КАНОНИЧЕСКИЙ ПОЭТ. О стихах Олега Штельмана

№ 2018 / 10, 16.03.2018

Редко ныне встретишь поэзию, которая нас отсылает к временам золотого века, когда литой державинский стих с его тонической размеренностью безраздельно властвовал на поэтическом небосклоне. Творчество Олега Штельмана всеми своими корнями оттуда, из времён классических од и предельного философского поэтического сосредоточения. При этом, что интересно, его никак не заподозришь в подражательстве или намеренной стилизации.

Он из тех поэтов, кто очень органично, без жеманства и надуманных поисков выражает себя в творчестве. И от этого его художественный почерк — прост и прекрасен. В очень нормированной структуре стиха, в чеканности рифм и словоформ он умудряется найти синтаксическую гибкость и придать правильное ритмическое тяготение. Вот пример из стихотворения «Русь жива»:

 

И сонм святых в духовной битве

С венцами славы на главе

Стоят за Русь в святой молитве,

С Царем Российским во главе.

 

Довольно декларативная, прямая тематика здесь существует в точном огранении стихотворного канона, и от этого её направленное воздействие только усиливается.

Очень интересно звучит стихотворный парафраз на знаменитый «Интернационал». Это стихотворение Штельман называет «Духовный интернационал». Несмотря на всю рискованность приёма, автор добивается нужного ему эффекта. Мощь революционной песни синергируется с его мыслями о братстве и единстве всех людей на основе доброты и прощения:

 

Никто не даст нам избавление –

Ни дух толпы и не герой.

Пошлет Господь свое спасенье,

Кто с чистой верой и душой.

 

В стихотворении «Повар» Штельман встаёт на тернистый путь сюжетного стихотворения. Это один из самых сложных литературных тестов: если сумеешь в чередовании катренов выстроить понятный сюжет, значит, ты мастер. У Штельмана получается, хоть тему и образность он берёт весьма непростую. Здесь и человеческая история, и второй план воспоминаний автора, и вопросы веры и молитвы за усопших. Стихотворение довольно длинное, но всё, как говорится, по делу. И самое главное в нём, и это чистота инстанции, являющаяся одним из основополагающих факторов формы.

Цикл стихов «Поговорим об истине» – произведение, не лишённое поэтической монументальности. Автору не только важно в череде стихотворных отрывков создать целое, но и, последовательно выстроив свою картину мира, доказать, что она имеет право на существование. Внутри цикла автор создаёт систему смысловых оппозиций, выстраивает семантические ряды, развивая их и смыслово, и интонационно. Из-за этого в цикле одновременно живут по законам поэтического времени несколько философских пластов, удачно дополняющих и обогащающих друг друга.

Поэма «Дума у портрета Николая II» заставляет не только заново оценить скрытые в этом жанре возможности, но многое прояснить в воззрениях самого автора, убедиться в его мастерстве. В начале поэмы Штельман рисует портрет Николая, рисует аскетичными мазками, но очень точно и психологично:

 

Портрет исполнен серой краской,

Предивно просто и любя,

Великий царь с отцовской лаской

Взирает, зритель, на тебя.

 

Мундир военный, аксельбанты,

Награды чести – ордена,

О нем слагали гимны, канты –

Златые были времена.

 

Как будто на нас взирает знакомое лицо, лицо святого. Здесь столько гармонии, что хочется перечитывать эти строки бесконечно. Автор создаёт константу всего произведения, экспозицию, толчок. А дальше даёт оценку всему, что произошло в России вследствие гибели Николая II, той дьявольской катастрофе, случившейся со страной и с каждым предавшим божьего помазанника гражданином.

 

Но вмиг, как смерч, в толпе народной

Взыгрался гордый пыл ума,

И сын святой, как раб безродный,

Грехом упился без ума.

 

Присяга попрана на верность;

Лукавство, трусость и обман –

Явили смерть, разруху, бедность –

Окутал прелести дурман.

 

Гудит толпа, грозится строго,

Мечтой безумною горя,

Желают жить они без Бога

И без Державного Царя.

 

Напряжение растёт в поэме каждым четверостишием. Автор сочетает элементы поэтического реализма с фантасмагорией, и образ царя, как лик, встаёт над текстом и его персонажами:

 

А царь просил: «Не мстите, други.

До дна допью смертельну чашу.

Ищу пред Богом лишь заслуги, –

Венцом главу свою украшу!»

 

Молился слезными очами:

«Прости обманутых людей,

Прельщенных сладкими речами,

Прости премудрых их вождей».

 

Для Штельмана сила в прощении, в высоте духа, а не в том, чтобы найти виноватых или рецепт возмездия. Он знает, что важнее веры нет ничего. И его убедительность впечатляет:

 

Урок истории не понят.

Но всё же рдеется заря.

Наступит время, Бога вспомнят,

Помянут Русского Царя.

 

Без плевел всё же невозможно,

Как в слове, притче у Христа:

Оставим поле непреложно,

На время жатвы, до Суда.

 

Вся поэма написана четырёхстопным ямбом, но при этом соблазна излишней симметричности автору удалось избегнуть. Стих гибок, в меру повествователен, но при этом насыщен образностью. А главное, что в каждой строке живёт Господь и осеняет её подлинной, не заёмной силой. И всё это, повторюсь, без губительной тяги к экспериментам, в рамках чудодейственной эстетики русского классицизма, который, может, только один и имеет настоящий шанс на возрождение.

 

Максим ЗАМШЕВ

 


11 ShtelmanОлег Викторович Штельман (1970 г.р.) родился и вырос в Белоруссии. В 1988-90 гг. – служил в рядах советской армии на космодроме Байконур. В 1991 г. переехал жить в Литву. В 1992 г. стал священнослужителем в сане диакона, в 2000 г. – священником. Писать стихи начал со школьных лет, потом забросил. И снова начал писать с 1997 года. На некоторые стихи положил музыку и исполняет духовные песни под гитару. В 2007 г. Беларусская Православная церковь выпустила музыкальный диск «Русь жива» в исполнении автора.  2008 г. Виленская и Литовская епархия выпустила авторский фотоальбом «Православные храмы Литвы» прот. Олега. Также автор создал три фотовыставки: «Православные храмы Литвы», «По следам Библии», «Афон-Микровизантия» с каторыми путешествовал по Литве, Калининградской области, и Беларуссии. С 2016 г. начал пробовать себя в прозе. Печатается в Литовских республиканских русскоязычных газетах, в православном епархиальном журнале «Вестник», в российском альманахе «Российских колокол». Дипломант премии Наследие-2016-стихи. Кавалер медали «Российской литературной премии» (2017), лауреат «Российской литературной премии» журнала «Российский колокол»(2017).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *