В поисках правды

№ 2012 / 50, 23.02.2015

Читающий мир продолжает обсуждать статьи Вячеслава Огрызко «Больше чем донор» о переводческой деятельности Юрия Кузнецова («ЛР», 2012, 28 сентября и 5 октября) и Марины Ахмедовой

Читающий мир продолжает обсуждать статьи Вячеслава Огрызко «Больше чем донор» о переводческой деятельности Юрия Кузнецова («ЛР», 2012, 28 сентября и 5 октября) и Марины Ахмедовой «ЛитРоссия мне друг, но истина дороже…: Мифы о поэте Адалло, или История затянувшегося предательства…» («ЛР», 2012, 16 ноября). Первые, диаметрально противоположные отклики – Аркадия Ганиева и Вадима Дементьева – были напечатаны 30 ноября. Сегодня мы публикуем ещё два поступивших из Махачкалы письма.

Как это часто бывает, многие участники дискуссии уже забыли о том, с чего начался спор. В статье Огрызко рассказывалось в том числе о том, как Юрий Кузнецов работал над переводами большого аварского поэта Адалло, которого в Дагестане много лет по разным причинам замалчивали. Одновременно встал вопрос о Расуле Гамзатове, из которого прежние власти, похоже, не совсем заслуженно сотворили кумира (а Юрий Кузнецов, как известно, этот искусственный культ никогда не одобрял). Этот фрагмент статьи Огрызко, как мы поняли, вызвал резкое возмущение у Ахмедовой. Подчеркнём: это её суверенное право, на что никто никогда и не покушался. Правда, здесь возникла другая проблема – художественного вкуса. Ахмедова в восторге от последней слабенькой поэмы Гамзатова, которая прославляла одного из самых одиозных олигархов и клеймила позором Адалло. Огрызко пытался разобраться в другом: почему поэт большого таланта Адалло в конце горбачёвской перестройки открыто выступил против власти, это был искренний порыв или заблуждение, и с кем поэт сейчас – со своим народом или с палачами? Похоже, Ахмедова сложную художественную проблему попыталась перевести исключительно в политическое русло. (Кстати, не поэтому ли имя глубокого аварского лирика в 2004 году осталось за бортом халтурного справочника «Писатели Дагестана – ХХ век», составленного Мурадом Ахмедовым?)

Сегодняшние наши авторы, кажется, и вовсе забыли, о чём Огрызко и Ахмедова писали свои статьи. Они увидели в развернувшейся дискуссии иные мотивы и ставят совсем другие проблемы – о номенклатурном подходе к явлениям литературы, о принципах руководства текущим литпроцессом, о ненормальных порядках в местном союзе писателей… Что ж, все эти вопросы тоже имеют право на жизнь. И в самом деле: почему в Союзе писателей Дагестана процветает плановость? На что идут бюджетные деньги? Кто мешает Союзу провести свой съезд (последний раз писатели Дагестана на свой форум собирались в 2001 году, т.е. одиннадцать лет назад)?

Но за этими насущными проблемами давайте всё-таки не упускать главное. А главное – это, естественно, творчество. И здесь ещё раз отметим: Адалло, какой бы противоречивый путь он ни прошёл, остаётся большим поэтом, хотя и со своими заблуждениями и ошибками. Поэтому не стоит его распинать. Попробуйте для начала его понять. Марине Ахмедовой это не удалось. Ей, видимо, оказалось проще талантливого и популярного лирика совсем вычеркнуть из литературы.


ПРАВДА ГЛАЗА КОЛЕТ

Союз писателей – кормушка. И ничего, кроме вреда, он не приносит

Ещё в советское время в своих книгах я открыто писала о Расуле Гамзатове и Фазу Алиевой, постоянно интригующих между собой, у которых не хватало ума понять, что поэзия – не тараканьи бега и не петушиные бои. И это Ахмедов считает кляузами, а то, что он сам за их спиной сплетничал, а в лицо подхалимствовал, – достоинством.

Тогда и теперь я говорю: Союз писателей является кормушкой для определённых лиц и никакой пользы, кроме вреда, он не приносит настоящим писателям.

Если честно сказать, мне всегда было наплевать на союзписовские махинации, интриги, делишки, земельные участки, которые постоянно получали одни и те же лица и затем перепродавали, также на всякие титулы, «газели» и т.д. Я всегда жила своим умом и трудом. Если мне надо решить какие-нибудь свои проблемы или вопросы, я сама иду, куда нужно, и положительно решаю их. Именно это и душит нынешнее руководство Союза писателей Дагестана.

Ребята, ну нельзя же выпускать  столь очевидную халтуру
Ребята, ну нельзя же выпускать
столь очевидную халтуру

Ещё с юношеских лет я привыкла делать людям добро, помогать, чем могу, тем, кто в этом нуждается. Говорить правду в лицо, невзирая на занимаемые посты и положение в обществе. С этим ничего уже не сделаешь. Это мой характер, это в крови. Страдаю от этого только я сама. В одну из своих книг, где речь идёт о работниках правоохранительных органов, коррупции, взяточничестве, о хищении бюджетных денег, о несправедливости, я включила несколько статей и про Союз писателей. Естественно, руководству Союза это не понравилось, поскольку ставился вопрос о закрытии их кормушки. Вот они и оправдываются всеми правдами и неправдами.

К слову, один из писательских начальников – Магомед Ахмедов – на страницах газеты «Молодёжь Дагестана» как-то назвал меня кляузницей. За что же я удостоилась этого оскорбления?

В конце 2000 года я случайно в правительстве республики узнала о том, что в течение четырёх лет мне оказывалась денежная помощь (каждый год по 25–30 тыс. руб.). Тогда это были большие деньги. Кроме меня в этих списках были имена ещё 30–35 «нуждающихся» писателей. Когда я стала спрашивать этих писателей, за исключением тех, кто якобы работал в Союзе писателей, никто о них даже не слышал. Подделав наши подписи, эти деньги получали гамзатовские угодники, затем, отдав большую часть шефу, оставшиеся деньги делили между собой. Руководила этими аферами тогда и теперь Марина Ахмедова. Затем она этими и другими аферами шантажировала Расула Гамзатова.

В те годы я работала над книгой «Славные сыновья Дагестана», не хотелось мне отрываться от своей работы, поэтому не стала вслух об этом говорить, но к Расулу Гамзатову я всё же пошла и высказала всё, что хотела.

Тогда я жила в Махачкале I, недалеко от завода «Эльтав». Однажды, возвращаясь с рынка, вижу возле мусорной свалки лежит полуживой мужчина, весь в крови и грязи. Подхожу близко и узнаю члена СП СССР, известного дагестанского поэта. Я была какое-то время в шоке, затем вызвала «скорую помощь» и еле уговорила их забрать его в больницу. На следующий день, узнав о его смерти, я не могла работать над книгой и всё, что кипело внутри, выплеснула в статье «Дагестанские поэты умирают на мусорных свалках». Она была опубликована на страницах газеты «МК в Дагестане». Это была сенсация. О ней говорили, писали, обсуждали.

Спустя месяц правительство республики выделило большие деньги для того, чтобы сделать капитальный ремонт в здании Союза писателей, куда неприятно было заходить (невыносимая вонь, с потолка на голову падала штукатурка, в коридоре валялась сломанная мебель). Капитальный ремонт был произведён также и в здании, где были расположены издательства национальных литературных журналов и журнала «Соколёнок». Также были выделены новые машины «Волга» и «газель» для Союза писателей. Многим писателям была оказана ощутимая денежная помощь. И в том же году состоялся X Съезд писателей. Это всё состоялось благодаря мне, а не кому-либо. Но я одна в этих пирах не участвовала и не имела от этого ничего. Я ни в коем случае не требую за свои добрые дела благодарности. Как говорил один мудрец: «Требовать благодарности – глупость, не быть благодарным – подлость».

И то правда, в 2007 году я зашла в Союз писателей по просьбе Магомеда Ахмедова. Ему я, видимо, очень нужна была. Как я поняла, от меня ждали, чтобы я написала статью в пользу его семейки. Я написала статью «Не лучше ли зажечь свечу, чем проклинать темноту». Это было прямое обращение к тогдашнему президенту республики Муху Алиеву. Статья была опубликована в журнале «Народы Дагестана». Алиев сразу на неё отреагировал, и все вопросы, поднятые в ней мною, были решены положительно. Было выделено несколько миллионов рублей «Дагкнигоиздательству» для издания книг дагестанских писателей. Из бюджета республики выделили дополнительные три миллиона рублей Министерствам культуры и образования для закупки книг дагестанских авторов. Увеличили зарплату работающим писателям. А самое смешное – все эти заслуги Магомед Ахмедов приписал себе.

Майсарат МАГОМЕДОВА


ЛОЖЬ КАК НОЖ

Почему до сих пор не проведён Съезд писателей Дагестана?

В Союзе писателей не должно быть оплачиваемых штатов, так как этот Союз есть общественная организация. В цивилизованных странах творческие союзы – писателей, композиторов, художников – не являются кормушками для их чинов. А Союз писателей Дагестана таковой является. Это уже неоспоримый факт.

Ну скажите, пожалуйста, за какие заслуги ежемесячно выплачивают оклады в Союзе писателей председателю, заместителю, руководителям секций? Если писатель работает в газете, журнале, он должен получать свою зарплату ежемесячно, но не как писатель, а как штатный сотрудник. А какая реальная ежедневная работа есть в аппарате Союза писателей? Да никакой. Тогда за что платить деньги каждый месяц?! За то, что в течение года проводят несколько юбилейных мероприятий? Это же смешно и безнравственно!

Проведение юбилеев – это опять-таки общественное дело, а не номенклатурная обязанность. Пока в Союзе писателей будут водиться незаслуженные деньги, там настоящего творчества не будет. Сначала должно быть достойное творчество, а потом уже заслуженные деньги.

Теперь что касается юбилейных мероприятий в честь «народных» писателей. Марина Ахмедова в одной из своих статей, опубликованных в Махачкале, писала следующее: «По закону Республики Дагестан юбилейные вечера на правительственном уровне устраивают выдающимся деятелям культуры, обладающим неоспоримыми заслугами перед республикой… и почётными званиями народный поэт или народный писатель Дагестана».

Народный поэт, народный писатель – это что за недоразумение?! Писатель – общее понятие, в него входят и поэт, и прозаик, и драматург. По логике должно быть так: народный поэт, народный прозаик, народный драматург. А почему тогда нет звания народный драматург?

Нет звания народный поэт Саратовской области или народный прозаик Ставропольского края, народный драматург Московской области. В Европе и Америке тоже нет званий народных артистов. С какой стати они должны быть в Дагестане? Эти звания изначально спекулятивные.

В принципе, что дают Союзы писателей? Абсолютно ничего. Если с позиций талантливости проанализировать творческое состояние Союза писателей Дагестана, то в нём не останется больше 15–20 человек, остальных придётся исключить, в том числе и «народных». Так что далеко не каждый член Союза писателей есть талант.

И ещё мне интересно, почему-то нет Съезда писателей Дагестана, хотя давно настало время провести его. Значит, есть чего бояться.

Гапиз НУРМАГОМЕДОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *