Я участь свою уподоблю письму…

№ 2008 / 5, 23.02.2015


Поэзия Леонида Андреева ещё только ждёт своего вдумчивого и преданного читателя. Почти забытый современниками, живущий на нищенскую пенсию, измученный, но не сломленный тяжкими недугами, равнодушием и непониманием окружающих
Он гордым был, упрямым и колючим.
Путь к Совершенству – прям и неудобен.
Он был Поэтом. Это было лучшим,
На что способен он и неспособен.

Л.Андреев. Вместо эпитафии
Поэзия Леонида Андреева ещё только ждёт своего вдумчивого и преданного читателя. Почти забытый современниками, живущий на нищенскую пенсию, измученный, но не сломленный тяжкими недугами, равнодушием и непониманием окружающих, он являет собой пример невероятной духовной мощи, невольно вызывая в памяти образы бродячего философа Сковороды, мятежного протопопа Аввакума, одержимого стихией языка Хлебникова… Да, увидев Леонида Андреева, познакомившись с ним поближе, вдруг понимаешь, что именно таким и должен быть настоящий поэт – не просто стихотворец, а визионер, провидец, пророк, маг, шаман, дервиш, которому в состоянии экстатического транса открыты все миры, весь универсум, вся Вселенная – от микроскопического атома до огромной галактики. Такой поэт помогает нам увидеть и почувствовать красоту и тайну, одушевляющую её. Вспомним, что именно как «украшенный», то есть исполненный Красоты, переводится с древнегреческого языка слово «космос». И если попытаться обозначить наиболее характерное свойство поэзии Андреева, то я бы определил его как космичность. Ведь стихи поэта действительно звучат в ритме космоса, где каждая вещь, каждое живое существо, каждый звук, цвет и запах имеют своё значение и место, создавая великую гармонию бытия, когда в малом отражается большое и в микрокосме человеческой души можно уловить пульсацию целой Вселенной. Читая их, постигаешь сокровенные законы мироздания, начинаешь воочию видеть и ощущать единство мира, прозревать великий замысел Творца, о существовании которого лишь смутно догадывался раньше.
Паскаль утверждал, что человек в неспокойном, меняющемся мире подобен самой слабой тростинке, но зато этот тростник наделён даром мыслить, и своей мыслью он может объять всю Вселенную. Паскалевский и тютчевский «мыслящий тростник» снова оживает в стихах Андреева:Я участь свою уподоблю письму
И боль благодарно приму…
Осеннюю полночь, молчанье и тьму
Кому адресую? Кому?

Предчувствие слова, любви и беды
Меня задевает слегка…
Как будто нечаянно сердце звезды
Царапает лист тростника.
Складывается впечатление, что тугая материя андреевского стиха вобрала в себя всё знание, накопленное человечеством за многие тысячи лет: традиции древних религиозных и этических учений, идеи античных мудрецов, средневековых алхимиков, современных философов, – всё это горит живым огнём в зримых, осязаемых образах поэзии Андреева:На миг замри, пусть только сердце бьётся.
Молчи, склонясь в ладони головой,
Пока твоё молчанье не сольётся
С Молчанием Природы неживой.

Быть может, в то короткое мгновенье
Услышишь ты, как стынут облака,
Земли и камня медленное пенье,
Движенье звёзд и лепет лепестка.
Формально и стилистически являясь органичным продолжением натурфилософской традиции классической русской поэзии, представленной именами Баратынского, Тютчева, Фета, Заболоцкого, лирика Андреева вместе с тем оказывается шире и глубже этой традиции, так как она опирается не только на достижения западной философии (Пифагор, Гераклит, Паскаль, философия жизни, экзистенциализм и многое другое), но и на древние учения Востока – концепции ведической мудрости, буддизма и даосизма. Многие стихотворения поэта по своему изысканному лаконизму, отточенности формы и неисчерпаемой глубине смысла, напоминают лучшие образцы японской классической лирики: Мне дорог каждый миг,
Короткий или вечный,
Мгновенный счастья крик,
Крик боли бесконечный.

Жизнь каждому дала
Летящий сквозь невзгоды
Миг, лёгкий как пчела,
Тяжёлая от мёда.
В последних двух строчках наглядно показана великая тайна мироздания – парадоксальное сочетание в одном целом, казалось бы, двух противоположных, несоединимых начал: тяжести и лёгкости, вечности и мгновения. Вечность может быть сконцентрирована, сжата в кратком миге, а миг может длиться целую вечность. Это кажется невероятным, но в свете последних открытий в области физики, связанных с изучением свойств пространства и времени, это действительно так. Противоположности сходятся, Инь и Ян слиты воедино, тяжесть и лёгкость, вечность и миг, атом и солнечная система оказываются подобны друг другу. «И из всего одно, и из одного – всё», –утверждал ещё Гераклит, а в стихах Андреева эта извечная истина находит яркое воплощение, перекликаясь с известной концепцией Всеединства Вл. Соловьёва:Да, я есть только я. Но разве
Мы сами по себе живём?
По принципу Обратной Связи
Мы отражаемся во Всём.
Отчётливо осознавая единство мира, поэт ставит перед собой грандиозную задачу, которую он реализует в своём творчестве:Изнанка Мира такова:
Мечтаю я о небывалом –
Связать Космическим Каналом
Стезю Всеобщего Родства.
Некоторые тексты Андреева могут показаться чересчур герметичными, трудными для понимания, однако это отнюдь не умаляет значения его поэзии. «Не бойтесь Истин Изначальных», – говорит нам поэт. Эзотерическое начало в его творчестве не должно отпугивать читателя, напротив, загадочность и недосказанность стимулируют работу мысли, заставляют нас самих искать ответы на неразрешимые вопросы и загадки бытия.
Следует обратить внимание и на особенности структуры и содержания итоговой поэтической книги Леонида Андреева «Русская Аватара». Книга имеет характерный подзаголовок – «Изборникъ», отсылающий нас к традиции древнерусской литературы. Это не просто сборник стихов, а именно книга, в которой поэтические тексты любовно подобраны друг к другу по содержанию и смыслу, по их внутренней логике, композиционно выстроены так, чтобы максимально полно раскрыть грандиозный замысел их автора. В этом отношении «Русскую Аватару» уместно сравнить с такими знаменитыми образцами жанра, как «Кипарисовый ларец» И.Анненского или «Cor Ardens» Вяч. Иванова. «Изборникъ» Леонида Андреева – это своеобразная художественная модель мира, где средствами поэтического языка воссоздаётся весь пространственно-временной Универсум. Циклы, образующие книгу – «Времена года», «Стороны Света», «Славянский Логос», «Предсердие» и другие – раскрывают все грани земного бытия: и ход времени, созвучный природным ритмам, и художественное отражение огромного пространства великой Индо-Славии, земной и Небесной России, освящённой Славянским Логосом, и личную судьбу поэта, неразрывно связанную с судьбой Родины. Открывая для себя один за другим разделы и циклы книги, мы постепенно подходим к постижению одной очень важной идеи, без которой немыслима поэзия Андреева, без осознания которой невозможно понять и принять всё его творчество.
Совершенно особое место в поэтическом космосе Леонида Андреева занимает тема родного Слова, Славянского Логоса, великого русского языка, наследника древнего арийского санскрита, о котором поэт говорит с трепетом и глубоким преклонением:В Свет Нравственный Закон
Он преосуществляет.
Всё отражает Он
И всё одушевляет.

Космический Язык,
Молитвословный Логос –
Как будто Божий Лик
Обрёл в Нём Зримый Голос.
(«Гимн Русскому Языку»)
Глубокая связь «Русской Аватары» с великой традицией отечественной письменной культуры подчёркивается и сознательным следованием автора правилам и нормам старой русской орфографии, насильственно упразднённой реформой 1917 – 1918 годов. В наши дни, когда Русское Слово вновь и вновь подвергается искажению, когда наш язык страдает от разрушительного воздействия чуждой нам англоязычной среды, когда постоянно звучат призывы к новым бессмысленным «реформам» и губительному упрощению языковых норм, подобная авторская позиция, несомненно, заслуживает подлинного уважения и может расцениваться как личный вклад поэта в дело возрождения исконной духовной культуры России.
Поэзия Андреева при всей её разнообразной тематике и глобальности затрагиваемых проблем поражает своей внутренней цельностью, глубокой взаимосвязью отдельных стихотворений, наличием единого контекста, в котором каждое четверостишие, каждая строка, каждое слово стоит на своём месте, реализуя стремление поэта донести до нас Истину, открывшуюся ему. Его поэзию отличает удивительное ныне художественное мастерство, точность, яркость и ёмкость каждого образа, богатство выразительных средств, верность природе, связь с культурной традицией. Леонид Андреев – один из последних великих поэтов ушедшего от нас ХХ века, и то, что его имя в истории русской поэзии до сих пор ещё не стоит в ряду таких имён, как Тарковский, Кедрин, Рубцов, Дмитриев, на мой взгляд, лишь вопрос времени. Клим БУЛАВКИН
г. ОРЕХОВО-ЗУЕВО,
Московская обл.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *