ИЗУМЛЯЕМСЯ ВМЕСТЕ С ОЛЬГОЙ РЫЧКОВОЙ

№ 2007 / 23, 23.02.2015


Книга Алексея Колышевского «МЖ»

Книга Марии Семёновой «Родная душа»

Книга Глеба Скороходова «Три влечения Клавдии Шульженко»

Фантастический роман Игоря Сахновского «Человек, который знал всё»
Минаев и его клоны

Если вы подумали, что книга Алексея Колышевского «МЖ» (издательство «ЭКСМО», 2007) посвящена общественным туалетам (которые с табличками «М» и «Ж»), то ошибаетесь. Издание имеет подзаголовок «Роман-жизнь от первого лица». То есть не просто роман о жизни, а сама жизнь, уместившаяся на четырёхстах с небольшим страницах.
Об уровне и содержании данного произведения можно судить уже по обложке с надписью «Грёбаное высшее общество… У них денег, как говна за баней. А откуда они?!» и по авторскому посвящению «другу Сергею Минаеву, при помощи которого увидела свет эта книга». При помощи обильной ненормативной лексики (её присутствие для определённого пласта современной литературы, похоже, стало правилом хорошего тона) господин Колышевский излагает историю своего героя – менеджера Марка. Кстати, название расшифровывается как «Манагер Жжот». Если кто ещё не в курсе, манагер – это менеджер и есть. Если английское manager произнести по буквам по-русски. Марк – не просто манагер, он «менеджер на свой карман». То есть берущий взятки и пытающийся обогатиться за счёт компании, где работает. Точнее, работал: «Я, обыкновенный, уволенный три месяца назад за откаты закупщик… Внутри организации я был обыкновенным клерком за семьсот долларов, но снаружи я был парнем-который-решает-вопросы. И одновременно парнем-который-«берёт». Да, я стал взяточником… Инструментов для этого было несколько. Во-первых: я был как раз тем парнем, который-сидел-на-бюджете. То есть распределял своим поставщикам деньги за проданный товар, а денег всегда не хватало. Я брал от трёх до пяти процентов в месяц за перечисленную сумму – это было довольно скромно, если принимать во внимание, что процент отката в организациях, распределяющих государственный бюджет, составляет двадцать пять процентов. Затем я вводил в систему новые товары и брал за это немалые деньги…» Можно, конечно, объяснить это необходимостью кормить семью (жену-домохозяйку Леру, которая старше героя на двенадцать лет, и маленькую дочку Еву), но… «Семьсот долларов, которые я получал в качестве зарплаты, я мог запросто потратить на ужин в ресторане «Эльдорадо». Кроме того, Марк пьёт, имеет любовницу, не гнушается случайных связей…
В общем, личность неприглядная, аморальная, даже гнусная. Однако в душе он романтик и даже время от времени пишет стихи. Например, по случаю «жестокого финансового облома» рождаются такие строки:
В молчании снегов безбрежном
Я подрочил в сугробе нежном,
И снеговик был мной зачат.

Теперь живёт в моей халупе,
С тремя прыщами на залупе,
Весь белый и холодный гад.

Одно приятно, есть не просит:
От молока его поносит,
И в доме вихри снега мчат.

Мне снеговик испортил стенку,
Ковёр, машину, бабку Лерку
И пятерых внучат.

…Скользя по утреннему снегу,
Друг милый, предадимся бегу неторопливого хмыря,
И сейфы навестим пустые, столы, недавно столь густые,
И тот сугроб паскудный, бля…
Что касается нецензурных или малоцензурных слов, встречающихся в поэтическом опусе, то в прозаической части романа есть выражения и похуже. И попадаются они гораздо чаще.
Так что Алексей Колышевский – вполне достойный друг Сергея Минаева. Его даже можно считать минаевским братом. Братом-близнецом. Или клоном. Видимо, не последним.


Из жизни собачьей

В том, что Мария Семёнова – автор романа «Волкодав» и собаковод со стажем – написала книгу о собаках «Родная душа» (Издательский Дом «Азбука-классика», 2007), нет ничего удивительного. Однако надпись на обложке «Мария Сёменова представляет» может ввести читателя в некоторое заблуждение. В данном случае известная писательница представляет не столько себя (её произведения занимают одну восьмую от общего объёма книги, даже меньше), сколько собратьев по перу и по любви к собакам. Только гораздо менее раскрученных. Что ж, дело благородное, так что невинный «обман» вполне простим. Тем более, рассказы Петра Абрамова, Екатерины Мурашовой, Натальи Карасёвой, Натальи Ожиговой, Александра Таненя – «матёрых профессионалов: заводчиков, дрессировщиков, университетского биолога» – вполне на уровне. Хотя литература о животных относится к такому жанру, в котором сделать какое-то открытие, совершить литературный прорыв в настоящее время, по-моему, невозможно. Даже самые хорошие произведения оставляют ощущение «дежа вю» – как будто всё было уже читано в детстве, причём много-много раз. Особенно про собак – ближайших и потому досконально описанных в литературе спутников человека.
Авторы сборника идут по проторенному и проверенному пути баек из собачьей жизни. Их читать будут всегда. Например, о щенке экзотической породы малинуа, провалившемся в канализационный люк. Когда хозяйка ценой нечеловеческих усилий извлекла несмышлёныша на белый свет и поставила его на травку, чтобы освободить руки и вылезти самой, «Рэд… в ужасе прыгнул обратно в колодец, ко мне на плечо. Ему было страшно даже на краткое время разлучиться со мной. При этом он едва не сорвался вниз, был вовремя перехвачен и выдворен на газон. Последовал новый прыжок…
И вот так – раз за разом!
И поди объясни собачьему ребёнку, что необходимо всего лишь чуть подождать, пока я хотя бы сяду на край!» (Наталья Ожигова. «Рэд-спелеолог»).
Что касается самой «мэтрессы» Семёновой, она представлена новеллами из цикла «Непоколебимый Чейз», приправленными стихами:
Железный старый пёс, могучая дворняга,
Он знает эту жизнь и вдоль и поперёк.
Бродяжничал, болел, под чьей-то дверью плакал…
Теперь в хозяйском джипе – заслуженный ездок.

Качается старик на кожаных подушках,
Глядит, как убегает дороги полоса.
Он был уже не юн, когда в собачью душу
Впервые заглянули те самые глаза.

Он ради них забыл дикарские повадки,
Ведь всех запретов стоил уютный новый дом,
И даже не страшна учебная площадка,
Где ватный человек размахивал ножом…
И т.п. Настоящей поэзией это назвать трудно – скорее, зачем-то зарифмованный рассказ.
Семёнова как автор предисловия (и составитель книги) предупреждает: «Перед вами ни в коем случае не сборник полезных советов, поданных в художественной форме… Буквальное следование примеру героев некоторых эпизодов может оказаться просто опасным. Так, рассказ Петра Абрамова «Басмач» – вовсе не наставление по совместному использованию караульного азиата и маленького ребёнка. А «Страшно, аж жуть!» Александра Таненя – отнюдь не инструкция по игре в мячик со служебным ротвейлером. И даже «Кто о чём…» <рассказ самой Семёновой. – О.Р.> – ни в коей мере не призыв тащить с улицы в дом страхолюдного беспризорного кобелину. Это просто рассказы о случаях, имевших место с конкретными собаками и их хозяевами. Никакой гарантии, что другое животное в сходных обстоятельствах поведёт себя так же, мы вам не даём». Так что книга книгой, а жизнь жизнью. Не перепутайте.


Королева советской эстрады

Имя Клавдии Шульженко у многих ассоциируется исключительно с песней «Синий платочек». И вполне заслуженно: именно «Платочек» принёс певице всесоюзную славу. Хотя, разумеется, репертуар королевы советской эстрады был гораздо шире: тут и «Давай закурим», и «Друзья-однополчане», и множество других популярных песен…
Однако в «Трёх влечениях Клавдии Шульженко» (издательство «Алгоритм», 2007) Глеба Скороходова – телеведущего, лауреата телевизионной премии ТЭФИ – Клавдия Ивановна предстаёт не только как певица. Автор был лично знаком со своей героиней и открывает самые разные стороны жизни Шульженко. Точнее, деликатно приоткрывает, поскольку в книге нет никаких закулисных сплетен, интимных подробностей и т.д. и т.п. Словом, всего того, что так любят выставлять напоказ сегодняшние (сиюминутные) звёзды эстрады, вдруг в одночасье решившие стать ещё и писателями. Хотя им по большей части рассказывать нечего, вот и остаётся трясти перед читательским носом своим (и чужим) грязным бельём: «читайте! завидуйте!» Было бы что и чему…
А королева есть королева: свой путь в жизни и на эстраде она прошла спокойно и с достоинством. Хотя случалось всякое: например, и в то время закулисных интриг было не меньше, чем теперь. Сейчас главную роль в раскрутке начинающего певца играют «бабки», а раньше столь же магически действовала фраза «Есть мнение…» В конце 1930-х Шульженко приняла участие в Первом всесоюзном конкурсе артистов эстрады. Самая большая конкуренция была в вокальном жанре – 160 претендентов. До финала добрались 12 участников, в том числе и Клавдия Ивановна (тогда просто Клавдия, без отчества). «По условиям конкурса больше трёх песен петь не разрешалось. И «бисы» запрещались. Но публика не отпускала её. Шульженко уходила, возвращалась на сцену и вновь уходила – аплодисменты не стихали, зрители не давали ведущему объявить следующего артиста». Однако на последнем, решающем заседании жюри председатель Исаак Дунаевский «обречённо сообщил:
– Есть мнение первое место отдать Деборе Яковлевне Пантофель-Нечецкой и этим ограничиться».
И хотя практически все члены жюри возмущались и отстаивали первенство Шульженко и популярной певицы Кето Джапаридзе, в итоге «большинство безропотно проголосовало «за» директивное мнение». Так что ни первого, ни второго, ни третьего места Клавдии Шульженко не досталось. Правда, звание лауреата конкурса она получила единогласно. Но и кто теперь помнит «победительницу» Пантофель-Нечецкую? Которая, кстати, была оперной певицей и потом «всю жизнь стеснялась участия в эстрадном ристалище и на своих афишах писала «лауреат всесоюзного конкурса», никогда не указывая, какого именно».
Так стоит ли переживать по поводу полученных кем-то другим премий – певческих ли, литературных? Кстати, о литературе: Клавдия Ивановна читала отнюдь не только тексты исполняемых ею песен. Как-то она показала Скороходову цитату из древнего манускрипта «Ветки персика»:
Три источника имеют влечения человека:
душу, разум и тело.
Влечения душ порождают дружбу.
Влечения ума порождают уважение.
Влечения тела порождают желание.
Соединение трёх влечений порождает любовь.
«Как это точно сказано! – заметила Шульженко. – Я не склонна к философии и часто поступаю не раздумывая, по наитию. Но, по-моему, если в жизни нет одного из этих влечений, она становится ущербной».
А всё прочее – суета и томление духа.


Жертва электричества

Игорь Сахновский, автор фантастического романа «Человек, который знал всё» (издательство «Вагриус», 2007), «засветился» уже со своей первой прозаической вещью «Счастливцы и безумцы», попавшей в «короткий список» «Национального бестселлера» и получившей премию «Русский декамерон».
Действие нового романа происходит в постперестроечное время. От 36-летнего Александра Платоновича Безукладникова, нищего историка-«мэнээса» («Денег не было ни на что, даже на сигареты» – первая фраза в романе), уходит к богатому бизнесмену любимая жена Ирина. В отчаянии Безукладников предпринимает попытку самоубийства с помощью оголённого электропровода. Он выживает, но удар током оказывает странное воздействие: Безукладников начинает читать чужие мысли и предвидеть будущее. Благодаря этому он спасает нового Ирининого мужа от бандитского наезда компаньона (что, впрочем, не помогло вернуть жену). Вскоре о безукладниковском даре становится известно и бандитам, и международным спецслужбам. Последние похищают его и вывозят за границу, требуя содействия в поимке агента-предателя Ризотто. Исполнив требуемое, Александр Платонович оседает во Французской Полинезии, встречает прекрасную англичанку Ренату, которая становится его невестой. Но «люди в штатском» не оставляют его в покое и готовят операцию по его ликвидации. Правда, вместо него по ошибке расстреливают на пляже Ризотто, выпущенного на свободу и тоже готовящего расправу с Безукладниковым.
А сам герой благополучно скрывается и пишет финальное письмо рассказчику Игорю: «Вы заметили, что самые большие гнусности и преступления, кроме всего прочего, неописуемо безвкусны? Я не могу забыть слова одного нобелевского лауреата, трезвейшего среди русских поэтов, о том, что источник всех несчастий в мире не социализм, коммунизм или капитализм, а вульгарность человеческого сердца. Вкус важнее политики… Понятно, что победить мировую пошлость в принципе невозможно, но вытравить свою собственную – это даже не доблесть, а нормальная человеческая гигиена. Не питаться подножным кормом, не глотать с готовностью то, что сыплется из популярных отстойников, соблюдать дистанцию между собой и собою же. Наконец. Просто уметь выслушивать тишину и самого себя.
Всё, что мы хотим знать о своём настоящем, прошлом и будущем, – в нас уже присутствует».
В общем, фантастика плюс «социалка» плюс немного любви плюс сюжетная динамика плюс лёгкий, разговорный язык плюс толика «морали»… Вот вам и рецепт литературного успеха. И даже претензия на звание «Большой книги»: роман попал в «короткий» список одноименной премии нынешнего года.

Ольга РЫЧКОВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *