БЛИЦ-ОПРОС ЛАУРЕАТОВ «ЛР»

Отвечают Виктор ЛИХОНОСОВ, Сергей МОРОЗОВ, Виталий АМУТНЫХ, Николай ПАЛУБНЕВ, Сергей РЮТИН, Александр ДЬЯЧКОВ, Ирина ТЕРРА, Каншаубий МИЗИЕВ

№ 2015 / 1, 16.01.2015, автор: Виктор ЛИХОНОСОВ

1. Чем вам больше всего запомнился 2014 год? Были ли для вас какие-то открытия в литературе, кинематографе, других искусствах?

2. Чего вы ждёте от 2015 года, объявленного у нас в стране Годом литературы? Каковы ваши личные творческие планы на будущий год, и чего бы вы пожелали коллегам литераторам?


Виктор ЛИХОНОСОВ

1. Год минувший в искусстве запомнился немногим. Персонально некого похвалить. Кино новое я давно не смотрю, ни по телевизору, ни в кинотеатрах – отсюда ничем хорошим не веет. А вот в литературной части есть что вспомнить – но тоже, к сожалению, воспоминание негативное. Огорчило то, как отмечали двухсотлетие Михаила Юрьевича Лермонтова. На Кубани ни одна газета не вспомнила о нашем великом поэте! Никогда мне не было так горько – даже в советские годы, когда старались не замечать юбилеи Тютчева, Фета, Боратынского,не говоря уже о Розанове, Бердяеве и других непопулярных тогда мыслителях. Зато памятники Лермонтову ставили, поэта чтили, издавали внушительными тиражами. А сейчас никому оказался не нужен Лермонтов. Может, где-то и отмечали, – вон, даже у шотландцев он свой, кровно-родственный, – но, как всегда, не у нас…

2. В году стартовавшем жду, во-первых, объединения всех разумных сил России и Украины, жду, что вспомнят, наконец, то, что тысячелетия сплачивало нашу древнейшую славянскую семью, и уладят конфликт, приводящий меня лично просто в отчаяние.

А от писателей жду глубокого сочувствия своему народу, из которого будут исходить они, создавая новые произведения. Не из мелких личных амбиций, не в соревновании стилей пустом, а так, как умели мастера деревенской прозы двадцатого столетия. Жду этого углубления в основном от писателей молодых, называть по именам не буду, чтоб не передрались и не пересчитались на «первые-вторые» – они и так на слуху, но хвалить их пока вот за это, за глубинное и народное, увы, не приходится…

г. КРАСНОДАР


Сергей МОРОЗОВ

 

1. Если говорить в целом о 2014-м годе, то он сперва стал годом неопределённости, а затем разочарований. Системный кризис во всех сферах жизни – политической, общественной, экономической, культурной – очевиден, но его отказываются признавать те, кто поставлен на высокие должности заниматься его предотвращением. Говорят о кадровом кризисе, но, на мой взгляд, всё не так трагично. Россия по-прежнему имеет в своём распоряжении прекрасный людской ресурс, и она по-прежнему не может им толково распорядиться. Особых открытий и достижений в области отечественной культуры, таких, которые остались, что называется в веках, в 2014-м году не было. Если говорить о литературе, то год оказался не таким удачным, как говорят некоторые критики. Как всегда, были книги, которые оказались в эпицентре внимания узкой прослойки некогда громадной читательской страны (романы З.Прилепина, В.Ремизова, А.Варламова), но смогут ли они выдержать проверку временем – это большой вопрос. В моей памяти останутся три вещи, увидевшие свет в этом году: главы из новой книги Р.Сенчина «Зона отчуждения», роман А.Варламова «Мысленный волк» и повесть Б.Екимова «Осень в Задонье». В очередной раз ничем не порадовал отечественный кинематограф. Блестящие актёрские работы непрофессиональных актёров в фильме А.Кончаловского «Белые ночи Алексея Тряпицына» – главный упрёк всему нашему кинематографу, который так и не может обрести той жизненной правды, что была свойственна многим фильмам советского периода.

2. В будущее всегда хочется смотреть с надеждой. Но боюсь, что проблемы экономического плана заставят свернуть и сократить задуманные в рамках Года литературы мероприятия. Основная проблема – растущее отчуждение народа от современной российской литературы, от книги, чтения, вряд ли может быть решена за счёт манёвров в чисто литературной сфере. Но частичное преодоление этого отчуждения возможно за счёт отказа от принципиальных установок творческой интеллигенции на некое замкнутое, самодостаточное существование, от противопоставления себя стране и народу. Если говорить о самом себе, то я хотел бы и далее заниматься критикой и публицистикой, может быть, попробовать свои силы в прозе. Пожелать хотелось бы и себе, и другим – писать жизненно, правдиво, интересно, с выдумкой, не опасаясь серьёзных тем и эмоций. Если всё это будет в нашей литературе, люди придут.

 

г. НОВОКУЗНЕЦК


Виталий АМУТНЫХ

 

1. Для меня наиважнейшим в уходящем году, несомненно, стала новая встреча с «Литературной Россией». Её значение невозможно переоценить. Конечно, я и ранее любил это издание. Однако новая встреча показала мне работников редакции… уж и не знаю, как сказать… просто настоящими героями. Ведь теперь, оглядывая литературный пейзаж, с грустью, граничащей с отчаянием, наблюдаешь вельми безрадостное положение нашей литературы.

Мимо обгорелых скал и чёрных исполинских древесных остовов, оставшихся от сожжённых лесов, проносятся вприпрыжку подгоняемые PR(ом) The New Times какие-то русскоязычные сочинители. Но к русской литературе они, без-условно, отношение имеют весьма и весьма окольное. И вот в таком безотрадном окружении «Литературная Россия» предстаёт едва ли не сказочным оазисом. «ЛР» – воистину, стойкий и последовательный борец за права русской мысли. Как удаётся удерживаться ей в столь враждебном, отравленном окружении, не понимаю. Ведь даже «Наш современник» – некогда оплот русской идеи – дородством теперь никого не восхитит. Увы…

2. Хотелось бы пожелать себе и родственным душам прежде всего мужества. Да, сегодня почти не осталось убежища для русскомыслящего литератора. Ну невозможно придти с романом о Тите, с одой Шолохову, с критической статьёй, посвящённой творчеству Всеволода Кочетова, скажем к Эбаноидзе, к Муратову и быть опубликованным с таким материалом в «Дружбе народов» или «Новой газете». Правда же, ведь это ни для кого не секрет? Да, сегодня кураторами общественных институтов создано в высшей степени тлетворное средство – безумная, грязная, глупая, отвратительная литература всех этих сорокиных-лавлинских, улицких-шендеровичей и их сородичей. Оно в значительной степени умалило ниву русского слова. Но и само это племя – невольник пародий и парафразов, бурлески и фельетона, вытесняя из культурной жизни исконное творческое начало, впоследствии само крайне страдает от нехватки питающих источников. Ибо их сочинение крайне зависимо от состояния захваченного культурного субстрата. И они сами это прекрасно понимают. Так вот, желаю всем нам в новом году поменьше лавлинских-прилепиных, зильбельтрудов-быковых, поменьше их пестунов – джонатанов тейлоров, вудов, аллфри, а также – познеров и «Эха Москвы» поменьше. Ведь подумайте: не так уж они всемогущи, не такие они вечные. Но к победе можно придти только усилием. Пусть же каждый задаст себе вопрос: а что ты сам сделал для того, чтобы превозмочь последствия подзатянувшейся духовной оккупации; на что решился, дабы расчистить своё жизненное пространство – назначенный тебе свыше творческий путь? Чтобы в ближайшем времени, указывая поверженному ненавистнику на его возвратившееся убожество, ты мог сказать: «Вижь, иже ты сего хотяше!».

 

г. ДНЕПРОПЕТРОВСК


Николай ПАЛУБНЕВ

 

1. Год сложный, многое выбивалось из привычного течения жизни. Наверно, как подготовка к чему-то глобальному. Людям, в первую очередь, было тяжело. Может быть, это своеобразная закалка для будущих побед. Среди книг стоит отметить Эдуарда Лимонова с «Дедом», Дмитрия Быкова и Валерию Жарову с «Сигналами», Олега Радзинского с «Агафонкиным и Временем». В кино привлекает экранизация русской классики – наверно, «Две женщины» Веры Глаголевой. В театре моё восприятие сужено географическим положением, поэтому «Тимон Афинский» Камчатского театра драмы в постановке Антона Коваленко. В музыке – грандиозное событие – Всероссийский день хоров и успешные гастроли Камчатского камерного оркестра в Австрии. Это большая веха в культуре. Надеюсь, и в будущем искусство России будет прирастать Камчаткой.

2. В будущем году в реалистической литературе жду появления нового стиля. Более искреннего, образного, отображающего все мельчайшие грани российской жизни. Сколько талантливых выпускников Литинститута, участников Форума в Липках, писателей – самородков – надеюсь, что им удастся вознести нашу литературу на невиданные высоты. Конечно, литература не ограничивается реалистической и интеллектуальной. Есть фантастика, детективы, любовные романы. Буду расширять кругозор, глубже проникать в суть вещей и явлений, чтобы быть полезным людям. Людям, причастным к литературе – и писателям, и поэтам, и корректорам, и редакторам, и издателям желаю всяческих успехов, не гнаться за материальным и помнить, что все мы в ответе за нравственное состояние общества.

 

г. ПЕТРОПАВЛОВСК-КАМЧАТСКИЙ


Сергей РЮТИН

 

1. Год 2014-й прошёл, конечно, под знаком «крыма», разделения, конфликта, неопределённости. А пугает как раз не неизвестность, а – неопределённость. На этом фоне можно было ожидать более активного процесса в литературе, но нет – новейших знамений заметно не было. Одно из немногих исключений – книга Алексея Макушинского «Пароход в Аргентину». Связь прошлого, настоящего и будущего явно в ней обозначена. И будущего русской литературы в том числе.

На киноэкраны, наконец, вышел долгожданный фильм Алексея Германа «Трудно быть богом», рецензиями данное творение не обделено, так что укажу только на своевременность и актуальность картины, действительно, получилось неожиданное полотно; внешний натурализм не помешал новому прочтению произведения Стругацких. В Киноцентре фильм рекламировался как предсказавший Майдан – это конъюнктурные слоганы, но Герман «предвидел» будущее, безусловно.

Из фильмов зарубежных отмечу «Сойку-пересмешницу» (очередную серию саги) и «Дивергент». Не столько как кино, сколько как тенденцию – опять же образ будущего уже очевиден и представлен в форме боевого гламура для подростков. Но не всё так просто. Олигархия наступила, но сопротивление ей также в наличии. Характерен в этом отношении также американский сериал «Сотня» – в нём подключена и «космическая» тема. Очевидная аллегория той самой неопределённости.

2. Год 2015 – Год литературы, очень своевременно – жду новых творений уровня Макушинского; сейчас в тренде «кризис», но в прошлом материальный надлом всегда способствовал ментальным прорывам.

И конечно желаю всем писателям, литераторам, публицистам умножения творческой энергии!

В моих же планах – продолжение экологических штудий и демографических исследований. С их результатами надеюсь и далее знакомить читателей.


Олег ХИМАНЫЧ

1. Новых имён в культуре, в частности, в русской литературе я не отметил. Ушедший год не стал исключением: всякий раз, когда обращаюсь к творчеству Юрия Павловича Казакова – литератора, виртуоза русского рассказа, делаю удивительное ОТКРЫТИЕ – он, москвич, уроженец и житель средней полосы России описал наш поморский Север так чувственно, так точно и проникновенно, как не описал его с времён Михайлы Ломоносова и по сию пору ни один из наших мурманских и архангельских «поморских» писателей.

2. Если откровенно, от года литературы ничего не жду, как не ждал и от минувшего 2014-го – года культуры. Сегодняшняя Россия, почти четверть века загоняемая в тупик так называемой «массовой культурой» (дешёвой попсой), пока мучительно ищет выход к великим своим истокам.

В личных планах: завершить свою арктическую дилогию о людях Северного морского пути 80-х, когда по выражению Виктора Конецкого, Севморпуть был нормально действующей транспортной магистралью.

г. АРХАНГЕЛЬСК


Александр ДЬЯЧКОВ

1. Запомнился спектакль нашего Свердловского академического театра Драмы «Вдовий пароход» И.Грековой (режиссёр А.И. Русинов).

2. От «Года литературы», если честно, ничего не жду. Чиновники от литературы погубят это начинание.

Сам же хочу написать пьесу – без мата, чернухи, про то, что без веры добро обречено, а с верой даже зло имеет перспективу измениться.

г. ЕКАТЕРИНБУРГ


Ирина ТЕРРА

1–2. Прошедший год подарил мне счастье познакомиться с хорошими людьми. Хорошие люди оказались к тому же выдающимися литераторами. Начался год со знакомства с Наумом Моисеевичем Коржавиным, я успела застать его в Бостоне и взять интервью, сейчас Н.М. уже живёт в Северной Каролине у своей дочки. Там же в Бостоне я побывала на праздновании 90-летия А.С. Есенина-Вольпина, слушала стихи в его исполнении, сняла про него фильм. С Верой Павловой мы встретились в Москве на её творческом вечере, а потом забавно и весело работали над интервью. Знаменитые питерские «Митьки» – Юра Молодковец, Володя Шинкарёв и Игорь Курас вспомнили лихую молодость по-митьковски, свои творческие замыслы по созданию одной из первых андеграундных художественно-литературных газет. С Павлом Грушко мы беседовали в его бостонской квартире – о семье, внучках, его переводах с испанского и спектакле «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты». Скоро выйдет фильм о нём и наше интервью.

Это и есть мои открытия, моё счастье, моя работа.


Каншаубий МИЗИЕВ

1. Скажу прямо, т.е. так же, как прямо и ответственно выражается Ваша газета: я намного отстал от слежения за литературными и др. новостями в России в силу сложившихся обстоятельств: в течение 20 лет жил в Турции и, конечно, могу больше сказать о литпроцессах, происходивших в Турции. Могу сказать и больше: я оказал влияние на развитие литературного процесса в Турции в плане перевода на турецкий язык произведений русских поэтов. Говорю это, считая, что в моём возрасте (63 года) хватит уже скромничать. Во-первых, я первым (вместе с моим турецким другом-поэтом Ахметом Неждетом) через 172 года (в 2003 году) перевёл «Евгения Онегина» на турецкий язык, и наш перевод был признан лучшим переводом в Турции за тот год. Кроме этого я перевёл на турецкий язык и издал книги Пушкина «Лирика», Лермонтова «Смерть поэта», Блока, Есенина – моего самого любимого русского поэта, Пастернака, Ахматову, Антологию поэзии Серебряного века, Антологию балкарской поэзии, две книги моего самого любимого поэта Кайсына Кулиева, Мустая Карима и т.д.

Что касается 2014 года. Я очень редко бываю на своей Малой (не могу писать это с маленькой буквы) Родине, и, именно, в декабре 2014 года, мне удалось побывать в Кабардино-Балкарии во время юбилея великой горянки, лучшего поэта-женщины Кавказа моей сестры Танзили Зумакуловой. Я переводил её стихи на турецкий язык и некоторые мои друзья говорили: а зачем, мы и так всё понимаем. Они мне говорили, что Танзиля это балкарская Сапфо, что она балкарская Эмили Диккинсон, что если бы она жила во времена Османской Империи, точно была бы султаншей, на что я отвечал: пусть те властелины мира жалеют о том, что Танзиля не жила в их эпоху, а мы гордимся тем, что мы являемся современниками Танзили и эта эпоха может называться лишь эпохой Танзили Зумакуловой (вспоминая анекдот про Аллу Пугачёву: – Кто такой Л.И. Брежнев? – Это мелкий политический деятель в эпоху Аллы Пугачёвой).

2. Год литературы, конечно, касается крупных литературных объединений, издательств и т.д., которые могут проводить различные акции, мероприятия и т.д., а мы, наверное, будем продолжать свою обычную работу по переводу или написанию новых произведений, каждый в силу своих возможностей, и участвовать на тех мероприятиях, которые будут проводить те же организации, например и «Литературная Россия».

г. НАЛЬЧИК

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *