литинформагентство

№ 2006 / 35, 23.02.2015


Книга – удача
В ТРАДИЦИИ

Многие критики и простые читатели продолжают сетовать (и печатно, и устно), что литература наша за последние лет двадцать становится всё бульварнее, желтее, всё дальше она от того привычного строгого реализма, что главенствовал когда-то и, следовательно, прививал к себе вкус публики.
Но если полистать журналы, поизучать полки книжных магазинов, то окажется, что большинство-то писателей пишут по-старому. И язык тот же, и персонажи, и темы; если убрать из текста кое-какие приметы времени, он окажется совершенно в традиции советской литературы. Правда, желающих почитать такое сегодня оказывается немного, тем более – написать рецензию, то есть оценить, рекомендовать другим эту повесть, рассказ, роман. Или наоборот – посоветовать не открывать.
Привлечь читателя, работая в той, присущей 70-м – началу 80-х годов манере, очень сложно. Новых писателей, обретших известность, оставаясь её приверженцами, можно пересчитать по пальцам. Олег Павлов, Олег Ермаков, Михаил Тарковский, Илья Кочергин… Дальше у меня лично начинаются трудности с именами. Но вот ещё одно – Владимир Топилин.
Повесть «Семь забытых перевалов» выпущена красноярским издательством «Буква». Действие происходит в таёжном посёлке. Посёлок довольно большой, поэтому, если нет в ней нужды, то тайгу можно и не замечать – можно жить как в городе. Но многие в тайге нуждаются – одни бьют маралов (благо снег глубокий и догнать их легко), другие маралов подкармливают, но добывают соболя, третьи скупают мясо, панты, шкурки…
В повести Топилина, как и положено произведению советских времён, есть персонажи положительные (хотя они, как и всякий живой человек, ошибаются, проявляют слабость, капризничают), есть отрицательные (хотя отрицательные они, оказывается, не совсем и не для всех), есть, конечно, первая любовь, муки ревности, есть красивые описания природы, сцены охоты, охотничьи байки, и смешные, и поучительные. Есть мудрые старики, чистые юноши, алчные хапуги, исправившиеся путаники. Есть, конечно, и смерть, которой предшествует вещий сон. Всё в традиции. Но читаешь повесть с редким ныне увлечением и… простите мне такой вопиющий штамп, создаётся ощущение, будто пьёшь ключевую воду. Ледяную, сладкую, бодрящую… Может, талантливо написанная именно тем языком, в той манере книга и может подарить такую ассоциацию? По крайней мере, почему-то ностальгия по той литературе сегодня объединяет многих.
…А столь поэтичное название повести, это, оказывается, выражение охотников-промысловиков, и имеет оно далеко не поэтичный смысл: семь забытых перевалов в плохой год можно пройти, пока добудешь соболя…


Книга – провал
КЛАССИФИКАТОР ИСТОРИЧЕСКИХ ФИГУР

Вообще-то книг, подобных той, что написал известный публицист Леонид Млечин, сегодня предостаточно. Появилась даже мода на литературу (кстати, и на документальные фильмы) о Третьем рейхе. И про абвер можно прочесть в подробностях, и про казаков, украинцев, кавказцев, прибалтов в вермахте (и отдельно – в СС), и про отношение Гитлера к оккультизму, и практически про любого фельдмаршала есть по нескольку увесистых книг. Книга Леонида Млечина называется довольно-таки многообещающе – «Адольф Гитлер и его русские друзья» (издательство «Центрополиграф»). Действительно, русских на службе у нацистов было предостаточно, и об этом нужно знать, помнить. Поэтому книга вызывает жутковатое, но любопытство.
Но что же скрывается за названием? Да, об Адольфе Гитлере у Млечина много. О том, как сформировались нацистские взгляды фюрера, как он шёл к власти, как реализовывал свою «расовую теорию». Много также о Геббельсе и его жене Магде, о журналисте-нацисте Штрайхере, об Адольфе Эйхмане, о докторе Менгеле, о режиссёре Лени Рифеншталь, о писателе Кнуте Гамсуне, об эсэсовцах, занявших после войны видные должности в Германии и Австрии. Ещё о многом рассказывает Леонид Млечин. Только вот вопрос: а где же русские друзья Гитлера?
Да, есть главы о генерале Власове. Человек этот навсегда заклеймён как предатель, но был ли он другом и соратником Гитлера, разделял ли нацистские идеи? Сам автор книги приходит к выводу, что нет. Вскоре после того как Власов перешёл на сторону гитлеровцев, его стали возить по оккупированным территориям. Власов много выступал, и речи, в которых явно слышалась нота будущей самостоятельности России (например, такой пассаж: «В недалёком будущем надеюсь принимать немцев как гостей в Москве») взбесили нацистское руководство, и Власова посадили под домашний арест, на многие месяцы (до конца 1944 года) отстранив от любой политической и военной деятельности.
Сомнения вызывают и другие записанные Леонидом Млечиным в друзья Гитлера фигуры, организации, а то и целые народы (как, например, казаки). Так в друзьях оказались Павел Горгулов, русский эмигрант, убивший в 1932 году президента Франции Думера. Да, он основал близкую к итальянскому фашизму Национальную крестьянскую партию (в которой Горгулов, кстати, был единственным членом), но с Гитлером его ничего не связывало. Как не связаны были с Гитлером (или встречались с ним лишь в начале 20-х годов) лидеры националистических и фашистских союзов и партий Александр Казем-Бек, Константин Родзаевский, симпатизирующий Гитлеру философ Иван Ильин…
Леонид Млечин собрал в своей книге много интересных фактов, но прокомментировал их по своему обыкновению прямолинейно, порубил исторические фигуры с плеча, разделив участников сложнейших процессов в Европе 1920-х – 1940-х годов на предателей и героев, тиранов (больших и малых) и борцов с тиранами. Разделять и классифицировать дело увлекательное, но не приближающее нас к истине.
Роман СЕНЧИН

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *