Врата Сибири

№ 2008 / 16, 23.02.2015


Работу над сценарием фильма о тюменской писательской организации начала с того, что погрузилась с головой в архивные документы: письма Константина Лагунова в Москву; письма – из Москвы – Константину Лагунову. Протоколы писательских собраний, прошения и телеграммы в инстанции с просьбой о материальной поддержке литературных праздников. С первого дня руководил Константин Лагунов тюменскими литераторами. Руководил долго, двадцать лет. Многих открыл, окрылил, поддержал.
Говорят документы:
20 сентября 1963 год. Москва. Союз писателей России
«Наше тюменское отделение Союза писателей создано в феврале 1963 года из 6 членов союза писателей. За минувшие полгода мы приняли у себя в отделение в Союз ещё двух товарищей – О.М. Чернова и Л.Лапцуя. Но в Союзе писателей почему-то их материалы ещё не рассматривались. Мы растём и будем расти, так как у нас хороший резерв молодых. Тюменская писательская организация просит ускорить приём в Союз наших новых товарищей».
С глубоким уважением ответственный секретарь Тюменской писательской организации Константин Лагунов.

В памятный день 16 февраля 1963 года на торжественном собрании в обкоме партии их чествовали как именинников: Ивана Истомина, Михаила Лесного, Майю Сырову, Ивана Ермакова, Константина Лагунова, Василия Еловских
Спустя 45 лет съёмочная группа телекомпании «Регион-Тюмень» отправляется в соседний город Курган. Здесь живёт сегодня Василий Иванович Еловских – один из той великолепной шестёрки первых тюменских писателей и единственный живой свидетель тех ярких событий.
Добрались до Кургана быстро, немного поплутав по городу, нашли улицу Климова и нужный дом. В лифте поднимаемся с оператором на пятый этаж, звоним в квартиру № 42. Надо сказать, что до этого часа Василия Ивановича я знала только по фотографии и разговаривала с ним по телефону. Виделся он мне высоким, широкоплечим. Представление это усиливалось густым, бархатным баритоном. Открыли сразу – нас ждали, – встретила шумная компания – 25 января у Василия Ивановича день рождения – 89 лет. Поздравить пришли друзья Иван Павлович Яган – секретарь курганской писательской организации, журналист, писатель Геннадий Павлович Устюжанин, журналист Александра Игнатьевна Пастухова, социальный работник Людмила Ивановна Гедеонова. После некоторого замешательства разобрались, кто есть кто. Василий Иванович невысок, коренаст, крепок в свои почти девяносто. С Тюменью связаны долгие годы работы: возглавлял издательство, руководил отделом информации на областном радио в 50-е годы прошлого века. Разговор завязался как у давних знакомых – доверительный, тёплый. Оператор включил камеру, задаю первый вопрос:
– А приходилось, Василий Иванович самому вести радиопередачи?
По ответу понимаю, что задела Василия Ивановича Еловских за самое живое, хорошо поставленным голосом произнёс:
– Конечно! Внимание! Говорит Тюмень! Передаём последние известия. У микрофона Василий Еловских.
Как преобразился мой собеседник, как молодо заблестели глаза. В 1963 году в Союз писателей его принимали по книгам, вышедшим в Москве в издательстве «Советский писатель», а это в те времена что-нибудь да значило!
Писать Василий начал ещё в юности. Отец занятия сына не поощрял, хотел, чтобы сын «пошёл в инженеры»: «дурит сынок». Однако, взяв в руки первую книгу сына, отец признаётся: «Ошибался».
Василий Иванович вспоминает: «Много сделали для области братья Лагуновы Константин и Николай. Николай работал в обкоме партии и всячески способствовал созданию писательской организации.
Тюменская область необыкновенная, и народ там необыкновенный, крепкий, а крепость связана с романтикой. Я искренне люблю сибиряков. Много колесил по Северу и на двухместных самолётиках и на нартах, когда лектором был».
Его дом заполнен книгами и картинами. Библиотеку собирал всю жизнь. Картины дарят друзья на День Победы, на юбилеи. А юбилеев на долгом веку было немало, пусть ещё будут. Он очень любит природу, хотя не всегда удаётся выбраться в лес. В долгом нашем разговоре совсем забыли про праздничный стол. Спасибо, женщины скомандовали: «К столу». Василий Иванович произнёс свой любимый тост: «Быть добру!» Взял стоящую за шкафом гитару, тронул струны: «Не играю уже давно, а когда-то выписал её через министерство культуры. Романсы любил. Особенно о любви». Гитару оставил, струны, охнув, замерли. Замолчали и гости. Каждый о своём. А Василий Иванович вдруг заговорил: «Сейчас в старости уже неинтересно жить, а умирать неохота. Вот два противоположных явления: не хочется умирать и неинтересно жить. И не то что болячки донимают, нет. Меня одно спасает, я думаю, что будет, то и будет, ну и что. И вот это «ну и что» меня спасает. И ещё всю жизнь я старался делать добро, не делать зла. Когда в душе зло или недовольство, человек изнашивается. Сегодня люди не очень добры друг к другу, и это страшно. А с добром и умирать легко и жить легко».
Письменный стол в его кабинете стоит у самого окна. За окном река Тобол. Сейчас она белая, под снегом. Но реки текут и подо льдом. На столе книги: «Маршал Победы» и «Как дожить до 100 лет». Хорошая у вас программа, Василий Иванович!
Говорят документы:
8 мая 1965 года. Москва. Правление Союза писателей, товарищу Альшицу С.А.
«В 1965 году тюменское отделение Союза писателей переехало в новое помещение. Адрес наш Тюмень, Дом Советов, Союз писателей. На 1966 год нам необходимо: книжные шкафы 2 шт. на сумму 130 рублей, кресла 5 штук на 175 рублей, стол круглый 1 шт. 80 руб., журнальные столики 2 штуки – 70 рублей, тумбочки 2 штуки по 50 рублей и одну пишущую машинку «Рейнтметалл» – 1 шт. 300 рублей. Всего на сумму 805 рублей.
С уважением, ответственный секретарь отделения Союза писателей Константин ЛагуновДень заглох, как мотор грохочущий
В придорожный свалился лес,
И потёмок глухие полчища
Повалили гуртом с небес…
Стихи эти прочитал молодой поэт Николай Денисов осенью 1963 года в зале заседаний обкома партии на открытии первой тюменской недели поэзии. Благословил его на этот литературный подвиг поэт Владимир Нечволода и Константин Лагунов.
По широким обкомовским лестницам народ шёл сплошным потоком, в зале яблоку негде было упасть – так велика была тяга тюменцев к поэзии, к литературе. Поэт получил боевое крещение. Оценка земляков дорогого стоит!
Вспоминает Николай Денисов:
– «60-е – 70-е годы – это было духоподъёмочное время. Стадионы собирали публику, читали стихи в общежитиях, на заводах, в красных уголках на колхозных фермах. Атмосфера в обществе – это очень важно. Может быть, какие-то космические силы влияют на дух, на атмосферу. И потом, самое важное, как общество и народ, и власть в том числе, в первую очередь, способствуют созданию этой атмосферы».
Шуршат аккуратно подшитые, подклеенные архивные документы, всматриваюсь в фотографии, вчитываюсь в газетные строчки: всего проведена 21 встреча, в которых участвовало более 8 тысяч человек.

Каждое интервью вызывает волнение, но перед следующим волновалась особо: интервьюируемый – президент телерадиокомпании «Регион-Тюмень», журналист, писатель Анатолий Омельчук, интервьюер – рядовой сотрудник компании, журналист, режиссёр О.Ломакина. Встретились на нейтральной территории, в ресторанчике «Английский дворик». Уютная обстановка: на столе чай, минеральная вода. «Что за волнение, в конце-то концов, – подумала я, ведь мы же коллеги, журналисты». Задаю первый вопрос: что есть наша тюменская литература? Омельчук начал как всегда неожиданно, образно, ярко: «Тюменская литература красива, настоящий писатель не знает, что с ним происходит, он непредсказуем. Тюменская литература сопряжена со своим временем и за 45 лет своего существования сумела сказать главное – она сказала о своём времени, о своём современнике. Можно вспомнить таких писателей, как Любовь Заворотчева, Николай Смирнов, великий Иван Ермаков, замечательный Геннадий Сазонов, совершенно космическое явление и фигуры мировой величины Юван Шесталов, Еремей Айпин, Анна Неркаги, классик тундрово-таёжного модерна и тоже действительно мировая величина Юрий Вэлла. Когда вспоминаешь, что есть на земле Тюменской такие величины, понимаешь, что тюменская литература, тюменская писательская организация свою историческую миссию, человеческую миссию выполняла достойно».
Съёмка окончена. Едем дальше, всё по графику.
С поэтом Сергеем Горбуновым встреча назначена в городской библиотеке на улице Луначарского. Пришёл точно в назначенный час. Немногословный, как будто стесняющийся, да нет, «почему как будто», – так и есть – смущён вниманием телевизионщиков к его персоне:
– А я тоже у вас на телевидении работал. В 70-е годы осветителем. Вас помню.
Я, к стыду своему, Сергея не вспомнила. Прошу прочитать стихи. Пролистав тоненькую книжечку, Сергей начал:Живичная смола,
Чешуйки семяпочек,
Межзвёздная сосновая пыльца
В питомнике у Дома Обороны…
И беличий полёт
По медленной дуге.
Скрип сосен. Одинокая желна
По млечному пути течёт страна
И близко никого – из всех знакомых
И музыка внутри – сойти с ума…
Он много умеет: баньку срубить, сложить печку, не оплошает по плотницкой части. Может быть и каменщиком, и сварщиком. И уж никак не предполагал стать поэтом. Литературу считает опасным делом: «сильная энергетика в этом содержится, даже представить невозможно. Я могу сказать, что определённых тем не касаюсь. Вот Рубцов – у него сколько стихов о смерти… А Володя Белов, друг мой… Маятные у них души были»… Через паузу Сергей Горбунов прочёл ещё одно стихотворенье: «А вот про себя:Почти полжизни, много лет
В дыму, в дому, по телефону
Я засекреченный поэт
Живу в себе, как за кордоном.
Ни отраженья в зеркалах,
Ни на асфальте лёгкой тени,
Я не оставил, свёрнут флаг
Моих семнадцати мгновений…
Следующий эпизод фильма пишу с особой теплотой, потому как очень люблю этого человека, горжусь, что была дружна с ним…
Есть люди, без которых не может существовать литература, хотя они сами пишут не много. Это люди своего рода бродильные дрожжи, игристый винный сок. Не важно, много ли они написали или мало написали, важно, что они жили и вокруг них кипела литературная жизнь своего времени. Важно то, что они определили собой своё время. Таким был Евгений Григорьевич Ананьев-Шерман. Он написал не так много книг, больше по его сценариям снято документальных фильмов о тюменском Севере, ещё больше осталось в рукописях и в памяти людей. Вот и в судьбе следующего героя фильма Евгений Григорьевич принял живое участие.
Свою первую книгу рассказов «Вечернее такси» Борис Комаров предварил словами: «Учителю и другу Евгению Григорьевичу Шерману-Ананьеву посвящаю».
Рассказывает Борис Комаров: «Мы познакомились на улицах города. Я – водитель такси. Однажды машину остановил седой бородач. Шумно ввалился в салон, спросив разрешения, закурил беломор, на лацкане пиджака – значок участника писательского съезда. С тех пор мы подружились. Много встречались. Я показывал свои рассказы, и ни один из них не был вначале воспринят Евгением Григорьевичем положительно. Всегда разговор начинался с одного:
«Приготовься,Борис, сейчас я тебя буду ругать!»
Это была школа, литературный институт, если хотите…»
О писательстве Борис Комаров мечтал с детства. Посылал свои опусы в «Пионерскую правду», в журнал «Костёр»… Учился в техникуме, в индустриальном институте, работал директором совхоза. Искал своё, искал себя.
Спрашиваю:
– Мечта детства сбылась, вы стали писателем? Довольны собой? Ответ члена Союза писателей России с 1995 года Бориса Комарова несколько удивил:
– Писателями были Толстой, Чехов, Шукшин. А мы только приближаемся.
Я очень хотел, чтобы у меня получилось, думал, неужели я такой крохотный? Труд неимоверный подвигает человека к совершенству. Искусство, творчество смягчает нравы людей. Мне Бог сказал: «Парень, дерзай!» Я очень хотел, чтобы у меня получилось, судить читателям.
Уточняю:
– Значит, Борис Комаров не писатель, рассказчик?
– Пытаюсь – мы все пытаемся. Счастье для меня, когда я создал умную вещь, а потом мне кажется она неразумной. Вечное несогласие со своими прежними делами подвигает меня в моём писании к поиску разумных решений в своих рассказах.
Борис Комаров. Таксист – писатель? Писатель – таксист? Кто он? Порядок слов не имеет значения. Он собирает рассказы реальных людей и очень любит тот рассказ, который пишет сейчас, а темы так строем идут одна за одной. Приехав с Волги в 1973 году за романтикой в Сибирь, он нашёл то, что искал. Жизнь – щедрая подательница сюжетов.
Так, от встречи к встрече, постепенно вырисовывалась канва будущего фильма. И я опасалась, что в отведённые стандартом 27 минут экранного времени мне вряд ли удастся уложиться.
Вновь слово документам:
8 июня 1970 года. Заседание бюро обкома партии. Председатель Борис Щербина – секретарь обкома партии.
Вопрос: О проведении дней советской литературы в области. Ответственные товарищи Смородинсков, Щербина.
Постановили: Совместно с секретариатом Союза писателей СССР и ВЦСПС 20 июля по 1 августа 1970 года провести в области дни советской литературы.
Утвердить оргкомитет: Смородинсков Д.А., Петровец М.Д., Лагунов Н.Я., Меркулов Ю.К., Дмитриев С.Д. (председатель комитета по телевидению и радиовещанию) К.Я. Лагунов.
Это был первый всесоюзный литературный праздник на тюменской земле. Потом будут ещё праздники… Первую группу писателей, приехавших из разных уголков страны, возглавлял секретарь правления СП СССР, уроженец Сибири Георгий Марков и первый секретарь правления СП РСФСР Алим Кешоков. Разместили участников Дней литературы в гостинице «Колос». Было заказано 2 люкса, 10 одноместных и 12 двухместных номеров. С тюменским линейным пароходством заключили договор об аренде теплохода «Ленинский комсомол». По четырём маршрутам отправились по всей области посланцы литературы: «хлеб», «нефть», «газ», «дорога». Арендовали вагоны, пароходы, вертолёты, самолёты, автотранспорт. В те годы появилось много произведений о тюменском крае. Есть что вспомнить, почитать, посмотреть… Тогда к дням литературы была выпущена газета «Тюмень литературная». Название придумал Николай Денисов, и вот уже много лет он редактирует это издание. С 1999 года издаётся в области журнал «Врата Сибири». Журнал знают в России – печатаются авторы из Иркутска, Красноярска, Омска, Челябинска, Ижевска, Екатеринбурга, Питера и, конечно же, свои доморощенные авторы.
Рассказ писателя Анатолия Васильева, главного редактора журнала «Врата Сибири», – следующий эпизод фильма: «В департаменте по информационной политике несколько лет назад зародилась идея создать комитет по книгоизданию. Книги издаются по разным направлениям. Сейчас готовится к печати избранное Зота Тоболкина. Когда в 2003 году в Ишиме проходило организованное журналом общероссийское совещание молодых писателей, приезжали с разных регионов литераторы, узнали о таком совете и переняли опыт тюменцев. Такие комитеты есть сейчас по всей России. Совет по книгоизданию возглавляет вице-губернатор Сергей Сарычев. Хорошо издают теперь в Тюмени. Иван Филиппович Кнапик берётся за дело скрупулёзно».
Из выступления Ювана Шесталова на отчётно-выборном собрании 10 января 1965 года: «Давно надо было создать отделение Союза писателей, тогда бы не пели такую песню: «мы уйдём, покинем землю, чтоб в столице вновь родиться», и не уезжали бы в Москву.
В Москве какой-нибудь поэт только что написал одну песню, и сразу в газете напечатают, и он в гении производится, а он, может быть, хуже пишет, чем наш Шешкин, а становится всесоюзным писателем. Очень хорошо, что создали отделение Союза писателей, и такие люди как Ермаков построили свою столицу, и не будут люди ездить рождаться в Москву, Ленинград, а будут тяготеть к Тюмени. И наше отделение будет работать в полную силу своего голоса».
В деревню Кузнецово, Голышмановского района ехала с предвкушением радостной встречи. Познакомилась с Аллой Кузнецовой лет пятнадцать назад, стала она тогда героиней моих «деревенских этюдов». С тех пор, если была попутная дорога, старалась к ней заглянуть. И обязательно везла писчей бумаги. На работе говорила: «еду к писателю». Снабженцы делились бумагой. Благое дело.
В свою родную деревню Алла вернулась лет двадцать назад, изрядно поколесив по городам и весям. Работала в совхозе, гальваником на заводе, проводником пассажирских вагонов. Четверть века отдала журналистике, меняя места между югом и севером. Больше всего прожила в Омске, который считает сибирским Ленинградом. В Омске была главным редактором художественного альманаха «Иртыш», здесь же принята в Союз писателей. А начиналось всё в деревне Кузнецово. Ещё в девяти-десятилетнем возрасте брала Алла чистую тетрадь, если находилась, и шла в баню «писать книги». Отец не велел мешать: «Алла писателем станет». Чаще писала на колхозных бланках, квитанциях. Бумажечки были разноцветные: розовые, синие. Строчки на них получались весёлые…
Роман «Вечер» вышел в свет в 2005 году. Автор благодарна за поддержку издания главе администрации Голышмановского района Александру Желтоухову и депутату Тюменской областной Думы Виктору Рейну. Сегодня рукописи Аллы Кузнецовой ждут своего часа во «Вратах Сибири», в областных газетах.
Домик под сосной на улице Гагарина, 1, мыт-перемыт дождями, сушен под солнцем, выбелен ветрами. Это родительский дом. Здесь хорошо пишется. Она садится за рукопись вечером, вставая из-за неё с пением третьих петухов.
Днём жизнь сжирает суета, вечер же остаётся одним – несказанным, неожиданным, с красной зарёй и пением тишины. Её рассказ эмоционален, гостям явно рада:
– Десять лет работала над романом. Я любила своих героев. Даже работников КГБ любила, хотя и доставалось нам от них. Да видно мало доставалось, вразумляли они нас от западной пропаганды, молодёжь же была зелёная. Вот, кстати, сюжеты меня раздирают. Они наскакивают один на другой. Лучше бы я жила обыкновенной бабой. Очень сильно мучают образы. Очень сильно. Это наказанье. Александр Сокуров однажды сказал: «Господь наказывает человека талантом». Но если я не пишу дня два, три, я начинаю злиться. Я не знаю, талант от Бога или сатаны.

Интересные материалы хранятся в Государственном архиве социально-политической истории Тюменской области. Из них узнаю, что 17 апреля 1965 года на собрании тюменского отделения Союза писателей РСФСР обсуждался вопрос о рекомендации молодой поэтессы Аллы Кузнецовой в литературный институт.
Спросили: «Кого бы из поэтов хотела назвать своим другом?»
Ответила: «Островского». Владимир Фалей воскликнул: «Ой». Иван Ермаков пожелал: «Не склоняй голову над одной строчкой, чувствуется, что у тебя в душе звенит. Ищи пути, чтобы выпустить эти звуки на простор. Стихи прельщают сиянием молодости, есть свои самоцветы: «по охрипшим дорогам машины, на капотах везут луну».
В Московский литературный институт поступила, проучившись три года, бросила. Спрашиваю: «Почему?» И с её ответом согласна.
– А что там делать? Ну что там делать? Как можно научить писать? Представьте, что Лев Толстой окончил бы литературный институт. Ни Толстой, ни Достоевский, ни Чехов не учились писательству. Чехов в анкете писал не писатель, а лекарь, он был врач. Если Бог дал мастерство, его надо беречь, если не бережёшь – он тебя раздавит. Потому люди спиваются, вешаются. А если у тебя так, талантишко, то будешь скрести что-нибудь.
– А что Алла Кузнецова пишет в анкете?
– Я? Дело в том, что мне такую анкету никто не давал.
– А к примеру?
– Писатель, конечно. И русский к тому же. Русский писатель.
Вот такая она, деревенская затворница Алла Кузнецова.

В старом домике половицы чуть просели, оттого всё в комнате, в кухоньке приосанилось и в доме по-особому уютно, всё подбоченилось: и книги на полках, корешки которых прикрыты целлофановой обёрткой. Вижу среди них Андрея Платонова, Фолкнера, Марселя Пруста, Джойса, Генри Миллера, Гарсиа Лорку. И портрет любимого Блока смотрит чуть искоса. К русской печке прислонён модерновый красный велосипед – подарок дочерей-близняшек. Транспорт.
Прощаемся во дворе. Откуда ни возьмись примчались три собаки: Муха, Глафира, Потешка. Хозяйка угощает их семечками. Другой скотины не держит. Из гуманизма. Кормить, ходить за бычком или тёлочкой, а потом резать? Увольте! Опять с ней соглашаюсь. Спрашиваю:
– Чем же ты их кормишь?
– Кашу варю, растительным маслом заправляю. Видишь, как шерсть-то блестит. – Напоследок Алла зовёт: «Приезжайте ещё, побеседуем!»
Пообещали. Надо будет бумаги привезти. Обязательно!
А закончу фильм вопросом Анатолию Омельчуку:
– Вы пишете ручкой?
– Исключительно. Есть знаменитая машинка «Эрика». Но пишу ручкой. Слово должно стекать с пальцев, а не с клавиши.
Здесь зазвучит лирическая музыка, и я прочту строки из книги Анатолия Омельчука «Последний в очереди за поцелуем».
«Слово – главное лекарство
Слово. Слово, то слово, которое было «в начале». И ещё оттуда же.
«Мучительно вспоминаю мысль, очень помнится, хорошую, замечательную, оригинальную, но хорошая, важная – сама вспомнится. Не вспомнилась – видно, не важная, и жалеть не надо»…
Так, или почти так сложился фильм «Тюменская строка»… Его авторы: режиссёр Ольга Ломакина, оператор Александр Быбин, звукорежиссёр Галина Севрюгина, оператор монтажа Владимир Рянин. Зрители увидели фильм 19 февраля 2008 года. Теперь этот день тоже ушёл в историю…
А в хронометраж 27 минут мы вместе с героями фильма уложились.
Профессионалы!Ольга ЛОМАКИНА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *