Попса портит вкус

№ 2010 / 11, 23.02.2015

В Питере с триумфом прошли гастроли Национального академического драматического театра им. Ивана Франко. На все пять спектаклей билеты были распроданы задолго до приезда труппы.

В Питере с триумфом прошли гастроли Национального академического драматического театра им. Ивана Франко. На все пять спектаклей билеты были распроданы задолго до приезда труппы. «Публика соскучилась», – улыбается художественный руководитель театра Богдан Ступка.


Оно и понятно, ведь «иванофранковцев» не было в Петербурге почти двадцать лет.







Богдан СТУПКА
Богдан СТУПКА

– Богдан Сильвестрович, как у вас получается быть одновременно русским и украинским актёром, причём любимым актёром?


– Мне просто повезло, что меня пригласили хорошие режиссёры: Дмитрий Месхиев, Владимир Бортко, Павел Чухрай. Я благодарен судьбе за это везение.


– На открытии гастролей вы говорили о проблеме взаимодействия русского и украинского театров. Нас многое разделяет?


– Разделяет народы не языковой барьер, не границы и расстояния, а невежество. У культуры нет границ, люди должны общаться между собой, это их лишь обогащает. Конечно, русские театры приезжают в Украину, но, в основном, это антрепризы. Однако антрепризы не всегда отличаются высоким художественным уровнем. Они портят вкус зрителя. Как и «попса». «Попса» вообще окончательно испортила вкус людей, поэтому им сложно воспринимать театр, что-то глубокое и проникновенное. Театр ведь ничего не решает, он только ставит вопросы. И если зритель в театре рефлексирует, то в нём свершаются открытия и перемены.


– Есть ли в культуре наболевшая проблема?


– Финансирование. Причём это присуще не только украинскому театру, но и русскому. Представьте, какая махина – театр. Сколько ему всего требуется! У нас труппа 156 человек: хор, балет, оркестр, 91 драматический актёр. Театр требует больших вложений. Мы пока держимся благодаря государству, которое нас поддерживает и платит зарплату актёрам. А на гастрольные поездки приходится самим искать спонсоров.


– Ваш сын Остап и ваш внук Дмитрий – актёры, это их собственный выбор?


– Да. Они выбрали свою профессию сами. Так же как и я когда-то. Мои родители тоже не хотели, чтобы я стал актёром. Отец пел в опере, получал 110 рублей. Вышел на пенсию, получил 50 рублей. Я спросил: отец, как жизнь? Он ответил: жить стало лучше, жить стало смешнее. Так что мои родители хотели, чтобы я получил профессию, которая могла бы прокормить. Инженера, например, или врача. Но получилось иначе. Я тоже никого не заставлял выбирать себе профессию, чтобы никто потом не говорил: я не хотел, а ты настаивал. Впрочем, и сын, и внук пока всем довольны. Остап – народный артист Украины, работает в нашем театре. А внук – студент четвёртого курса театрального вуза.


– Легко ли вам далась роль Тараса Бульбы в одноимённом фильме?


– Тяжело. Но эта роль выстрадана на двоих, потому что без режиссёра успеха артиста не бывает.


– Ваше первое культурное потрясение.


– Я – дитя войны, мне было три года, когда она шла. Я помню бомбы, взрывы, трупы. Помню послевоенное время. Гранаты помню. Мы, мальчишки, всегда хотели посмотреть, что там, внутри гранаты. А они взрывались в руках… Война, конечно, была потрясением и страхом. Культурной же отправной точкой я считаю оперный театр, в котором я вырос. Я с семи лет слушал всех певцов. Меня гладил по голове Лемешев. Я восторгался Козловским, Пироговым, Утёсовым. По выходным не вылезал из-за кулис. Слушал оперы и смотрел балет. Там я окончательно «пропал». Заболел сценой.

Наталья АЛЕКСЮТИНА,
г. САНКТ-ПЕТЕРБУРГ
Фото автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *