Такая в Кузбассе система – выживать таланты

№ 2010 / 45, 23.02.2015

Осенью этого года интернет-журналу «Знаки», во главе которого стоит сибирский поэт и прозаик Игорь Кузнецов, исполнилось пять лет. Редакционную коллегию журнала поздравили по-разному

Осенью этого года интернет-журналу «Знаки», во главе которого стоит сибирский поэт и прозаик Игорь Кузнецов, исполнилось пять лет. Редакционную коллегию журнала поздравили по-разному: кузбасские литературные чиновники, например, собрали очередной круглый стол, заклеймивший позором и отцов-основателей проекта, и некоторых авторов «Знаков».







Игорь КУЗНЕЦОВ
Игорь КУЗНЕЦОВ

– Игорь, в чём опять ты виноват, если глава СРП Кемеровской области и его коллеги из СП Кузбасса снова портят тебе и твоим соратникам нервы?


– История старая. Эти ребята хотят намазать нам язык мылом. В воспитательных целях, разумеется. Я виноват в том, что написал повесть «Летучий голландец», где один из героев сматерился. Чтобы избежать перевоспитания, мне нужно исправить диалог, убрать из текста постельные сцены и адаптировать текст для семейного чтения. Евгений Алёхин – в том, что пишет тексты на остросоциальные темы с использованием ненормативной лексики для своего проекта «Макулатура», Андрей Иванов (он же Андрей Юрич) – в том, что употребляет ненорматив, ведя свой личный блог в ЖЖ, и публикует нашу с Алёхиным беседу на информационно-развлекательном портале «А42». Всё, круг замкнулся. Председатель кемеровского СРП Тогулев хочет создать орган, что-то наподобие советского худсовета, который бы литовал тексты. Эта организация должна отслеживать поведение кузбасских молодых писателей, отслеживать их переписку в сети, вычитывать блоги и т.п. (в принципе, этим уже и занимаются), и если, не дай Бог, кто употребит нехорошее слово – перекрывать кислород и лишать возможности публикации в местных изданиях.


– Но ведь рассказы Евгения Алёхина печатались и в «Неве», и в «Новом мире», и в «Знамени», твой «Летучий голландец» попал в шорт-лист Астафьевской премии, а об Андрее Иванове и его повести «Ржа» совсем недавно в «Литроссии» писал Роман Сенчин. Что, получается, кузбасские литчиновники ставят под сомнение эти высокие оценки старейших и авторитетнейших российских «толстяков», жюри премии Астафьева и профессиональных писателей?


– Если следовать логике Тогулева и компании – в редакциях вышеперечисленных изданий и в жюри Астафьевской премии сидят аморальные ребята, мало что понимающие в современной прозе. А по-настоящему понимают и разбираются в литературе только в Кузбассе. Я как раз недавно беседовал с Андреем Рудалёвым и сказал ему, что у нас здесь такая магнитная аномалия. Фантастическое мракобесие. Силовое поле. От угольной пыли, видимо, в коре головного мозга у некоторых людей происходят необратимые изменения. Мне кажется, что о проблемах современной литературы местные функционеры должны разговаривать не друг с другом, а с лечащим врачом.


– Если зайти на сайт «Новая литературная карта России» и посмотреть персоналии Кемерова, то там в ряд идут ваши карточки – твоя, Евгения Алёхина, Андрея Иванова. Выходит, в стране вас признают и уважают, а в родном Кузбассе – нет?


– Выходит, что так.


– Есть реальная угроза, что к вам и журналу применят какие-то административные меры?


– Да Бог с тобой, Маргарита, какие меры? Вроде бы свобода слова, свобода совести. Вроде бы демократия, гражданское общество. По Конституции, по крайней мере. Да и одно дело, когда человек выходит на центральную площадь и матерится в рупор – это хулиганство, и спрашивать с него надо согласно КоАП. Другое дело – когда я в повести использую ненормативную лексику (два слова), описывая диалог двух отсидевших кочегаров. Если я этого делать не буду, это ж такое враньё получится. Но для Тогулева этого более чем достаточно, плюс к этому он большой мастер вырывать слова из контекста. Он уже показал повесть кузбасским ветеранам, депутатам, писателям, те выразили своё возмущение и достали по куску мыла. Хотя я не очень понимаю, при чём здесь ветераны и депутаты. Но если на бюджетные проекты (находящиеся под патронатом местных властей) Тогулев оказывать такое системное давление может (а он уже пытался, правда, безуспешно, остановить публикацию ивановской «Ржи» в «Огнях Кузбасса», а теперь пытается испортить жизнь кемеровскому интернет-порталу «После 12» под редакцией Натальи Ибрагимовой), – то со «Знаками» ему придётся повозиться. Ни я, ни члены редакции не имеем никакого отношения ни к СРП Кузбасса, ни к департаменту культуры. Рычаги кончились. Разрыв шаблона. У нас сто авторов из 35 городов России и ближнего зарубежья. У нас публиковались Борис Херсонский, Андрей Василевский, Евгения Риц, Евгения Доброва, Олег Дозморов, Виктор Иванив, Антон Нечаев, Александр Снегирёв, Василий Ширяев, Валерий Айрапетян и многие другие. Хотя, повторяю, вероятно, для кузбасских литфункционеров эти поэты и писатели не авторитеты, а «Знаки» – обитель зла. «Литроссию», например, здесь называют «газетёнкой» и «литроской». А я очень боюсь, что вернётся время, когда писательские профсоюзы окончательно окунутся в совок. И начнутся указания по партийной линии: «предупредить», «поставить на вид», «взыскать», «выговор с занесением» неполиткорректным и идеологически нестойким, под прикрытием борьбы за нравственность, чистоту русского языка и т.п.


– Твой коллега, поэт Дмитрий Мурзин писал некоторое время назад в своём блоге, что кроме гонений на тебя, Иванова и Алёхина, глава вашего СРП попенял ему за стишок про презервативы, а главреда журнала «День и ночь» Марину Саввиных за строчку в эпиграфе «Поэту, впрочем, всё равно, с кем спать». Неужели в кемеровской писательской организации или тех же «Огнях Кузбасса» не найдётся нескольких человек, способных противостоять этому маразму?


– Раз ты читаешь Димин блог, то и спроси у него: найдутся такие люди или нет. Я с большим уважением отношусь к Мурзину, и как к поэту, и как к человеку, но вынужден констатировать, что это не тот случай, когда и один в поле воин. А в редакции «Огней Кузбасса» есть только два вменяемых, адекватных, умных сотрудника – Дмитрий Мурзин и Сергей Донбай. Был ещё один. Известный кузбасский журналист и литератор Василий Попок. Но его из редколлегии вывели. Это такая система в Кузбассе – выживать здравомыслящих, талантливых людей. Общая, к сожалению, для наших культурных институций синдроматика.


– Насколько мне известно, тебе уже поступали предложения переехать из Кемерова и работать в других городах. Уехали же Гришковец, Самойленко, Алёхин. Складывается впечатление, что у вас действительно сложно делать по-настоящему интересные литературные проекты. Ты не думал об этом? Или всё-таки любишь город и будешь скучать, уехав?


– Ну что за вопрос – люблю/не люблю. Помнишь, как у Сэлинджера? «Я же здесь родился, влюбился первый раз, меня тут машина чуть не сбила». То, что я чувствую к Кемерову, сказал Георг Шален, герой повести Сигфрида Сивертса, когда плыл в шторм на яхте и вспоминал молодую экономку из своего старого дома: «Эх, Кристин, Кристин… Если бы только не твои гнилые зубы…»


– Ну а что же «Знаки», юбилейный номер будет?


– Он уже есть. Но мы не афишировали это событие. Да и событие ли? Следующий номер выйдет в декабре. А потом мы станем ещё на год ближе к концу света. По крайней мере, здесь, в Кемерове, его приближение хорошо чувствуется.



Беседовала Маргарита ПАНИЦКАЯ,


НОВОСИБИРСК – КЕМЕРОВО



Было бы здорово, если этот материал прокомментировала бы руководитель Союза российских писателей Светлана Василенко. Помнится, пару лет назад, в разгар своего конфликта с Юрием Поляковым она возмущалась позицией кузбасских чиновников. Председатель кемеровской организации СРП Тогулев тогда подготовил какое-то письмо против Полякова, но якобы кемеровское начальство, вызвав его на ковёр, сделало ему внушение: мол, не надо влезать в московские разборки. Василенко справедливо негодовала: по какому праву власть попыталась литфункционеру заткнуть глотку. Теперь уж Тогулев пытается одёрнуть неугодных ему литераторов. Интересно, Светлана Василенко с ним солидарна или нет?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *