Крайности сходятся

№ 2011 / 29, 23.02.2015

О Пе­т­ре Вы­ход­це­ве в Ле­нин­гра­де од­но вре­мя зло шу­ти­ли: «Всем из­ве­ст­но, от­ку­да он вы­ход­цев и ку­да он вход­цев». У не­го был дар кри­ти­ка. Но он свой та­лант про­ме­нял на по­ли­ти­че­с­кие иг­ры.

О Петре Выходцеве в Ленинграде одно время зло шутили: «Всем известно, откуда он выходцев и куда он входцев». У него был дар критика. Но он свой талант променял на политические игры.



Пётр Созонтович Выходцев родился 19 июня 1923 года в Белоруссии в селе Годичев Гомельской области в крестьянской семье. Когда ему исполнилось одиннадцать лет, его родители решились на переезд и перебрались на Северный Кавказ во Владикавказ. Там он в 1940 году поступил в Северо-Осетинской пединститут. Но потом началась война, и в марте 1942 года Выходцева прямо со второго курса призвали в армию. Впоследствии он прошёл в должности автоматчика-разведчика путь от Сталинграда до Кёнигсберга.


Демобилизовавшись осенью 1945 года из армии, Выходцев вернулся в институт и после защиты диплома остался в альма-матер на кафедре советской литературы. Какой он был преподаватель, никто не запомнил. Но комсомольский вожак из него получился ещё тот. Весь институт ликовал, когда его в 1949 году удалось с глаз подальше направить в ленинградскую аспирантуру.





В Институте русской литературы Выходцеву предложили заняться современной поэзией и, в частности, Твардовским. Молодой учёный вступил в переписку с автором «Василия Тёркина» и вскоре опубликовал о нём несколько статей. Твардовский поначалу таким вниманием был очень тронут. Прочитав в журнале «Звезда» статью Выходцева «Особенности типизации в поэмах Твардовского», он написал исследователю: «Ваша статья в «Звезде» мне очень понравилась. Здесь серьёзный разговор, какого я не слышал ещё, если не говорить о статье В.Александрова».


Защитив в 1953 году кандидатскую диссертацию «Поэмы А.Т. Твардовского», Выходцев остался в Пушкинском Доме и какое-то время продолжал заниматься своим любимым поэтом. Он издал, в частности, в 1958 году монографию «Александр Твардовский» и затем подготовил семинарий по его творчеству. Кроме того, в мае 1960 года у него в журнале «Нева» вышла неплохая статья «Твардовский и советская поэзия».


Твардовский не без основания полагал, что Выходцев в перспективе станет одним из его биографов. В январе 1958 года он послал своему критику отобранные женой – Марией Илларионовной стихи читателей «Василия Тёркина». Поэт считал, что жена, по сути, составила целую книгу. «Высылаю рукопись «Стихов читателей» в первоначальном, натуральном, только переписанном на машинке виде, – сообщал Твардовский Выходцеву. – Это была нешуточная работа для М.И. – извлечь эти 108 стихотворений из массы писем. Но что это такое – не могу судить по первому (подряд) прочтению их, и годится ли это для издания – не знаю. Там много интересного и даже трогательного – почти все они это не просто отклик и желание поговорить с автором на его языке, но своеобразное «заманивание», понуждение автора к продолжению этой книги. Могу сказать без псевдоскромности, что образец такого «контакта» между писателем и читателем, пожалуй, беспрецедентен в нашей литературе… Но мне трудно допустить, что при моей жизни я позволил бы опубликовать такие славословия собственной персоне, какими там оснащено каждое почти послание. И, однако, я посылаю Вам всё это в нетронутом (как и в отношении длиннот и малограмотности) виде, чтобы не лишать материал его дополнительной натуральности… Льщу себя надеждой, что безотносительно к возможному изданию этой штуки она Вам будет небезынтересна…» (цитирую по журналу «Русская литература», 1976, № 4).


Выходцев сразу оценил значимость полученных материалов, но его, похоже, смутило, что главная роль в будущем издании отводилась не ему, а жене Твардовского. Он уже не хотел оставаться на вторых ролях. Критику казалось, что он заслужил большего. И, видимо, вскоре мелочные обиды переросли в серьёзный конфликт.


Когда и в чём Выходцев разошёлся с Твардовским, точно неизвестно. Но любопытно другое. Твардовский даже в те годы, когда ещё возлагал на Выходцева определённые надежды, почему-то ни разу не предложил критику выступить в «Новом мире». Почему? Не до конца доверял его художественному вкусу? Или поэта уже тогда смущало ближайшее окружение его биографа?


В 1961 году Твардовский поместил в «Новом мире» статью А.Синявского и А.Меньшутина «За поэтическую активность», в которой по первое число досталось в том числе и Выходцеву. Синявский и Меньшутин, по сути, обвинили Выходцева в безвкусице. По их мнению, он в своём материале «Поэтическое поколение эпохи спутников», напечатанном в июле 1960 года в журнале «Молодая гвардия», не столько продвигал почвеннические идеи, сколько раздувал двух далеко не самых лучших поэтов – А.Поперечного и В.Цыбина, поверхностно усвоивших классические традиции. Авторы «Нового мира» упрекали критика в том, что тот сознательно сделал ставку на «середняков».


Выходцев, когда прочитал статью Синявского и Меньшутина, похоже, сильно рассердился на Твардовского, но окончательно рвать с ним пока не стал. Ему прежде хотелось вступить в Союз писателей и защитить докторскую диссертацию. В Союз критика порекомендовали заместитель директора института Василий Базанов, член-корреспондент Академии наук СССР Дмитрий Лихачёв и поэт Николай Рыленков. «П.С. Выходцев, – отмечал Лихачёв, – не только литературовед, прекрасно ориентированный в истории русской литературы, но и активный критик, быстро откликающийся на все наиболее жгучие проблемы современной литературной жизни, постоянно пишущий для журналов и газет. Основная теоретическая тема работ П.С. Выходцева – это тема народности литературы, её связей с фольклором и национальное своеобразие».


Но если в Союз Выходцева приняли быстро и без особых проблем, то докторскую диссертацию он почему-то вынужден был защищать не по месту работы в Пушкинском Доме, а в Ленинградском университете. Его работа называлась так: «Советская поэзия и устное народное творчество».


Защита состоялась в 1963 году. К тому времени Выходцев окончательно разошёлся с Твардовским, резко сблизившись с генералами из почвеннического лагеря. За этот выбор ему дали кафедру советской литературы в Ленинградском университете. В ответ критик развернул гонения на сторонников эстрадной поэзии. Он стал нетерпим к любому проявлению инакомыслия. Очень обеднела и его художественная мысль. Бывший исследователь Твардовского научился кричать и обличать, но разучился трезво думать.


Из университета Выходцева «ушли» в 1974 году. По одной из версий, ему не простили резко критическое письмо по поводу статьи руководителя агитпропа Александра Яковлева «Против антиисторизма». Эта статья была напечатана 15 ноября 1972 года в «Литгазете» и наделала много шума. Не замеченный до этого в либерализме видный партийный функционер вдруг обрушился на писателей, которые поднимали в своём творчестве тему исторической памяти и национальных корней. Часть интеллигенции восприняла публикацию Яковлева как выпад против русской культуры. Люди гадали, что это: новая позиция власти или частное мнение очередного конъюнктурщика, прощупывающего почву для пересмотра партийной линии. В ЦК носили письма протеста. Одно из них написал Выходцев.


Один из сподвижников критика – Валерий Ганичев, возглавлявший в ту пору комсомольское издательство «Молодая гвардия», позже рассказывал историку Николаю Митрохину: «Мы после выхода статьи Яковлева понимаем, что нужно сопротивляться – звоним Шолохову и говорим о происходящем. Появляется письмо Шолохова. Но решающую роль сыграло письмо Выходцева – заведующего кафедрой русской литературы из Ленинграда, который по косточкам разобрал и разбил эту статью. Очень сильное и аргументированное письмо именно с точки зрения той идеологии, которой была проникнута статья. Вывод был таков – что Яковлев очень всё смешал в кучу и перепутал. Это письмо легло на стол П.Демичеву, кандидату в члены Политбюро, секретарю ЦК, отвечающему за идеологию. Геннадий Геннадьевич Стрельников, который сейчас первый заместитель у Ильи Глазунова, был у него помощником. Вероятнее всего, он ему письмо на стол и положил. Демичев на сём написал: «Ознакомить членов Политбюро». Мне говорили, что В.Голиков положил это письмо на стол Генсеку. Тот скандалов не любил и на заседании Политбюро произошло следующее. Мне об этом рассказывал В.Воронцов – помощник М.Суслова (как издателю, мне приходилось выпускать его книгу «Симфония разума» – сборник афоризмов). Брежнев спрашивает Суслова: «Тут вот статья Яковлева. Ты читал?» Тот, как опытный царедворец, говорит: «Даже не видел». Тогда Брежнев и говорит: «Убрать этого засранца!» Как мне говорил Воронцов, первоначально Яковлева хотели назначить заместителем главного редактора издательтва «Профиздат», а он уже наутро лежал в Кунцево – в больнице» (цитирую по книге Н.Митрохина «Русская партия», М., 2003).


Но Ганичев умолчал о другом: если статья Яковлева «Против антиисторизма», отказывавшая русскому народу в интересе к своим корням, была насквозь идеологична и догматична, то ответ Выходцева, вроде бы ратовавший за историческую память, получился воинствующим, но тоже по-своему невежественным. Крайности сошлись.


Отдав в ЦК свой разбор статьи Яковлева, Выходцев рассчитывал получить резкое повышение, причём даже не в университете, а в первую очередь по партийной линии. Он уже начал вербовать новых сторонников. Одно из свидетельств тому – его письмо, отправленное 9 февраля 1973 года критику Виктору Петелину. Выходцев писал: «Надеюсь, что и в будущем мы должны идти рука об руку и ни в коем случае не отступать от нашей «генеральной линии» <…> Получил я от М.А. [Шолохова. – Ред.] доброе и нежное письмо – ответ на мою статью о Яковлеве. Рад безмерно. Надеюсь, что он где-то скажет слово по поводу творимого безобразия».


Но Выходцев просчитался. Повышения он не получил. Литературный генералитет, поддержав его на словах, вступить в публичную схватку с Яковлевым не торопился, заняв выжидательную позицию. Объединилась в основном одна серость. Петелин в одиночку, без поддержки своего тестя – Ивана Стаднюка, естественно, никакой победы обеспечить Выходцеву оказался не способен.


В общем, после той истории Яковлев оказался в Канаде на должности посла, а Выходцев вынужден был вернуться в Пушкинский Дом, заняв там скромное местечко старшего научного сотрудника в секторе народно-поэтического творчества. Большой карьеры ему сделать уже не позволили.


Умер Выходцев 19 марта 1994 года в Санкт-Петербурге.

Вячеслав ОГРЫЗКО

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *