Губитель внутреннего мира

№ 2011 / 41, 23.02.2015

Острая тема социальной ответственности бизнес-групп и каждого гражданина в отдельности – важнейший элемент любого политического строя в двадцать первом веке. В изменчивом мире не всё так, как поёт лидер рок-группы «Машина времени»

Нам сочувствие даётся,


как нам даётся благодать…


Ф.Тютчев, 1869 год



Острая тема социальной ответственности бизнес-групп и каждого гражданина в отдельности – важнейший элемент любого политического строя в двадцать первом веке. В изменчивом мире не всё так, как поёт лидер рок-группы «Машина времени», состоявшийся автор книг, Андрей Макаревич. «Пусть лучше он прогнётся под нас» – так пелось в прошлом, а в настоящее время и автору тех строк приходится перерождаться для каждой дороги жизненного перекрёстка, где не только семь, а поболее дорог случается изведать, прежде чем найдёшь свой путь. А самый трудный путь – путь к себе, в свой неустроенный мир внутри тебя самого. Это, по сути – ты сам: начальный и конечный пункт назначения. Ты выходишь из себя и возвращаешься к себе в течение всей земной жизни. А дальше – то, с чем ты пришёл, принесёт тебе надежду или крах всех мысленных желаний жить ближе к Богу.


Путь к Богу неминуем для мыслящих существ, а значит, будем следовать за Словом.


И, доверяясь живому руслу русской речи, займёмся чтением журналов.


Я верю, в душах читающих людей благородные порывы неизбывны, в них теплится огонь участия и доблесть добровольцев, как и на страницах различнейших журналов.






Не мог пропустить такую значимую тему, включающую в себя и благодушие, и добрую волю, православный журнал для сомневающихся «Фома» № 8 в прошлом, замыкающем первое десятилетие году. В редакции журнала состоялась беседа под общим заголовком «Равнодушие – самооборона или самообман», которая объединила двух неравнодушных людей.


Арсений Русак (зам. главного редактора журнала «Фома»): «А кто такие эти добровольцы – это не какие-то там специальные, особые люди. Они такие же, как мы; просто им не всё равно. Добровольцем – так или иначе – может стать каждый, но становятся единицы, потому что спрятать нежелание помочь кому-то в своё равнодушие куда проще, чем совершить неравнодушный поступок».


Марина Журинская (редактор журнала «Альфа и Омега»): «Эти случаи на то и неординарные, чтобы люди к ним стремились, чтобы они на них ориентировались. Необязательно каждый день вместо кого-то умирать, но вот если помнить, что есть люди, которые могут пойти на смерть ради того, чтобы кого-то спасти, то жизнь будет другая. Это, если хотите, прививка от равнодушия: знать, что не все ужасны, корыстны, жестоки и тупы. А там – кто знает, что пошлёт Господь?»





И Марина Журинская представила достаточное убеждение: «…любить не заставишь, но вот проявлять внимание можно. Вот, к примеру, пятая заповедь: не сказано – люби родителей, сказано – чти. Любить не заставишь, но почтение родителям нужно выказывать. Так же как не заставишь любить всех, кто приходит в храм. Но быть внимательным и как минимум не хамить – это можно».


Страна в ушедшем десятилетии лишь сделала завершающий виток очередного экспериментального круга: как в политике, так и в культурном плане – от надежд до вновь выпавшего кризиса. В общем, страну мы не поменяли, и вековечных атрибутов своих не сбросили с себя. И поэты, и писатели-реалисты ничего не потеряли, даже почвенники и консерваторы не оставались не у дел на протяжении всего этого времени, сколько бы ни сопровождали их вялыми наскоками ярые критики всего, что зовётся патриотическим, что неотрывно от русской традиции, идущей от морально-духовного воспитания каждого и неравнодушия к судьбе своего отечества.


И вот, в седьмом номере журнала русской культуры «Москва» за этот год в произведении явно неравнодушного наблюдателя Владимира Пальчикова впитана суть новоиспечённой, но по старому «рецепту», новейшей поры:







Обычай самый верный в сем лучшем из миров:


Ты – лох, а я – барыга. Плати – и будь здоров.


Теперь у нас в героях – громила, рвач, торгаш.


С обманом да нахрапом – всё купишь, всё продашь.



Шныряет по дорогам скребущая корысть,


Готова за полтину хребтину перегрызть.


Угрюмое стяжанье угнулось за плечом,


Вцепилось дню в волосья, шипя: почём? Почём?



Почём пенька и кожа, почём доска и жесть,


Отзывчивость и ласка, достоинство и честь?






А Михаил Жутиков всё в том же седьмом номере «Москвы» в рассказе «ФЫВА и ОЛДЖ» развивает мысль морального падения общества в историческом контексте: «…мир научились «брать частями». А целиком взять мир, понятно, нельзя. А между тем вот он, целый, весь перед нашими глазами, любому доступен. И всё больше одолевает не смирение перед ним, а алчность. И оттого погибнем. Взять мы его не возьмём никогда, а только гадим в него, и в себя ещё больше…».


Именно как в зеркале отображается мир души на внешнюю сторону мирового пространства, чтобы непрерывно возвращаться в наше внутреннее и уходить вновь во внешний мир, и так – до бесконечности, пока мы живы.


И животрепещущую тему, бесспорно, поддержал молодёжный литературный журнал «Странник», выходящий в Саранске. Во втором номере (март-апрель 2011) Юлия Артамонова в своей статье «Кто людям помогает – тот жизнь живёт не зря!» заявляет то, что считается данностью и являет лицо нашего общества: «Люди не спешат пополнять ряды добровольцев по разным причинам: кто-то не знает, с чего начать и к кому обратиться, кому-то лень менять привычный образ жизни, тратить своё время, силы и деньги за «спасибо», кто-то просто внушил себе, что ничего не умеет, ничего не может, помогать нечем…».





Но Юлия затрагивает важное, что непримиримо с равнодушием, а именно – «принимать участие в благотворительных акциях не так уж и сложно, куда сложнее – сделать первый шаг».


Было бы сложно проникнуться пониманием без живых примеров, а у автора статьи они есть, и они, в том числе, и на местном уровне: «Два раза в году, весной и осенью, добровольцы проводят акцию «Чистые окна». Организовавшись в бригады по 2–3 человека, они моют окна в квартирах и домах репрессированных по их заявкам.


Кстати, отмечу, что подобную акцию проводят и у нас в Саранске – ежегодно, в месячник пожилых людей, волонтёры из городской молодёжной ассоциации «Милосердие» навещают одиноких стариков и моют-утепляют окна в домах на зиму».


И не могла она скрыть неприятную сторону: «Единственным недостатком большей части перечисленных проектов является разве что их сугубая ориентированность на молодёжь. Старшеклассники, студенты со свойственным их возрасту максимализмом охотно и активно принимают участие в добровольческих акциях, а вот среднее и старшее поколение, даже если и чувствуют в себе потребность сделать что-то хорошее на благо общества, остаются в стороне». И ещё подчёркивает такую возникшую необходимость в деле благотворительности, как то, что «всё чаще в качестве волонтёров требуются специалисты, люди со сложившимися ценностными установками, с определённым опытом и профессиональной компетентностью – то есть та категория, которую студенты в силу своей неопытности попросту «не потянут».





Новым шагом в решении этой проблемы можно считать корпоративное добровольчество: идеи социальной ответственности бизнеса получили достаточно широкое распространение, и всё больше компаний стало активно вовлекать своих сотрудников в деятельность подобного рода».


И наглядно обозначила формы реализации такого корпоративного добровольчества, в числе которых «и благотворительные пожертвования компании в денежной форме, и передача предприятием своей продукции и оборудования (например, фирма может обеспечить воспитанников детского дома спортивной обувью, которую производит), или предоставление компанией профессиональных услуг, опыта и знаний сотрудников».


Но не обошла Юлия Артамонова вниманием ещё одну горькую правду: «И всё же пока в реалиях громадного пространства нашей страны грамотно отлаженная работа в сфере корпоративного добровольчества занимает слишком маленькую весовую категорию. Большинство организаций предпочитает никак не реагировать на призывы к благотворительности, не желая перекраивать бюджет и устав компании в пользу каких-то там «добрых» дел».


А самое главное, что не могла не подметить Артамонова, – это общечеловеческое: «Зачастую люди куда больше рады элементарному вниманию, заботе, тёплому человеческому участию. Дети-даунята, умирающие в хосписе старики, никому не нужные обитатели домов престарелых – вот те, кому нужны не столько наши денежные пожертвования, сколько жертва нашей любви, нашего времени».


И мудрые слова этой женщины заставляют сжиматься и без того беспокойное сердце: «…жизнь – всего лишь пустышка, хоть и раскрашенная в яркие цвета.


К тому же, «творя благо», занимаясь доброделаньем, мы максимально близко соприкасаемся с тем, с чем, возможно, когда-то придётся столкнуться самим – одиночеством, болезнями, страхом смерти. Многие волонтёры говорят, что это одна из причин, по которой они не оставляют своего тяжёлого труда. Им не хочется, чтобы они сами или их родня когда-нибудь оказались на месте брошенных стариков, умирающих в пустых квартирах или на больничной койке, когда рядом нет ни одного неравнодушного человека, который хотя бы просто держал тебя за руку».


Завсегда сам ещё со школьной поры понимал для себя: равнодушие – от бессилия воли. Ведь сколько и чего надо человеку, чтобы захотеть помочь незнакомому лицу? Неизменный вопрос, не решаемый раз и навсегда, чтобы он стал наконец принципиальным в твоей жизни. Всё время вмешиваются обстоятельства. А на самом деле – мы сами подыскиваем причины.


А что сказать на примере бизнес-компаний? Когда своя казна полна, и благое дело свершить душа просится. Верно? Как будто так. И что это: трезвый расчёт? Нечто вроде – оберег от Божьей кары за излишества и чревоугодие, или ещё чего похуже? И так, и эдак верно.


Но для каждого едино чувство страха: отдав своё, приблизить разорение. Вот ещё одна причина для отказа в доброй воле.


А с другой стороны, конечно, трудно не возгордиться, когда слабых и нуждающихся обрекаешь на более уважительное к себе отношение, повышая их зависимость от тебя: не будь твоей воли, будто ты Господь Бог, и не смочь им, не справиться самим.


Мы привыкли вручать подарки только близким людям, надеясь на отдачу в зримом будущем, лишь бы эти близкие не забывали даты твоего рождения, а остальное, как говорится, – приложится. Простая причинно-следственная взаимозависимость, я бы даже сказал, взаимопотребность. Как мы обижаемся, когда нам забывают вручать подарки. Как будто без этого нам не прожить. Закон самосохранения прибытка (добыть и сохранить, а по возможности и приумножить) противоречит идее жертвенности, принесению даров. Дар – ещё одна привилегия человека. Дар за тепло чьих-то глаз, за доброе слово, за простое внимание, которое легко обратно конвертировать в материальное или в эмоциональное проявление.


А чтоб свободно получить от жизни благодать, свободно надо отдавать, делиться с незнакомыми людьми так, словно бы они родные вам. По силе воли воздаётся. Покуда мелочна душа в порывах – по мелочи и унесёте в закрома. И выпадет слабо осязаемый остаток всякому в загробной жизни. Жизнь с лёгкой и необходимой правдой о благородстве куда важнее и спокойней, когда не думаешь о неминуемой отдаче.


Бог с каждыми делился, но тоже пострадал за всех. Так незачем стремиться к материальному избытку, обретя к концовке жизни лишь нахлебников среди родных и близких, наученных стяжать одно богатство, что не имеет именной привязки в памяти потомков, а только воспринимается как источник денег и иного рода ценностей в материальном плане. Ты будешь источником достатка в близком круге, и больше ничего на память не оставишь о себе. Но чем свободнее от бремени довольства уходит человек, тем больше он заслуживает с лёгкою душой покинуть мир в иное подпространство.

Алексей ЗЫРЯНОВ,
г. ТЮМЕНЬ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *