Вопрос в лоб

№ 2009 / 41, 23.02.2015

Изменит ли литературную ситуацию в стране встреча премьер-министра В.В. Путина с писателями?

Изменит ли литературную ситуацию в стране встреча премьер-министра В.В. Путина с писателями?







Кирилл АНКУДИНОВ, литературный критик



Совершенно не изменит. Даже если российское правительство прислушается к словам уважаемого Валентина Распутина и активно примется за финансирование существующих литературных журналов, это не изменит ничего, поскольку читательская аудитория у существующих литературных журналов очень мала. А о каких-либо концептуальных переменах в государственной политике по отношению к современной литературе, насколько мне известно, на встрече речь не велась.


Единственное, что смогла изменить эта встреча – она чуть скорректировала моё частное отношение к В.В. Путину. Пригласить на свой день рождения именно писателей (а не представителей каких-либо других профессий) – довольно трогательный жест. Встречу Путина с писателями я воспринимаю только в ключе индивидуальной жизненной дороги Путина. Что даёт мне определённый повод для размышлений.


Конечно же, эта встреча – не стратегический ход и не пиар. Это – очень интересный человеческий поступок.



г. МАЙКОП




Павел КРУСАНОВ, писатель



Встреча ничего не изменит, поскольку проблемы литературной ситуации заключаются в до сих пор не восстановленной системе распространения книг по стране и в пропаганде книги как таковой. Частный бизнес занимается этим как может, то есть с ориентацией на максимальную и быструю прибыль при минимуме затрат. Что касается чиновников, способных повлиять на решение каких-то вопросов, то у них нет для этого никакой мотивации, кроме галочки в графе казённых дел. Что за радость им работать с книгой за одну зарплату? От кого они могут получить здесь свою статусную ренту (взятку/откат)? А чиновников, исполняющих должность во имя служения, а не кормления, у нас, как известно, нет. И взяться им неоткуда, если страна живёт без цели – в лучшем случае во имя экономики, а не во имя человека, соблюдения его чести и спасения его души.



г. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ




Денис ГУЦКО, писатель



Изменить, конечно, ничего эта встреча не изменит. И слава Богу. А зачем? На этих встречах мастера слова выплёскивают или пафосные «ужас-ужас», или что-нибудь о своём, наболевшем, в стиле «как трудно жить! денег нет совсем!».



г. РОСТОВ-на-ДОНУ




Алексей АЛЁХИН, поэт, главный редактор журнала «Арион»



Если бы вы спросили меня о положении литературы, читателей литературы и литераторов, то я мог бы сказать вам куда больше. Но вы спросили то, что спросили. Литературная ситуация не зависит от правительства – за исключением совсем уж злокачественных случаев, как это бывало при большевиках, но до этого, слава Богу, далеко. А вот на помощь литературным журналам очень хочется надеяться: потребность в ней очевидна и расходы, в сущности, невелики.




Лидия СЫЧЁВА, писатель



Если бы от Путина зависела литературная ситуация в стране, то она бы давно изменилась… А вообще встреча была абсолютно не подготовлена – ни со стороны писателей, ни со стороны власти. У литераторов появилась редкая возможность радикально повлиять на госполитику в области культуры. Но разве они пришли с развёрнутым планом действий, который бы включал внятную издательскую деятельность, распространение, доступность книги, работу творческих союзов?! Такая долгосрочная стратегия премьеру не была представлена.


Но, может, инициаторы встречи хотели провести её лишь для «галочки»? Иначе как объяснить такую «камерность» мероприятия? Не у всех творческих людей есть государственный интерес, государственный инстинкт, общественная активность и ответственность за слово. На такие встречи нужно, на мой взгляд, приглашать тех писателей, которые реально болеют за страну, а не за своё место в ней.


Писатель – голос народа и голос времени. Сегодня дружелюбие часто заменяется распрями не только среди творческих людей, но и даже среди целых народов. Забвение настоящего писательского слова делает власть глухой, а жизнь – безотрадной. Будем это помнить.




Андрей ВОЛОС, лауреат Государственной премии России



Нет, не изменит. Власть и литература живут в непересекающихся вселенных. Более того, если литература настоящая, она по отношению к власти представляет собой что-то вроде антивещества. Равно как и власть – антивещество по отношению к литературе. При соединении они аннигилируются. Важно помнить, что поскольку масса власти всегда неизмеримо больше массы литературы, в результате аннигиляции целиком и бесследно исчезает только литература.




Виктор ТОПОРОВ, критик



Нет, не изменит. И ситуацию в Переделкино тоже. А вот от ПЕН-клуба, может, проверяющие отстанут, ради чего всё на самом деле и затевалось Битовым и Ко (остальное – камуфляж). Но тоже не факт.



г. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ




Лев ДАНИЛКИН, литературный критик



Думаю, эти контакты одинаково перспективны для обеих сторон. Из истории литературы от Пушкина до Пелевина – нам известно, что модель отношений «Художник и Царь» – продуктивная для Художника; это шанс а) поучаствовать в просвещении правителя; б) пообщаться с существом из абсолютно другого мира, – в общем, новые сюжеты, новый способ обращения с материалом, новая интонация. Что касается власти, то, курируя литературу, она некоторым образом легитимируется – и в глазах современного общества, и в глазах истории.


Что касается литературной ситуации в стране, то в неё власть может вмешиваться или не вмешиваться – и у того, и у другого варианта есть свои достоинства. Хуже всего, когда непонятен сценарий, непонятны правила игры – власть всё-таки зачем-то нуждается в литературе – или всё-таки нет? Когда идут деньги на «Большую книгу» – что это значит? Когда Швыдкой пишет в «Российской газете» статью «Роман на заказ» – что это такое, его личная инициатива или осознанная государственная политика? Когда Путин обещает финансировать толстые журналы – что за этим стоит, чего он от них хочет? Когда Путин встречается одновременно с Лукьяненко, Битовым и Татьяной Устиновой – как интерпретировать очевидный факт, что писателей отбирали просто так, без какого-либо принципа? Власть осознаёт, что сама так и не смогла предложить никакого идеологического проекта, кроме абстрактного патриотизма и культа потребления, – и поэтому вынуждена обращаться к писателям, чтобы те обеспечили людей ощущением духовной родины, – или ей всё равно и она об этом вообще не думает? Ни на один из этих вопросов непонятно, как отвечать. Когда нет правил игры, «волатильность рынка» крайне высока; и это плохо для любого долгосрочного бизнеса – каким, несомненно, является литература.


Во что власть абсолютно точно должна вмешиваться – так это в литературную ситуацию за пределами страны. Именно власть (больше некому, потому что такого рода институции – это сначала политика, а потом литература) в состоянии пролоббировать интернациональный успех русской литературы – прежде всего пробить для кого-то из русских Нобелевскую премию, как до этого пробила Олимпиаду. Есть опыт, понятны инструменты воздействия; и если это произойдёт, эффект почувствуют все: это будет хорошо для всего этого «бизнеса», приливная волна поднимает не одну лодку в гавани, а все.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *