Разведчики в белых халатах

№ 2010 / 44, 23.02.2015

Я объединил эти три судьбы разведчиков, очень схожих по биографиям, а главное – по невероятной преданности и любви к своей Отчизне, которая, кстати, была с первыми двумя из них весьма неласкова, а порою и жестока.

Я объединил эти три судьбы разведчиков, очень схожих по биографиям, а главное – по невероятной преданности и любви к своей Отчизне, которая, кстати, была с первыми двумя из них весьма неласкова, а порою и жестока. Даже ныне здравствующий бывший сотрудник КГБ Александр Кузьминов, проживающий, кажется, в Новой Зеландии, далёк от мысли наносить какой бы то ни было ущерб своей Родине.


Когда я собирал по крохам сведения для этого материала, у меня нередко возникало ощущение, будто ты тенью крался за их спинами – и порою не верится, что всё это было на самом деле.






Павел СУДОПЛАТОВ, Леонид ЛИНИЦКИЙ, Дмитрий БЫСТРОЛЁТОВ,  Г.МАЙРАНОВСКИЙ, Александр КУЗЬМИНОВ, В.МЕРКУЛОВ
Павел СУДОПЛАТОВ, Леонид ЛИНИЦКИЙ, Дмитрий БЫСТРОЛЁТОВ,
Г.МАЙРАНОВСКИЙ, Александр КУЗЬМИНОВ, В.МЕРКУЛОВ


Леонид Линицкий



Родился 21 июля 1900 года в г. Ахтырка Харьковской губернии в семье офицера пограничной стражи. Его отец, старый ротмистр, ветеран русско-японской кампании, георгиевский кавалер, не раздумывая, добровольно отправился на Первую мировую войну. Запомните это слово – «добровольно», оно будет часто встречаться уже применительно к судьбе сына погибшего ротмистра Леонида Линицкого.


Из седьмого класса гимназии подросток добровольно ушёл на фронт, с высокой идеей занять место отца. В шестнадцать получил чин младшего унтер-офицера, затем – старшего. Был ранен. В августе 1919-го в боях с белогвардейцами был снова ранен. Зачислен в разведотдел 13-й армии, готовился к работе в тылу врага, но получил тяжёлое ранение и был подобран белогвардейцами. Те приняли его за своего, поместили в госпиталь и затем вместе с армией Врангеля переправили из Севастополя в Константинополь. Можно было начинать новую жизнь, независимую от Лубянки. Но Линицкий потратил долгие годы на то, чтобы установить связь с Москвой. Установил и в итоге возглавил нелегальную резидентуру в Белграде. В совершенстве изучил сербский и французский языки. Спрашивается: «какого лешего» надо было высовывать голову? А просто была великая преданность и любовь к родине в высшей степени её проявления.


Однако остановимся на «медицинской составляющей» судьбы разведчика Линицкого. В 1924–1930 годах после окончания Белградского университета получил диплом врача и занялся обширной частной практикой. Ещё студентом первые медицинские навыки получил, работая санитаром и лаборантом. Его частная клиника стала подпольным разведывательным центром. Линицкий со своей агентурой проникал в руководящие ряды ярых и непримиримых противников советской власти, изнутри разрушал Русский общевоинский союз (РОВС) и национально-трудовой союз (НТС). А главное – добывал информацию о засылке на территорию СССР террористов. Так, благодаря деятельности разведчиков прекратила своё существование наиболее одиозная организация «Дружина».


Линицкому помогала его супруга Екатерина Фёдоровна, она являлась секретарём резидентуры, а тесть был внедрён в местную фашистскую организацию. Специалисты Линицкого набили руку по вскрытию сейфов с секретными документами. Однако в 1935 году Линицкий был арестован. Однако он сумел дать знать об этом жене, и та успела уничтожить на квартире все улики. Зацепиться югославской полиции было не за что, и разведчика в течение трёх месяцев жестоко пытали. Линицкий стойко выдержал все истязания. В итоге его осудили почти на три года каторжных работ, якобы за «нанесение ущерба белоэмигрантской организации, связанного с кражей документов из сейфа». Отсидев весь срок, Линицкий вышел на свободу.


Очень интересно и показательно для тех лет его письмо матери из тюрьмы. Вчитайтесь внимательно и подумайте о сегодняшних демократах России. «…Врагов своих презираю. Пощады от них не жду, не прошу. В правоту свою верю. Отечества своего не продаю, как это делают некоторые, а люблю и горжусь им, считаю его самым передовым и культурным. Не знаю, как другие, а мне с его заклятыми врагами не по дороге. Если бы имел две жизни, отдал бы их обе за него».


Второе письмо Линицкий отправил своим детям Галине и Борису: «…Любите свою родину и свой народ и служите им честно. Знайте, что ваш папа отдал за них всё, что имел».


Наконец в 1938 году кружным европейским маршрутом Линицкий попадает в Москву. В Наркомате внутренних дел поведение резидента в нелегальных условиях было признано «безупречным». Но была одна закавыка: в 1937 году его мать арестовали и как «несознавшуюся польскую шпионку» расстреляли. Неизвестно, какими соображениями руководствовалось начальство советской разведки, но на всякий случай Линицкого уволили и посоветовали отправиться в Харьков, где проживала семья. Он нашёл место врача во 2-й городской больнице, затем в военном госпитале. Линицкий потребовал повторного рассмотрения дела матери. В 1940-м ему сообщили, что гражданка Линицкая была репрессирована по ложному доносу и полностью реабилитирована. Казалось бы, невозможно простить такое, но не будем спешить.


Великую Отечественную войну Линицкий встретил военврачом 2 ранга в эвакогоспитале № 1027. Осознав сложнейшую обстановку на фронтах, Леонид Линицкий пишет рапорт начальнику 4-го управления НКВД старшему майору госбезопасности легендарному Павлу Судоплатову. «Считаю, что мне, опытному и испытанному разведчику, профессиональному врачу, знакомому с радиоделом, прошедшему два курса подрывного дела, знающему парашют, мотоцикл, чекистские дисциплины, физически здоровому и закалённому, готовому к любым опасностям и испытаниям, можно было бы иметь другое применение, чем в нынешнее суровое время работать военврачом тылового госпиталя, где меня окружают одни женщины и инвалиды».


В свою очередь супруга Линицкого Екатерина Фёдоровна направила на имя наркома внутренних дел заявление: «…Имею некоторый опыт подпольной работы в тылу у врага и подвергалась репрессиям с их сторон в период 1935–1936 годов. (…) Предлагаю себя для работы в тылу врага. (…) Прошу не оставить своим попечением двоих детей моих Галину и Бориса».


Такие высокие убеждения имели супруги Линицкие.


Линицкий оказался в тылу врага в составе разведывательно-диверсионной группы. Участвовал в кровопролитных боях у стен Сталинграда. Был сброшен с парашютом на югославскую территорию для координации действий с коммунистическим движением Сопротивления.


Есть ещё один рапорт Линицкого, который следует привести хотя бы частично: «В отношении даваемых мне заданий хочу предупредить начальство, что с моей стороны оно не услышит отказа даже в том случае, если задание будет связано с неминуемой гибелью. (…) Порукой в этом собственная моя жизненная философия, дело, которому я служу беззаветно».


Что за люди тогда были?! О них надо знать сейчас со школьной и студенческой скамьи.


После войны Линицкий выполнял разведывательную работу в Индии, Китае… 25 января 1954 года полковник и врач Леонид Леонидович Линицкий скончался за границей от сердечной недостаточности. Его тело перевезли в Москву, с воинскими почестями выдающийся разведчик похоронен на Ваганьковском кладбище.



Дмитрий Быстролётов



Дмитрий Быстролётов родился в 1901 году в Крыму. Отец – граф Александр Николаевич Толстой (брат будущего великого писателя Алексея Толстого), юрист. Мать – Клавдия Дмитриевна Быстролётова, фельдшер и учительница, личная почётная гражданка Российской империи.


В разведке Быстролётов с 1923 года, жил в Праге. Закончил Пражский университет и получил диплом доктора права по специальности «Право и экономика торговли нефтью». Один из самых выдающихся советских разведчиков: юрист, художник, фотограф, литератор, мастер перевоплощения, знал более двух десятков иностранных языков. К тому же врач… Сначала, с 1922 года, в Чехословакии сдал экзамены в Братиславский университет им. Яна Амоса Коменского и был принят на медицинский факультет. Спустя несколько лет по чужому паспорту учился в аспирантуре медицинского факультета Цюрихского университета и получил диплом доктора по специальности «Акушерство и гинекология». В Берлине и Париже обучался также в Академии художеств. Проник в архив Службы безопасности Третьего рейха и сообщал в Москву имена агентов, работающих на территории СССР.


Из книги внука Быстролётова С.Милашова: «Группа Быстролётова занималась технической, экономической, военной и политической разведкой в различных странах мира. В качестве нелегала Андрей (псевдоним Быстролётова) выезжал в Англию, Францию, Австрию, Германию, Голландию, Швейцарию, США, Италию под именем голландского художника Ганса Геллени, венгерского графа Ладислава Перельи де Киральгаза, американского гангстера Джо Перелли, бразильского бизнесмена, японского агента, английского лорда».


Женился в 1926 году в Праге на Милене Иоланте Марии Шелматовой, привлёк её к своей работе. Ситуация потребовала того, что Быстролётов вынужден был выдать свою жену замуж за пожилого полковника, через которого шла вся документация итальянской разведки.


Такая деталь: контрразведки сопредельных государств не имели ни одной фотографии советского разведчика и не знали, с кем имеют дело. И в архивах советской внешней разведки тех лет не было ни фотографий, ни сведений о внешности Быстролётова. Он мастерски менял «маски нелегала» в соответствии с текущими ситуациями. В архивах нашей разведки, скажем, нет ничего о пребывании разведчика в Африке. Возможно, задания Сталина, которые выполнял Быстролётов, были устными и нигде не протоколировались. Возможно, часть архивов внешней разведки СССР в 50-х годах была уничтожена. Вопросы, вопросы… В 1932 году Быстролётова «за успешное проведение ряда разработок крупного оперативного значения и проявленную при этом исключительную настойчивость» ИНО ОГПУ награждает боевым оружием. Удивительно, но, кажется, других наград у разведчика не было, и вот почему… Началась чёрная полоса в его жизни.


В 1936 году Быстролётов возвращается в Советский Союз на постоянное место жительства, его принимают в Союз художников. А через год начинаются репрессии, многие разведчики были срочно отозваны из-за границы, арестованы и расстреляны. Быстролётова переводят из ОГПУ в Торговую палату и 17 сентября 1938 года арестовывают.


Он получил максимальный по тем меркам срок заключения – 20 лет. Работал на стройках социализма, как бы трудом искупая свою вину шпиона. Его не расстреляли, решив оставить в живых – как выяснилось, с целью использовать позднее. С 1939 по 1947 год Быстролётов, человек высшего европейского света, отбывал заключение в Норильлаге и в Сиблаге. Кстати, именно здесь пригодились медицинские знания Быстролётова, какое-то время он даже работал в лагерном лазарете. Именно там у него возникла идея написать роман о своём времени («трудном, жестоком, великолепном»). Роман назывался «Пир бессмертных».


В 1948 году Быстролётова из Сиблага доставили к министру МГБ Абакумову. Тот предложил разведчика амнистировать, надеть фрак и отправить в Париж. Когда заключённый отказался от амнистии, раздосадованный министр приговорил осуждённого к пяти годам одиночного заключения на спецобъекте МГБ в Сухановке, а после отбытия этого наказания – расстрелять. После двух лет отсидки в одиночке Быстролётов сошёл с ума. К тому времени уже самого Абакумова объявили врагом народа и расстреляли. Быстролётова подлечили и отправили в зону. Он сидел в Озерлаге (стройка Байкало-Амурской магистрали), Камышлаге (стройка Омских нефтеперегонных заводов). Здесь его разбил паралич, и только тогда пришло освобождение, его выпустили на все четыре стороны.


На этом хождение по мукам не заканчивается.


В 1956-м Быстролётову объявили, что его дело из-за отсутствия состава преступления закрыто, он полностью реабилитирован. Разрешили жить в Москве. А в КГБ сказали: «Не знаем такого! Иди, дед, отсюда!» И в пенсии отказали. Так в 10-метровой коммуналке началась жизнь советского инвалида 1 группы. От нищеты спасли знания и железная воля. Быстролётов зарабатывал на жизнь переводами. Параллельно продолжал работать над романом, который превратился в трилогию. К 1967 году он написал 11 книг третьей части эпопеи. В 1973 Дмитрий Александрович публикует в газете «Вечерний Днепр» небольшой фрагмент второй части. По его произведениям начинает сниматься фильм «Человек в штатском». В журнале «Наш современник» выходит небольшая повесть.


Бывшему разведчику помогло медицинское образование. Он работал научным консультантом во Всесоюзном НИИ медицинской и медико-технической информации Минздрава СССР. Затем занимался переводами во Всесоюзном институте научной и технической информации, был языковым редактором реферативного журнала АН СССР.


Здесь следует привести текст письма жены Быстролётова на имя председателя КГБ СССР Ю.В. Андропова.


«Глубокоуважаемый Юрий Владимирович. Полное равнодушие и безразличие к судьбе моего бедного больного парализованного мужа заставило меня обратиться к вам…


Быстролётов Дмитрий Александрович – полузабытый герой нашей разведки в предвоенные года…


Оба мы старики, многие тяжёлые годы прожившие вместе. Мы инвалиды первой и второй группы. Нам вместе около 150 лет. Во время допросов мой муж был изувечен избиениями – ломали рёбра, загоняя их обломки в лёгкие.


В лагерях – холод, голод, этапы при сильных морозах. Два инсульта. 26 октября 1954 года он приехал в Москву.


При первой группе инвалидности его приютил медицинский реферативный журнал, где при знании 22 иностранных языков Быстролётов, больной старик, проработал языковым редактором до 1974 года, пока не был снова парализован.


Он инвалид, работать не может – потеря речи и другие осложнения. Вместе мы получаем пенсию соцстраха. На жизнь и лекарства не хватает. Учитывая всё изложенное, прошу вас о назначении моему мужу Быстролётову Д.А. персональной пенсии. ИВАНОВА Анна Ивановна».


По распоряжению Андропова Быстролётову вернули его московскую квартиру. А вот с пенсией, кажется, ничего не вышло.


Бывший разведчик говорил: «Я хочу умереть, как римлянин, стоя на ногах». Он ушёл из жизни 3 мая 1975 года. Из его 17 книг трудами внука Быстролётова С.Милашова вышло пока четыре.



Александр Кузьминов



Александр Кузьминов – бывший высокопоставленный офицер советской Службы внешней разведки, сотрудник секретного управления С, которое кроме всего прочего курировало получение разведывательной информации о создании за рубежом биологического оружия. В 1992 он добровольно уволился из органов, а через полтора года легально эмигрировал с семьёй в одну из зарубежных стран. Работает в министерстве здравоохранения, занимается проблемами здоровья людей. Подготовил докторскую диссертацию по международному законодательству в области биотехнологии. Недавно у него в Лондоне вышла книга «Биологический шпионаж. Спецоперации советской и российской внешней разведки на Западе». Как заявил недавно автор, «мир должен знать о потенциальной опасности биологического терроризма».


Дело в том, что Александр Кузьминов по службе был осведомлён о целой сети агентов-нелегалов, живущих и работающих в разных уголках мира. Потому после выхода книги его постоянно спрашивают, а не было ли у него искушения выдать агентов. На что бывший сотрудник КГБ ответил: «Для чего называть их имена? Для того, чтобы они были отозваны из стран, где они работают, испортить им карьеру? Да, работаю в подразделении, которое могло бы представлять интерес для моего бывшего отдела. Но сейчас я защищаю интересы той страны, где я живу, при получении гражданства я принял присягу, которую не могу нарушить».


Как поёт Алла Пугачёва, «я просто смех». Да если бы к нам попал сотрудник ЦРУ, знающий столько секретов, сколько знает Александр Кузьминов, из него бы вытянули (выбили бы) всю информацию, попутно сделали инвалидом и на прощание сгноили бы в лагерях. Кстати говоря, во время существования токсикологической лаборатории при МГБ был создан препарат, который развязывал язык любому во время допросов. Есть и такие известные факты… Один из лидеров Русского общевоинского союза генерал Александр Кутепов был одурманен психотропным веществом на наркотической основе и похищен из Парижа в 1930 году. Кстати, он и умер от сердечного приступа от передозировки. Также был похищен и вывезен из Парижа в 1937 году один из лидеров белого движения генерал Евгений Миллер. Позже его казнили в России. Архиепископ украинской католической церкви Теодор Ромжа был убит в 1947 году путём инъекции яда, предоставленного руководителем токсикологической лаборатории МГБ полковником Майрановским. Ввела яд медицинская сестра, сотрудница МГБ. В 1978 году болгарский писатель и диссидент Георгий Марков был убит в Лондоне с помощью крошечных гранул рицина, всё необходимое (укол специальным зонтом) было изготовлено в указанной лаборатории. Сорвалась попытка уничтожения таким образом второго президента Афганистана Амина, и только потому, что он поменял свою еду.


Итак, начнём с истории «лаборатории X» управления «С».


…Я до сих прохожу мимо этого густо зарешёченного здания в Варсонофьевском переулке с некоторым чувством страха, невольно представляя, чем занимались учёные в белых халатах (медики и биологи) за этими узкими окнами.


С начала 20-х годов профессор Игнатий Казаков начал исследовать яды. Формально лаборатория находилась при Всесоюзном институте биохимии, но её патронировало ОГПУ. Как водится, Казакова расстреляли в 1938-м, обвинив в умерщвлении Менжинского, Куйбышева и Максима Горького.


Перекинемся от Казакова на несколько десятилетий вперёд. В 1943-м руководитель лаборатории Г.Майрановский получил звание полковника, стал профессором и доктором медицинских наук. Как водится, его тоже арестовали, уже в 50-х годах. На допросах он признал, что яды иногда испытывались на заключённых, приговорённых к высшей мере наказания. Кроме того, проводилась ликвидация с помощью ядов неугодных лиц. Печально известный генерал П.Судоплатов, отсидевший 15 лет, лично контролировал работу токсикологической и бактериологической лаборатории. В частности, медиками был обнаружен «замечательный» факт: под влиянием некоторых психотропных веществ подопытный начинает откровенно говорить, болтать. Это обстоятельство немедленно стали использовать при допросах и похищениях нужных людей.


Майрановскому в связи с арестом заместителя министра госбезопасности Рюмина не смогли предъявить всех обвинений, с тем, чтобы расстрелять, и потому приговорили к 10 годам тюрьмы. После выхода на свободу в 1962 году он некоторое время работал в одном из НИИ Махачкалы, ему запрещалось жить в столицах СССР. Умер в 1964-м. Павел Судоплатов умер в 1996 году в возрасте 89 лет. Бывший министр госбезопасности В.Меркулов, курировавший «лабораторию X», расстрелян в 1953 году.


А что сейчас? По слухам, «разработкой биологического и токсинного оружия для тайных операций на Западе» органы безопасности занимались до недавнего времени, чего не скрывает бывший офицер КГБ Александр Кузьминов.


В связи с выходом книги Кузьминова «Биологический шпионаж» за рубежом у него было взято несколько интервью журналистами радиостанций «Свобода» и «Голос Америки». А коли сам учёный-биолог недоступен, то мы аккуратно воспользуемся фактами из этих интервью.


Итак, в целом книга Кузьминова, по некоторым данным, проживающего сейчас в Новой Зеландии, посвящена деятельности советской и российской разведок по планированию и подготовке актов биологического терроризма и саботажа на Западе в случае начала новой войны. То есть функция исключительно оборонительная. Кроме того, повествуется о методах по добыванию иностранной промышленной информации и вербовке агентуры. Вот что сказал Александр Кузьминов радиостанции «Свобода»:


«– Наш отдел, где я работал, был очень хорошо и достаточно осведомлён, чтобы составить ясное представление, с какими микроорганизмами ведутся работы в секретных военных лабораториях и в Англии, и в Америке. Мы хорошо представляли потенциал биологического оружия и средств и способов защиты от него. Знания, которыми мы обладали, позволили Советскому Союзу в то время создать своё собственное биологическое оружие, против которого средства и способы защиты в армиях противника были неэффективны. (…) Технологии, особенно биотехнологии, генетические исследования делают огромные революционные прорывы. Совсем недавно был расшифрован геном человека. Сколько там потенциальных возможностей существует для создания нового поколения биологического оружия. Это более опасно, чем 10 лет назад. У разведки много функций. Одна из функций, скорее всего, современная 12-го отдела и русской разведки – это предотвращение актов биологического терроризма против России».


Я, автор этих строк, попытался вычленить так называемую «медицинскую составляющую» из рассказа Александра Кузьминова. И вот что вышло.


«– Мы готовили специалистов-нелегалов, которые обладали такими специальностями, как биологи, медики. Это сложная задача, но такого рода люди дополнительно готовились». Кузьминов подчёркивает, что даже сейчас, с развитием космической разведки, агенты-нелегалы играют наиважнейшую роль. Они могут настолько глубоко проникнуть в жизнь и секреты стран проникновения, что невозможно никакому космическому аппарату. Если говорить о профессионализме сотрудников 12-го Управления, то Александр Кузьминов просто восторгается моральным и интеллектуальным уровнем своих коллег, «…особенно когда нашим руководителем был полковник Юрий Щербаков. Он умел работать и как-то объединить людей на выполнение задачи… У нас было несколько человек с научными степенями, то есть люди, получившие прекрасное образование, геологи, медики».


Не обходилось и без трагедий. Дело в том, что из Британии или Германии раз в месяц из агентуры уходила в Москву «посылка-пакет» с живыми биологическими микроорганизмами. Двое из коллег Александра Кузьминова, регулярно получавшие эти посылки, внезапно умерли при загадочных обстоятельствах – вероятно, смертоносные вещества просочились из контейнеров.


Корреспондент «Голоса Америки» с завидным упорством пытался выяснить у Кузьминова, почему тот отказался от блистательной научной карьеры и стал служить в КГБ, удовлетворил ли он свои амбиции. Вопрос очень интересный. И хотя интервью состоялось пять лет назад, ответ бывшего разведчика интересен и сейчас – тем более, не существует других источников.


«– Прежде всего, конечно, романтика. Я хотел защищать интересы своего государства и служить Отечеству… Хотя тема моей диссертации была очень интересной, я понял, что это не совсем моё… Я продолжал учиться в аспирантуре, защищал диссертацию, писал научные статьи, это была моя параллельная жизнь, часть моего прикрытия, когда я уже работал в двенадцатом отделе. Работа с людьми, желание принимать решения, опасность работы, причастность к высшим государственным секретам меня очень привлекали – вот почему я выбрал новую для себя профессию».


Своими словами всё же перескажем суть научной деятельности Кузьминова. Тема диссертации молодого аспиранта лежала в совершенно новой области, связанной с компьютерной молекулярной биофизикой, созданием новых молекулярных веществ с запланированными свойствами. Теоретически 20 лет назад считалось, что результаты исследований Кузьминова могут быть использованы для создания нового поколения биологического оружия. Покинув Россию, Кузьминов продолжал поддерживать отношения со своим бывшим научным руководителем, и даже когда тот приехал с делегацией в Германию, внимание всех фармакологических компаний привлекла тема, которой занимался много лет назад Двенадцатый отдел Управления «С» КГБ. И сейчас это направление активно развивается в области биотехнологии и фармакологии. Потенциальная угроза животным и растениям от создания биологических веществ с запланированными свойствами остаётся, и будет, наверное, оставаться всегда. Надо только благодарить Бога, что эти технологии пока недоступны тому же Бен Ладену, талибам и прочим негодяям.


Ещё о мотивах написания книги о биологическом шпионаже: «…акты биологического терроризма… были осуществлены на территории США за последние несколько лет… И когда я увидел, насколько легко были осуществлены эти акции, я понял, что должен сказать людям о страшном, ужасном несчастье – биологическом терроризме. До публикации книги я жил в прекрасной стране, у меня была спокойная, нормальная жизнь, интересная работа. Сейчас я получаю много звонков, предложений рассказать более подробно о том, что я написал в книге. Тем не менее, я как человек, который был вовлечён в проблемы биологического шпионажа, решил, что мир должен знать о потенциальной опасности биологического терроризма».


Туда во что бы то ни стало стремились попасть агенты-нелегалы, потому что порою даже безобидные на первый взгляд научные отчёты содержали «между строк», например, способы защиты в армиях от потенциального «химического» противника. А это, в свою очередь, был повод создать советское биологическое оружие, против которого армия потенциального противника была бы беспомощна. Заказчиком выступало министерство обороны.


Многие специфические задачи разведки стали всё чаще решаться под коммерческим прикрытием – одно из современных новых направлений. Это позволяет разведчику быть более свободным в передвижении и общении, помогает конспирации.


По каналу «Волна» сведения передавались через «Аэрофлот», где один из пилотов пассажирского самолёта был сотрудником разведки. В США в своё время находилась группа российских врачей, изучавшая американский опыт в решении проблемы с вирусом «птичьего гриппа». Вменялось ли членам делегации «попутно» кое-что выяснить для разведки? Вот что ответил Александр Кузьминов: «Это довольно сложно. Для того, чтобы получить информацию, нужна агентура из числа иностранцев, которая работает очень тонко, и прежде всего нужно использовать нелегалов – людей, которых обнаружить весьма и весьма сложно, и даже практически невозможно… Кстати, нет ясного и точного определения биологического оружия ни у специалистов по оружию, ни в конвенции по запрещению бактериологического оружия».


Вся беда в том, что книга Кузьминова вряд ли в ближайшем будущем выйдет в России, ибо пусть и косвенно, но она раскрывает некоторые секреты деятельности российской разведки.

Владимир ХРИСТОФОРОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *