотно проглотив своё унижение на пошлом Литературном собрании, на котором унылые потомки классиков учили писателей уму-разуму. А разве не унизительны для писателей фейковые «Год культуры – 2014» и «Год литературы – 2015», лишённые русского содержания и смысла?..

И ни одного протестующего возгласа, ни одного комариного писка против умаления духовной жизни народа не раздалось со стороны инженеров человеческих душ, хотя была оскорблена и унижена их духовная мать – русская литературы. Будь наши поэты её кровными детьми, они бы возмутились, но они даже не утёрлись. О какой любви к литературе может идти речь, если поэты уже давно не воспринимают литературу как единственную для них форму и содержание своего творческого и бытийного существования.

Если вспоминать поэтов, искренне и самоотверженно любивших русскую литературу, то первым нужно назвать недавно ушедшего из жизни Николая Малашича. Подтверждение этой любви – его трепетная и живая поэзия терзаемого неправдами русского сердца. Одним из лучших поэтов нашего времени я бы назвал Анатолия Гребнева, только за то, что он пребывает в поэтах не по решению приёмной комиссии СП, но по своей воле живёт в поэзии, как птица в небе или рыба в воде. Но таких поэтов единицы, ровно столько их было во все времена, не больше десятка, остальные рифмующие и не рифмующие граждане, если говорить начистоту, – банальные самозванцы.

Повторяю, что большинство наших поэтов литературу не любят, но тогда, возможно, они любят Отечество?.. На эту тему поэты за последние четверть века пролили много слёз, иногда трогательных и искренних, но в так называемом «русском вопросе» они практически несведущи. Спросите их, чем русский отличается от человека другой культуры, в чём заключается предназначение русского поэта, и они вряд ли найдутся, что ответить, поскольку не видят различия в понятиях «русский», «российский», «русскоязычный».

А без объективного разъединения этих нарочито переплетённых и заострённых друг против друга понятий русская поэзия будет оторвана от пушкинского корня, лишится национального духа. Уже сейчас на глазах русских поэтов эта подмена совершена в литературных журналах, издательствах, в электронных и печатных СМИ, в литературной политике Министерства культуры РФ. Современная русская поэзия повсеместно подменяется русскоязычным трёпом, который в своё время поглотил советскую поэзию, а теперь растлевает русскую поэзию, до её полного исчезновения из духовного пространства Русского мира.

Русскоязычные поэты, чью агрессивную сущность раскрыл в начале двадцатого века А. Куприн в письме к Батюшкову, русскую литературу ненавидят, и причина этой ненависти в том, что у русских есть Пушкин. А вот у них такого Поэта нет и не будет, как никогда не было и не будет своей художественной литературы мирового уровня.

Мы не догадываемся, что земной мир ещё сто лет назад, перед Первой мировой вступил в эпоху оскудения Совести, Любви и Красоты. И это произошло не потому, что Бог лишает их человечество за какие-то прегрешения. За последний век человек почти утратил способность к восприятию проистекающих от Господа нравственных и эстетических ценностей. Это явление вполне можно назвать духовной болезнью века. И упадок русской поэзии всего лишь один из симптомов этого неизлечимого недуга.

 

Николай ПОЛОТНЯНКО

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *