КЛЮЧИ ОТ НЕБА

№ 2015 / 11, 23.02.2015

Об афганском походе советской армии сегодня вспоминают всё реже и реже, разве что 15 февраля – в годовщину вывода войск, да 27 декабря – в годовщину их ввода. Для одних эта война осталась унылыми абзацами в учебниках по истории СССР, для других – жестокими, страшными страницами судьбы. Драмой всей жизни…

 

Шестидесятидвухлетний полковник Виктор Захаров уже 20 лет на пенсии. Живёт в Воронежской области: летом в небольшом селе Новокирсановка в Терновском районе, зимой – в пригороде Воронежа. Выглядит бодрячком, хотя, смеётся лётчик, если прибавить 45 лет выслуги, начиная с 16 лет – получится 81 год. Организм не обманешь… Глядя на него, никогда и не скажешь, что он опытный авиационный командир, орденоносец, участник десятков крупных боевых операций, многократно облетевший все участки советской границы с Китаем и Афганистаном. Хотя что-то неуловимое во взгляде выдаёт в нём некую собранность и постоянную внутреннюю готовность…

– Я родился на Украине, в Первомайске, в семье шахтёра, – говорит Виктор Григорьевич Захаров. – После смерти отца мы переехали к родственникам в Воронежскую область, где и прошло моё детство. Для нас, привыкших к городским условиям, сельский быт оказался довольно тяжёлым: до 67-го года не было электричества, удобства – во дворе, в школу приходилось ходить пешком за три километра. Когда заканчивал 9-й класс, мой сосед – офицер рассказал о недавно открывшейся школе пилотов в Саратове. Думал я недолго и после выпускных экзаменов поехал поступать – но уже не в школу пилотов, а в преобразованное на её базе военное авиационное училище лётчиков.

Лучшие воспоминания – это, конечно, годы учёбы в училище: дисциплина, товарищеская дружба, обед по расписанию… О будущем курсант тогда особо не задумывался. Но когда на третьем курсе к ним приехал представитель погранавиации и рассказал о специфике службы на границе, Виктор сразу согласился, хотя никаких особенных льгот и преференций эта служба не давала.

В.Г. Захаров: Всем, кто принял такое же решение, на построении зачитали приказ министра обороны СССР – присвоить каждому воинское звание «лейтенант» и отправить в запас Вооружённых сил. От неожиданности мы потеряли дар речи. А потом услышали другой приказ о призыве на действительную военную службу в пограничные войска Комитета госбезопасности при Совете министров СССР. О новой службе мы не знали ничего. Ребят разбросали по необъятным рубежам Родины. Мы с Петром Корневым оказались в посёлке Бурундай недалеко от Алма-Аты.

В Восточном округе в те времена базировался целый вертолётный полк: одна эскадрилья – в Уч-Арале Талды-Курганской области, вторая – вместе с самолётным звеном в посёлке Бурундай в пригороде Алма-Аты.

Не успели молодые лётчики освоиться на новом месте, как их отправили в Тбилиси, в 12-й отдельный учебный авиаполк на переподготовку – в училище ребята осваивали Ми-4, а на границе пришлось иметь дело с новыми вертолётами Ми-8. А когда вернулись, вооружённые новыми знаниями и навыками, их сразу же назначили командирами экипажей, что в то время было очень даже большой редкостью.

Служба была нелёгкой. Молодым ребятам часто приходилось отправляться в двухнедельные командировки на облёт государственной границы, где все решения по поиску нарушителей приходилось принимать самостоятельно. Это была хорошая закалка и тренировка управленческих качеств.

Но всё изменилось после ноябрьских событий 1979 года. Тогда пара самолётов армии Афганистана нанесла бомбовый удар по таджикскому селу. Была разрушена школа, но жертв инцидента не было – лётчики спутали ущелья, где проходила госграница. Афганцы, правда, пытались списать всё на непреднамеренность действий лётчиков, их плохую подготовку и пр., но все версии для советского правительства, по всей видимости, звучали неубедительно. И тогда несколько экипажей полка – капитанов Захарова, Мизина и Чиндина под руководством начальника авиаотделения округа полковника Тимофеева – были направлены в Хорог, столицу Горно-Бадахшанской автономной области для освоения этого высокогорного района. Так, почти за месяц до официального ввода войск началось активное усиление военных позиций.

В.Г. Захаров: Мургаб – это самый высокогорный аэродром Союза, располагается на высоте 3760 метров над уровнем моря, он окружён со всех сторон горами, высотой от пяти до семи тысячи метров, а нехватка кислорода, по сравнению с равнинной местностью, там составляет около 40 процентов.

Помню, 22 декабря мы выполнили первый групповой вылет с Хорога через Ишкашим на Лянгар и на территорию ДРА вдоль Сархадской щели – изучали перевалы, выбирали места дислокации десантных подразделений. Начальник авиаотдела погранвойск КГБ СССР генерал-майор Николай Алексеевич Рохлов дал мне тогда допуск для самостоятельных полётов с подбором площадок и обучением лётного состава до четырёх тысяч метров. Эти полёты были важны для пограничных войск ещё и тем, что позволяли оперативно решать вопросы доставки оперативных групп и важных грузов в ранее недосягаемую точку.

Вместе с однополчанами Виктор Григорьевич с честью и достоинством выполнял воинский и интернациональный долг. О своих боевых подвигах он говорит охотно, но без мельчайших подробностей и деталей, которые могли бы помочь ярче воссоздать картину происшедшего. Описывает события понятно, но без геройства и бахвальства. По его словам, большинство операций проводилось в сложных условиях высокогорья при нехватке кислорода, резких перепадах температур, при отсутствии дорог в привычном понимании. Поначалу какой-то специальной подготовкой для действий в таких режимах никто не занимался, особенно среди вертолётчиков. Хотя даже непрофессионал знает, что ведение боя в горных условиях требует особого мастерства, иной тактики, какой-то мальчишеской дерзости и смекалки. Именно эти качества не раз спасали жизнь Захарову и его товарищам.

В.Г. Захаров: Государственная граница между Афганистаном и Таджикистаном проходит в основном по рекам и ущельям и фактически ничем не обозначена. Строго отследить перемещения в воздухе не всегда представлялось возможным, потому и с нашей, и с противоположной стороны существовал договор о том, что летательным аппаратам во время маневрирования при заходе на посадку в условиях горной местности разрешается на пару километров заходить на соседнюю территорию.

В первые месяцы войны были преимущественно мирные полёты по доставке небольших оперативных групп и безвозмездной гуманитарной помощи народу северного Афганистана. Вертолётчики доставляли питание, одежду, обувь, палатки, одеяла, медикаменты и другие предметы первой необходимости. Но впоследствии обстановка стала накаляться, особенно в Горном Бадахшане.

…Афганская война с самого начала была настоящая: с проведением операций обоими противоборствующими сторонами, с бомбометаниями и стрельбой с обоих сторон, с боевыми пробоинами и повреждениями, ранениями и потерями лётчиков и пограничников, вынужденными посадками и грубыми приземлениями вертолётов…

У самого Виктора Захарова в памяти остались разные истории, Ещё в 1983 году его представили к званию Героя Советского Союза.

В.Г. Захаров: Помню, тогда после академии им. Ю.А. Гагарина к нам пришёл лётчик на стажировку, и при полёте на оперативную точку при странных обстоятельствах он в прямом смысле развалил вертолёт. Наказание последовало незамедлительно и коснулось всего полка.

Захаров вспомнил ещё один эпизод, который не вошёл в наградные листы. В октябре 1985 года в районе базового лагеря бандформирования «Зардев» пара вертолётов капитана В. Давыдова и капитана А. Прибыткова при выполнении боевой задачи попала под бандитский обстрел. Вертолёт Прибыткова получил серьёзное повреждение двигателя, которое не позволило ему вернуться на базу. Экипаж принял решение произвести вынужденную посадку на плато ледника высотой 3,6 тысячи метров над уровнем моря. Сами лётчики спаслись, а вот повреждённый вертолёт, как оказалось, завис над пропастью.

Лётчики тогда верно рассудили, что бросать его в горах – невозможно, но поднять в воздух с такой точки практически невозможно. Спасти ситуацию могли только опытные пилоты с неординарным мышлением, не боящиеся риска. Таким был командир авиагруппы и командир авиаэскадрильи подполковник Захаров. Вместе с инженером авиагруппы майором Коваленко и капитаном Гавриловым они быстро отыскали на ледниковом плато вертолёт и выяснили, что остановка двигателя произошла из-за попадания в его входное устройство пули крупного калибра. С такими повреждениями, решили лётчики, полёт нельзя назвать безопасным, но он вполне возможен.

Неожиданно возникла угроза жизни – к плато двигалась банда «непримиримых». Экипаж капитана Гаврилова огнём бортового оружия заставил мятежников отступить, однако путь комэска лежал через линию огня бандитов, притаившихся в ущелье. Под прикрытием экипажа Гаврилова, точно посылавшего на головы душманов смертоносные заряды, Виктор Захаров фактически спас повреждённую машину – ему удалось за счёт свободного падения в пропасть набрать поступательную скорость и вернуть вертолёту управляемость.

Этот случай из-за своей неординарности и множественных «нарушений» различных мирных инструкций долго замалчивался, а участники той операции не были даже поощрены.

В.Г. Захаров: Науку выживать и побеждать мы тогда постигали на практике. Мой вертолёт часто был ведущим, нередко возвращался пробитый пулями. Помню операцию в 1983 году, когда мы довольно долго гонялись за одним «инженером» – так называли душманов, получивших высшее инженерное образование в Союзе – тогда группа из десяти вертолётов пошла по верху, а мы, прикрываемые МИ-24, вышли на бандгруппу. Бандиты, засевшие в крепости и имевшие большое количество оружия и боеприпасов, оказывали упорное сопротивление и готовились к бою. Наш экипаж обозначил ракетами их местонахождение и «накрыл» бомбами.

За проявленное мужество и отвагу Виктор Захаров был награждён орденом Боевого Красного Знамени.

В копилке боевого опыта было немало нестандартных, трудных, нештатных ситуаций, которые требовали неординарных решений. В 1985 году за очередную такую нестандартную ситуацию начальник погранвойск страны генерал армии В.А. Матросов вручил командиру авиаэскадрильи подполковнику Виктору Захарову Орден Ленина.

В.Г. Захаров: 18 мая я участвовал в операции по ликвидации горной базы «Анджир», руководил ударной эскадрильской авиационной группой из шести вертолётов Ми-8 и трёх вертолётов Ми-24. В условиях сильного противодействия противника точным ракетно-бомбовым ударом нам удалось уничтожить большой склад оружия и боеприпасов главной бандгруппы этого района.

У Виктора Захарова были такие дни, когда он налётывал по 6-8 часов в сутки и совершал до 30 посадок на афганской территории, привозил по нескольку боевых пробоин и осколочных повреждений. При этом не имел ни одной потерянной машины, не одной вынужденной посадки, ни одного ранения себя и членов экипажа.

В.Г. Захаров: У меня были хорошие учителя, сотоварищи, подчинённые. Мне вообще всегда везло на верных друзей, ведь у нас, лётчиков, подлецы долго не задерживаются. Вся наша служба, словно рентген, высвечивает нутро человека. А судьба воздаёт по заслугам.

Все парни, которые прошли Афган, заслуживают почести и внимания. Лучшие годы жизни они посвятили служению Родине, борьбе за безопасность своей страны. В мирное время трудно понять этих людей, прошедших через великое физическое и психическое напряжение, которое заставляет по-иному чувствовать, думать, жить. Но часто именно такое жестокое очищение превращает обычных мужчин в настоящих героев, достойных стать легендой и остаться в сердцах потомков. Виктор Захаров – из их числа.

Марина КАЛИНИНА,
г. ВОРОНЕЖ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *