Кто ответит за разгром усадьбы А.К. Толстого?

№ 2018 / 7, 23.02.2018

Казалось бы, что этот «мирный уголок» Отчизны, прославленный вдохновенными строками поэта, должен быть гордостью соплеменников и местом неусыпной заботы и охраны, в первую очередь теми, кому это поручено государством – Министерству культуры. Но странное дело: национальный памятник истории и культуры стал у этого ведомства пасынком, которого оно спихнуло на растерзание местным властям.

Девятнадцатилетним юношей Алексей Толстой впервые оказался в имении Красный Рог, где и пристрастился к охоте. Таким видим его на картине К.Брюллова. AKTolstoy BryullovУсадьба, построенная предками К.Г и А.К. Разумовскими в конце 18 в., стала для него колыбелью творчества, прибежищем от светского общества и местом упокоения. «Даже в самом разгаре моих аристократических увлечений я всегда желал для самого себя простой деревенской жизни…», – писал поэт. Это его желание исполнилось за семь лет до кончины.

 

Теперь в глуши полей, поклонник мирных граций,

В деревне дедовской, под тению акаций,

От шума удален, он любит в летний зной

Вкушать наедине прохладу и покой…

 

Приграничный уголок Черниговщины, ныне Брянщины, был для Толстого творческой лабораторией: «…это хорошее и спокойное место, где славно пишется», – признавался он. Здесь выдающийся поэт, драматург и прозаик создавал бессмертные творения: он написал не менее 20-ти стихотворений, столько же баллад, трагедию «Царь Борис», доработал роман «Князь Серебряный», сочинил сатиры «История Государства Российского…», «Сон Попова». Немало восторженных строк посвятил Толстой окружающей природе в письмах и стихах, зазвучавших во многих романсах.

Через два дня после кончины Толстого другой поэт – М.А. Хитрово – писал: «Как он любил свой мирный уголок, / Взрастивший в нём возвышенные чувства. / Где в тишине, от суеты далёк, / Он уходил в свой чудный мир искусства».

Долгое время над памятником культуры измывались дом отдыха и пансионат местных профсоюзов при попустительстве региональных властей и с благословения Минкульта. Министерство даже не потрудилось дать правильное название этому памятнику, придав Постановлением № 624 от 1974 г. юридический статус несуществующим объектам – «Дом, парк с прудом». Зато пять объектов мемориального периода в этот перечень не вошли и по сей день не имеют даже статуса «вновь выявленных». По этой причине некоторые из них уже снесли и построили новые, не имеющие отношения к Толстому.

Функцию защитника усадьбы взяла на себя общественность во главе с академиком Д.С. Лихачёвым, а затем – инициативная группа «В защиту А.К. Толстого». Тридцать лет общественники сражались за сохранение усадебного комплекса, не допуская масштабных строек по программам Чернобыля, Химразоружения. Через суды вернули государству усадебную землю, проданную частной структуре, выселили с её территории пансионат, возродили приусадебный сосновый лес, помогли обрести хозяина бесхозной территории церкви и усыпальницы Толстых, а также провели научные исследования состояния усадьбы на мемориальный период, готовились к её восстановлению.

И грянул гром! Область возглавил новый руководитель и началась подготовка к разгрому усадебного комплекса по проектам мошеннических фирм. За эти три года общественность опубликовала более 30 статей по проблемам сохранения усадьбы и церкви, обратилась в 23 организации, а в Минкульт, Прокуратуру и в Администрацию Президента РФ – многократно.

Однако порочная система, по которой жалобы пересылаются тем, на кого жалуются, действует безотказно. Все обращения общественников присылаются в Правительство Брянской области, затеявшего разгром памятника культуры. Глава Правительства, он же губернатор А.Богомаз, оказался глух к публикациям, Открытым письмам и не доступен активистам-общественникам.

Им всё же удалось не допустить воплощения бредового проекта реконструкции усадьбы с немыслимыми постройками, спортивными и детскими площадками и уничтожения остатков усадебного парка, сохранив тем самым 163 млн. рублей госбюджета. Но местная власть раскошелилась миллионов на сто, чтобы уничтожить объекты, в том числе мемориальные, и построить новые без проектов и разрешительных документов. То, что общественность сохраняла 30 лет, было уничтожено за три месяца специально к юбилейной дате рождения Толстого, превратив комплекс в Толстовскую Пальмиру.

Местные власти не постеснялись устроить юбилейные торжества на руинах бывшей усадьбы, скрыв от посетителей следы варварской преступной деятельности. С этой целью все разрушенные постройки были укутаны десятками метров зелёной строительной сетки и такими же заборами. Извинительные таблички вещали якобы о реставрации. Здание музея-развалюхи в очередной раз срочно подлатали, чтобы разместить в нём закупленные на 20 млн. руб. по случаю юбилея предметы, не имеющие отношения к Толстому.

14 Usadjba

Музей давно слывёт рассадником мифотворчества, доходящего до осквернения памяти покойных супругов Толстых – достаточно познакомиться с сайтом музея, который демонстрирует непрофессионализм и безнравственность музейных кадров, «просвещающих» публику вымыслами.

И всё же 2 сентября на развалинах бывшей усадьбы А. Толстого пышно отметили его юбилей. Спустя месяц, 10 октября, ещё одна дата, но скорбная – день смерти поэта. Обычно об этой дате не вспоминают, не служат панихиду на могиле и не возлагают цветы. А посему есть повод задуматься о духовных ценностях, о сбережении памяти и культурного наследия.

Во время юбилейных торжеств самым кощунственным было отношение к праху Толстого и его жены, усыпальница которых представляла позорное зрелище. Её пытались ремонтировать, замазав цементным раствором проблемные места, да так и оставили, пожалев денег на пару банок краски. Отливы для отвода осадков расположили на крыше, а не под её скатом. Не исключено, что вода проникает к захоронению. Не было оборудовано место для возложения цветов. Гости и чиновники, не смущаясь, бросали на облезлую крышу обшарпанного склепа казённые цветы, которые спустя две недели после «торжеств» валялись увядшими на крыше.

Таким бесхозным предстало место упокоения главного виновника торжества и главного мемориального объекта на территории села – в зарослях, напоминающих неухоженный деревенский палисадник. На вопрос, кто ухаживает за могилой, местный духовный пастырь ответил: «Откуда я знаю. Моё дело – читать проповеди», – и тут же обрушился с упрёками на размещение информационного стенда со стихами баллады Толстого «Волки» возле соседней усадьбы: «Прихожане пугаются». В памяти всплывает строка из письма Толстого: «Я желал бы умереть в Риме, не переставая при этом считать себя русским».

Алексей Толстой полагал, что его назначение как поэта «не приносить людям какую-нибудь непосредственную выгоду или пользу, но возвышать их моральный уровень, внушая им любовь к прекрасному», а его собрат по перу и по крови Лев Толстой видел проблему нравственности в другом. Он писал: «Сила правительства держится на невежестве народа, и оно знает это и поэтому всегда будет против просвещения». Этого постулата придерживается и местное правительство, привлекая людей случайных, малообразованных для развала толстовских памятников и музейного дела.

 

Валерия ЗАХАРОВА

 

г. БРЯНСК

 


Валерия Даниловна Захарова – филолог, исследователь жизни и творчества А.К. Толстого, лауреат премии им. А.К. Толстого «Серебряная лира», координатор инициативной группы общественности «В защиту А.К. Толстого», член Консультационного совета по культуре и туризму при губернаторе Брянской области.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *