Неубедительный ответ

№ 2012 / 35, 23.02.2015

Ува­жа­е­мый Вя­че­слав Вя­че­сла­во­вич!
Мне ка­за­лось, что в сво­ей ста­тье «Так где же день­ги. Спу­с­тя ме­сяц» № 33–34, от 10.08.2012 г., я от­ве­ти­ла на все ва­ши во­про­сы. Но ес­ли во­про­сы ос­та­ют­ся

Главному редактору


«Литературной России»


Огрызко В. В.



Уважаемый Вячеслав Вячеславович!


Мне казалось, что в своей статье «Так где же деньги. Спустя месяц» № 33–34, от 10.08.2012 г., я ответила на все ваши вопросы. Но если вопросы остаются (Вячеслав Огрызко «Вопросы остаются», в том же номере), попытаюсь ответить ещё раз.


1. В собственности СРП находится отнюдь не особняк, а нежилые помещения – на первом этаже и подвале – жилого дома. Правовой статус – собственность Союза российских писателей, нежилые помещения. Собственником этих нежилых помещений СРП является уже около шести лет.


Руководство СРП постоянно отчитывается перед членами СРП о том, как используются эти помещения и куда идут средства от сдачи его в аренду – на Координационных Советах и съездах СРП. Контроль между съездами осуществляет также Ревизионная комиссия СРП, проводилась независимая аудиторская проверка.


2. Союз российских писателей арендует две комнаты в «Доме Ростовых» на Поварской, 52 по двум причинам.





Первая причина – место, где СРП снимает помещение (с 1991 года, то есть более двадцати лет), исторически является центром писательской жизни. Писатель, приезжающий в СРП (а это, как правило, провинциальный писатель, вырвавшийся в столицу на день-два) по делам своей региональной организации, своим личным или профессиональным делам, одновременно тут же может посетить сразу несколько писательских организаций: оба литфонда – Литфонд России и Международный Литфонд, МСПС (Международное сообщество писательских союзов), находящиеся по соседству Союз писателей Москвы и Московскую писательскую организацию, журнал «Дружба народов» (надеюсь, что редакция этого уважаемого журнала останется на Поварской), ЦДЛ (Центральный дом литераторов) – от библиотеки ЦДЛ до Малого зала, где проводятся творческие вечера, и «нижнего» буфета, где писатель может встретиться со своими друзьями.


Вторая причина – прозаическая: СРП сдаёт своё помещение в аренду, так как у СРП нет других источников финансирования. Как вам известно, в 1999 году, в одностороннем порядке, без объявления, при перерегистрации в Минюсте РФ, все крупнейшие творческие союзы России в одночасье стали общественными организациями и, тем самым, лишились государственной поддержки.


То есть, другими словами, творческие союзы, которые не занимались производством материальных ценностей и соответственно не имели никакой прибыли, были брошены (выброшены) в бурное море рыночной экономики. Положение мог спасти «Закон о творческих союзах и творческом работнике» (человек творческой профессии – писатель, художник, композитор – до сих пор не имеет в своей собственной стране, где он платит налоги от каждой публикации, каждой картины, каждого произведения, профессионального статуса, дававшего ему бы право на социальное обеспечение (бюллетень, отпуск, санаторно-курортное лечение, достойная пенсия, возможность состоять в профсоюзе, то есть те права, которые есть у каждого трудящегося гражданина РФ). Этому безобразию вот уже около 12-ти лет. Так что всем творческим союзам пришлось и до сих пор приходится выживать.


3. При долевом распределении между городом, СУ-155 и Союзом российских писателей, СРП получил только нежилые помещения, а значит, никто из писателей жилую собственность от СРП не получал.


4. Георгий (а не Геннадий, как вы пишете) Зайцев в Савёловском суде в перерыве между заседаниями при свидетелях на мой вопрос, зачем он лжёт в одной из главных литературных газет о том, что руководство СРП получало многотысячную материальную помощь от Литфонда, ответил, что его «подставили», что свою подпись под этой статьёй он не ставил. Г.В. Зайцев даже просил, чтобы я подала на него в суд за клевету, чтобы там, в суде, выяснилась правда: кто же из газетчиков в действительности оклеветал руководство СРП. В суд мы не подали, считая инцидент исчерпанным, но оказывается, эта ложь всплывает время от времени в прессе.


Что касается заёма (займа). Общественные организации имеют право их выдавать по договору своим членам или другой общественной организации. Союз российских писателей является одним из учредителей Литфонда России и имеет право получать от него заём. Согласитесь, заём, который необходимо по договору вернуть, существенно отличается от матпомощи, которую возвращать не надо.


Вы уж извините, Вячеслав Вячеславович, но вести хозяйственную деятельность сегодня невозможно без займов и инвестиций.


Хотелось бы сказать ещё вот о чём. Так уж получилось в нашей стране, что капитализм у нас связан с переделом той собственности, которую создали поколения наших отцов и матерей. И почему-то считается совершенно нормальным акционировать в центре Москвы многоэтажное здание газеты, которая раньше принадлежала всем писателям. Или, скажем, таким же способом «увести» поликлинику Литфонда, которая построена на деньги всех писателей.


Но почему-то вызывают истерику, зависть, подозрительность и нетерпимость совершенно нормальные и легитимные действия Союза российских писателей по созиданию чего-то нового, когда творческий союз сам что-то строит, сам добывает деньги на существование организации.


Или мы так и будем инфантильно, как дети, жить в построенной нашими мамами и папами стране, или, всё-таки, сами попытаемся что-то построить и оставить другим поколениям?


5. О порядке выделения творческих мастерских в Переделкино. Я являюсь сторонником старой системы выделения переделкинских дач писателям. До 1991 года существовала социальная комиссия, которая решала, кто из писателей имеет достаточные основания для получения в аренду дачи. Для этого писатель должен был представить справки о состоянии здоровья, о своём жилищном и семейном положении, и на основании их исполком Международного Литфонда выносил решение о предоставлении тому или иному писателю творческой мастерской. Причём, выносил не сразу. Сначала писателя ждала очередь, которая растягивалась на многие годы. (Так, например, я подавала заявление на аренду дачи в 1992 году, а получила её в 2006, то есть через 14 лет). Конечно, были и исключения, когда писатель получал дачу без очереди в тех случаях, когда он бедствовал, тяжело болел, в силу тех или иных причин лишался жилья, становился беженцем, возвращался из вынужденной эмиграции и т.д.


Делить писателей на тех, кто, по-вашему, достоин или недостоин получать дачу по творческим критериям, по-моему, работа не совсем благодарная. Я помню случай, когда одна из кондовых писательниц на заседании исполкома МЛФ требовала не давать дачу выдающемуся писателю Юрию Мамлееву на том основании, что он в литературе никому не известен. Я тогда вмешалась и не без труда переломила ситуацию. Теперь кондовая писательница и Юрий Мамлеев – лучшие друзья, она, наконец, удосужилась прочитать его произведения и изменила своё мнение о его творчестве.


Что касается литературных функционеров. Раньше, в советское время, такие – специальные – люди существовали. Они осуществляли «функционирование» между государственными органами и писательским союзом. Сейчас же, при фактическом отделении творческих союзов от государства, таких функционеров просто не стало. Есть люди, работающие в писательских организациях, часто без денег или за нищую зарплату, взваливающие на себя огромную организационную работу, часто в ущерб своему творчеству. Обычно это люди талантливые, творчески-состоятельные, но любящие и умеющие организовывать всевозможные литературные фестивали, конференции, поэтические конкурсы, творческие семинары, чтения. Что в этом плохого? Эти люди и являются основой современного гражданского общества. Они не марионетки и не функции. Я их называю культуртрегерами или литературными подвижниками.


6. О «внуковской» истории лучше всего узнать у фигурантов этой мутной истории. Традиционно во Внуково получают дачи писатели – члены СП России. Членов Союза российских писателей там, насколько мне известно, нет.


7. Сегодня правила проживания в Переделкино такие: заключаются краткосрочные договора на 11 месяцев с правом их пролонгации в конце года. Но фактически, по сложившейся традиции и по старым договорам писатели живут там до своей кончины. Потом дача передаётся другому писателю. Если вы претендуете на дачу в Переделкино, подайте заявление в Международный Литфонд и дождитесь своей очереди.


В Комарово правила другие: дача даётся писателю в аренду на три года, потом передаётся другому писателю. Правила установили сами питерские писатели – члены литфонда.


Так что пересмотр правил проживания и аренды творческих мастерских в руках самих писателей, членов литфонда.



С уважением,


Светлана Василенко,


Первый секретарь Правления Союза российских писателей



15 августа 2012 г.


г. Знаменск, Астраханская обл.



Иллюстрация Владимира Камаева

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *