Незаслуженно счастливая в аду

№ 2009 / 19, 23.02.2015

Дав­но не чи­тал та­ких ис­крен­них, до­б­рых, от­кры­то-без­за­щит­ных сти­хов. По­этес­са не бо­ит­ся быть сла­бой, жен­ст­вен­ной, жду­щей. Как на­до­ела эта без­ли­кая, а-ля за­пад­но-ев­ро­пей­ский под­ст­роч­ник, по­эзия

Читайте книгу стихов Елизаветы Емельяновой-Сенчиной «Зеркальные шары»






Давно не читал таких искренних, добрых, открыто-беззащитных стихов. Поэтесса не боится быть слабой, женственной, ждущей. Как надоела эта безликая, а-ля западно-европейский подстрочник, поэзия – тупорыло-непробиваемая, как ведущие культурных программ на российском телевидении. Поэзия, напичканная, в лучшем случае, иронией, в худшем – полным отсутствием смысла, поэтической мысли и чувства. А какая поэзия без чувства, тем более женская, – поэзия любящей жены и матери, поэзия вечной любовницы, – ненасытной и неисчерпаемой?!


В каждой культуре есть понятия и термины, как бы являющиеся базисными, основными для развития самой этой культуры и личности, её творящей: любовь, жизнь, смерть, ребёнок, судьба, родина, небо, земля, дом, кольцо… И эти же понятия, эти слова являются путем и смыслом пути личности, единственной настоящей ценностью в этом краткосрочном мире.


И хотя и земля, и небо у всех разные (даже у одного и того же человека они могут меняться, как у Елизаветы, например, жившей и в Москве, и в Туве, и в Кёльне), нарисованные, выпестованные самобытным словом, они становятся одинаково понятны, близки и дороги каждому, кто любил, страдал и периодически умирал, то есть попросту жил на этой земле.


Стихи Емельяновой-Сенчиной глубокие и, как у любого настоящего поэта, парадоксальные и объёмные. За первым – видимым смыслом идёт второй. Дальше всё зависит от культурного и чувственного уровня, то есть творческой состоятельности читателя. Можно даже додумать, дофантазировать, – стихи дают для этого первоначальный толчок, зажигают творческую искру.


Очень цепляет стихотворение «Несбывшееся». Печальные мысли о не рождённом ребёнке и «невоплощённой в сказку любви».







Обидою лоб и глаза


припорошены.


Ты губ не касался.


Я рук не ломала.


Метель безобразная


сына качала.



И просто замечателен, колоритен и необычен небольшой этюд «Я буду к вам добра и постоянна…»







…Я подарю вам ветреный апрель


и голос простудившихся недель,


и дворик, скособоченный и старый.



Подробностей в стихах Елизаветы почти нет, точнее, они появляются ненавязчиво, подчёркивая мысль, подкрепляя четкую мироустановку. Важная деталь: поэтесса пишет только свою судьбу, она предлагает нам принимать её такой, какая она есть, нравится нам это или нет. Она не заигрывает с читателем, не пытается ему угодить. Она творит как бы сама по себе, не пытаясь влиться в модные течения. Она романтик, она само воплощение любви, пусть её любовь и прошла через ад, через мясорубку времени, но всё-таки вынесла это светлое, романтическое, нежное чувство и уверенность в том, что любовь победит все невзгоды:







Богатство доброе моё


рассыпано во тьме.


Творится тесто. Дети спят.


И вечер, добр и усат,


всё гладит по спине.



Или:







Каждый год я бываю старою:


в ясный полдень – твоя хорошая.


А под вечер – с тобой усталая.



По поводу другого хорошего поэта – Виталия Пуханова было сказано: «пока находишься внутри созданного им мира, нет нужды в альтернативах». И я, держа в руках эту небольшую, к сожалению, книжечку, во-первых, верю и сопереживаю как читатель всему написанному художником, во-вторых, не хочу расставаться с этим поэтическим, пусть и не всегда уютным для меня, миром. А какая удивительная точность в этой детали:






И церковь белая


чиста,


как брошенная женщина.



Нужно отметить, что в стихах у Емельяновой-Сенчиной постоянно присутствует какое-то особое лирическое настроение, своя особая звонкая нота, – то метельная, то дождливая, но всегда волшебная. И конечно, «Звенящая нежность».







…Тишина сменилась звоном:


струи бледные в ручье.


Нежность горестных поклонов


древней, дремлющей земле.



Кто внимательно прочтёт книжку, не сможет бестрепетно прочитать такие стихи, как «Аховая лирика», «Я проклинаю этот час», «Я в твоей ладони уместилась вся», «Я – утро, я тянусь к тебе, мой вечер», «Я – вечнозеленеющая дева», «Вышибли дверь», «Без дна». Поэтесса говорит о Вечном, о том, что действительно её волнует (а потому волнение передаётся и читателю), без чего она не может жить, пусть даже в повседневной жизни всё заполнено бытом, мелочью, пустяками.







Имя дорогое


в моих


покоится руках,


когда мы думаем


о вечном,


а говорим


о пустяках.



И получилось здорово! Пустяк, а приятно…

Сергей СОКОЛКИН

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *