Колыбель молнии

№ 2011 / 52, 23.02.2015

Про­шло вот уже семь лет, как не ста­ло вы­да­ю­ще­го­ся по­эта Ка­бар­ди­но-Ба­лка­рии Иб­ра­ги­ма Хи­зи­ро­ви­ча Ба­ба­е­ва. С его име­нем на­всег­да бу­дет свя­за­на лю­бовь к род­но­му краю, к его при­ро­де, а са­мое глав­ное, к его лю­дям.

Прошло вот уже семь лет, как не стало выдающегося поэта Кабардино-Балкарии Ибрагима Хизировича Бабаева. С его именем навсегда будет связана любовь к родному краю, к его природе, а самое главное, к его людям. Это тяжёлая, невосполнимая утрата для всех нас. Его яркий, добрый человеческий образ, его творения, обогатившие нашу культуру, останутся в нашей памяти, в памяти благодарного народа и изысканных читателей. Он знал и чувствовал свою причастность ко всему, чем жили и живут люди. Перу Ибрагима Бабаева принадлежат такие книги, как «Выхожу на дорогу», «Балкарская баллада», «Продолжение весны», «Родной камень», «Колыбельная для молнии», совершившие переворот в балкарском стихосложении. Не потому ли Кайсын Кулиев сказал ему:







Стихи мои могли бы быть и краше,


Тобою восхищенья нет предела:


Ты – тот, с кем золотое слово наше


Ещё один барьер преодолело.


***


В Чегеме дождь. В Холаме, верно, тоже.


Как дождь, твои слова свежи и новы.


Они с листвой, дождём омытой, схожи,


Но есть в них отсвет огненной основы.


(«Говорю Ибрагиму»)







Ибрагим БАБАЕВ
Ибрагим БАБАЕВ

Новых книг Ибрагима Бабаева ждали, и каждая становилась событием в литературной жизни республики. Вместе с тем, Ибрагим Хизирович занимался переводами. С его лёгкой руки на балкарском языке заговорили Шекспир, Лорка, Лермонтов, Пушкин, Лопе де Вега, Али Шогенцуков, Алим Кешоков, Сергей Есенин и многие-многие другие светила мировой и отечественной литературы.


Сохраняя исходный образ, сок и колорит стиха, Ибрагим словно на ладонях преподносит то или иное божественное творение, созданное на другом языке, другим поэтом. И оно становилось истинно родным, своим, балкарским. Это и есть та дорога, что ведёт в людские сердца, а оттуда уже начинается бессмертие.


Ибрагим Бабаев особенный поэт в современной балкарской литературе. Давно пришло время в полный голос говорить об этом удивительно скромном и искреннем человеке, всей душой и всем сердцем преданном поэзии и её идеалам.


Вопреки испытаниям судьбы, Ибрагим оставался неутомимым романтиком, влюблённым в жизнь и в людей. Около него невозможно было быть сухим и чёрствым, безразличным к окружающему миру. Всё великое и бесконечно малое в груди Бабаева находило место и достойно сочеталось с болью каждого живущего на этой земле. По-отечески бережное обращение со словом, незабываемые образы, неповторимая музыка стиха, современная и вместе с тем отчеканенная рифма, глубина мысли – те компоненты, которые делают поэзию Бабаева уникальной.







Так пусть же и ветер не дует мне


вслед,


А дует в лицо, но не прежде,


Чем сам я, встречающий тысячи бед,


Пойду к освещённой надежде.



Я знаю: по тысячам разных дорог


Шагают идущие рядом.


Я камень и облако, снег и цветок


Окину внимательным взглядом.



Присяду на камень, достану перо,


Начну колдовать над словами…


Быть может, всё то, что я видел,


старо,


Но видел своими глазами.



Талант Ибрагима Бабаева не ослепляет блеском, а освещает сиянием мглу нашего непростого времени. Глубоко мыслящий и серьёзно чувствующий поэт всегда остаётся востребованным. Ибо его поэзия опирается на три столпа: любви к Родине, любви к народу и любви к отдельно взятому человеку. Это определяет философскую и нравственную широту пространства его поэтического мира. А чувство времени придаёт ему подлинный объём.







Моё слово должно до любого дойти:


Солнце светит для каждого склона,


А река, хоть и знает про горечь пути,


Всё же к морю течёт неуклонно.


Камни, скалы, тропа на склоне, трава долин, снег вершин, колос на поле – всё для поэта Бабаева источник вдохновения – за каждым явлением природы стоит чья-то судьба, чья-то печаль, чья-то радость. Стихи Ибрагима, как любое истинное искусство, умножают радость и смягчают боль. Они – друзья читателя; надёжные, открытые, мужественные, как сам Ибрагим.







Этот огненный смерч, этот голод степной


Сиротой меня сделали круглым:


Ни отца и ни матери рядом со мной…


Жизнь пыталась загнать меня в


угол!



Но я жив, и та память навеки со мной:


Рвут мне душу страданья ребёнка,


Что замёрз беспросветной военной


зимой –


Только очи подёрнула плёнка.



Бабаев, как настоящий художник, впитал в себя всю культуру своего народа, при этом сохраняя собственную яркую индивидуальность творца и мыслителя. Каждое великое явление сравнимо лишь с себе подобным. Поэзия Ибрагима Бабаева словно море – чем дальше мы от берегов, тем сильнее пленяет глубина.


Сквозь пламя времён, словно младенца, Ибрагим Бабаев вынес кристально чистую совесть, которая является плодом его родной земли, и поднял её на ту планку, на уровне которой все мы остаёмся людьми. Остаёмся терпимы друг к другу. Быть может, поэтому для поэта Ибрагима Бабаева поэзия является колыбелью молнии. Но она же достигла у него такой высоты, что стала ещё и колыбельной для молнии. А иначе не бывает. Ибо молния является раньше грома.


Человек живёт, покуда живёт его дело, а поэт живёт – покуда читают его стихи. Ибрагим Бабаев для нас остаётся живым, как честь его, как совесть его, как стихи его.







В теснинах гор и средь равнинной шири


Одну судьбу имеет человек:


Уходит он из мира, но навек


И честь, и совесть остаются в мире.


Не потому ли старый козерог,


Над бездной стоя, страха не питает,


А горные улары возле ног,


Посвистывая, камешки глотают?


Не потому ли небеса ясны,


И скалы высоки – не потому ли,


И на снега безгрешной белизны


Глядят спокойноглазые косули?

Аскер ДОДУЕВ,
г. НАЛЬЧИК

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *