РУССКИЙ ПРОФУКЕР. «Русский букер» как личная кормушка Шайтанова

№ 2018 / 16, 27.04.2018

Надо признать, что на расстоянии видится не только большое, но и малое. Вернее, чем дальше во времени – тем ниже, мельче начинают выглядеть те или иные авторитеты, поскольку (и это никак не совпадает с оптикой) становятся видны механизмы формирования авторитетности, общественного мнения. Пиар, в общем, становится до безобразия явным, ветер времени сдувает наносное и с субъекта (автора), и с книг.

«Нулевые» в этом плане были раем и для пиара и для буржуазии в продвижении своих креатур в литературе и с ними вместе своих идей (без подпитки баблом которых – пиар сдувается), а механизмы эти оставались невидимыми. И оттого казалось, что год за годом, тут и сям – нарождались таланты в эпоху пресловутой стабильности, причём таланты зачастую идейно противоположные… Из них кое-кто пишет и сейчас, ещё меньшее число из той когорты – читают. Но таланты действительно попадались – правда, но теперь-то их – по пальцам пересчитать.

А ведь тогда было у всех ощущение – что великая русская литература (и под стать ей – названия премий) жива! Роман в год, роман как ответ на роман – с ума сойти, почти как во времена Белинского и Некрасова жила литература (казалось, что жила). И пусть при разном отношении к советскому периоду её, но книги конкурировали с книгами, а премии с премиями. Вспомнить только: решали, на какую премию подавать книгу (мы в ОГИ)! Документы подписывали соответствующие, что, мол, не возмутимся, если получим вот такую-то премию (видимо, были прецеденты – и пиар премий страдал от такого фона). Вот раздолье-то… На одну подал – тогда вроде как другую обидел, обделил. Казино, практически…

Но что с тех пор-то пишут «звёзды нулевых», вздутые премиями? Роман в год? Может, и в год – но не годные. Что Максим Кантор родил со времён передутого (может, оттого и лопнувшего через пару лет после публикации – лопнувшего интереса, расплелись хилые сюжетные линии) «Красного света», а Славникова? (Хватаю микроскоп). Что наш флагман «клинического реализма» родил, Прилепин который, после пораженческой и примиренческой с либералами «Обители»? Только жития себя. Ну, или жития таких как он комбатантов – в прошлом (что паче гордыни, само собой).

Нет, господа-товарищи, её и не было – той литературы «нулевых», которая вам казалась. Она сперва попыталась встать в рост с классикой ещё недавно отвергавшейся, соцреалистической, – и тотчас на невыгодном фоне недосягаемого качества согнулась карликом в темах, доступных оку времени, из которого её бабломёты-премии, словно фонтаны поднимали на советскую высоту. Но потом бабло кончилось – кончились и авторы. Вкратце – так. Кто-то успел рассоваться на госслужбу или в какой ближайший пиар (как Прилепин с Шаргуновым – Захар, кстати, явно поддержит стартового спонсора «Свободной прессы» Кумина на ближайших выборах мэра, как же не поддержать), а кто – хоть на радио, хоть в газету какую впрыгнуть, как я с Кантором (карма ОГИ?)… Как-то оно так. Не кормит литературка, сыреет штукатурка.

И вот теперь сами премии – пошли по миру. «Нацбест» с трудом нашёл «своего томатного спонсора», и то – каждый год это проблема. Длинных денег, как говорят банкиры, нема! «Сеть отэлей» какая-то там подхватила премию – так и слышу похмельно-солидным, несвойственным баском Левенталя рекламный джингл, который он вынужден проговаривать во первых строках коммюнике «Нацбеста». Ну, что писатели могли комфортно отдохнуть… И как-то указать, что ли, путь буржуазии – где отдыхать (чего не сделаешь из искренней и практической любви к капитализму). Потеха…

Вот и компашка Шайтанова («Русский букер» которая) вновь скулит в интернете, что не может найти очередного спонсора, который бы профинансировал премиальную кампанию «Русского Букера» по текущему году. Мол, всё сложнее и сложнее найти такового. Кризис, оказывается! Какой нам нелицензионный капитализм-то достался – пора бы сдать по гарантийному талону.

С одной стороны, можно было бы и посочувствовать организаторам премиального процесса для литераторов и вместе с ними взывать к светлым чувствам наших олигархов (то есть, простите, господин Песков, бизьнесмэнов) – о том, что надо поддержать культуру, литературу, искусство… Но, с другой стороны, возникает вопрос: а какой если не коммерческий, то имиджевый им смысл в этом? Встанем-ка на позицию разумного, кризисом не обойдённого, буржуа.

Может, в последние годы многие бизнесмены и отказываются поддерживать «Русский букер» не потому, что у олигархов никаких лишних денег не стало и пропало желание поддерживать культуру, а потому что они вдруг прозрели и увидели, что они тем самым поддерживают не столько культуру и литературу, сколько личный бизнес и интересы отдельно взятого литературного функционера и его компашку прихлебателей? Такие же, как мы, въедливые наши читатели (они есть во многих структурах) нам прислали финансовые отчёты, которые делал за последние годы благотворительный фонд «Русский букер» в Минюст. В частности, за 2016 год.

booker dannye

И тут у нас глаза на лоб полезли от цифр того, что переливалось в славу отдельных имён – вы тут для наглядности «опредмечивания денег» вспомните жуткий, отвратный, антисоветский «Русский садизм», роман-победитель 2012-го года…

С одной стороны, победитель «РБ», как известно, получает 1,5 миллиона. В последние годы стали выдаваться некие суммы тем, кто попал в шорт-лист (150 тысяч). И если эти именно премиальные деньги, которые вручаются лауреатам, сложить, то в сумме они составляют три миллиона рублей. Можно, конечно, сказать, что для одних это ничто – один раз сходить поужинать, а для других – это всё-таки солидные деньги. Но для нормального премиального процесса – для поддержки писателей – это всё-таки ощутимо, нужно и полезно. Но если посмотреть отчёты РБ в Минюст, то мы увидим, что за один год на всё это дело ушло порядка 16 миллионов. Простите, если на сами премии ушло всего три миллиона, то на что ушли остальные тринадцать миллионов?!

shaytanovВы что, хотите сказать, что всё это потрачено на литературный обед и изготовление грамот? Тогда получается, что больше 10 млн в год идёт не на премию, а на обслуживание премиального процесса, то возникает вопрос: нормально ли это? Не слишком ли вызывающе это? Естественно, что в первую очередь здесь учтены интересы главного организатора этой премии, собственника бренда «РБ» – критика, литературоведа Игоря Шайтанова.

Так вот, когда бизнесмены это всё видят, как распределяются их деньги – не столько на поддержку литературы, сколько на обслуживание группы прихлебателей – им в эти игры играть становится неинтересно. Не говоря уже о том, что саму премию сотрясают скандалы – насколько она объективна, тем ли её вручили… Получается, что эта премия стала уже в большей степени премией узкой группы Шайтанова и его прихлебателей, которые захотели жить на широкую ногу. Но почему их хотелки должен так щедро оплачивать российский бизнес, когда самим лауреатам от этого достаётся меньше десяти процентов?

Вот, скажем, Толстой, который Владимир, так устроился, что платит за всё «яснополянство» бизнес не российский, а южнокорейский (который засвечен в коррупционных схемах, но с него как с гуся вода). На фоне «шайтановщины» – выход более цивилизованный и долгоиграющий.

Ещё можно было бы понять, если бы премиальный фонд Шайтанов, будучи главным редактором авторитетного и специфического литературно-критического издания «Вопросы литературы», использовал бы на поддержку и развитие этого издания… Но изданию тоже ничего не достаётся: ни сотрудникам в качестве зарплат, ни авторам в качестве гонораров от этого «Русского букера» ничего не перепадает (вспоминается Станислав Куняев и его литфондовские сотни тысяч, никак не отражавшиеся на зарплатах в «Нашем Современнике», нормальная – 7 тысяч). Получается, что человек сидит на двадцати стульях, ему хочется и престиж иметь и звание и должности, но самое главное – огромные деньги. А потом он ещё плачется – поддержите премию! Престало ли шекспироведу так унижаться?

А, может быть, хватит Шайтанову гнаться за всем одновременно, а сосредоточиться на Шекспире?

 

Дмитрий ЧЁРНЫЙ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *