Русь всегда имела свой флот

№ 2012 / 50, 23.02.2015

Много сказано о значении русского флота, его мощи и влиянии в разные эпохи, так много и так пафосно, что говорить о том же самом в тысячный раз кажется лишним. Намного интереснее было бы поднять тему истоков русского флота

Морские походы восточных славян в IX–X веках

Много сказано о значении русского флота, его мощи и влиянии в разные эпохи, так много и так пафосно, что говорить о том же самом в тысячный раз кажется лишним. Намного интереснее было бы поднять тему истоков русского флота, а точнее, его древней истории. Именно «истории», потому что разговор об «истоках» всё-таки предполагает наличие преемственности, а эту преемственность доказать не так уж просто. Как правило, историю флота ведут от петровских времён, с тех самых пор, когда летопись его побед и поражений стала регулярно фиксироваться. Говоря о флоте семнадцатого века, мы уже знаем, каков был его состав, как назывались корабли и как они выглядели, каков был такелаж и экипаж. Но иначе обстоит дело, если мы начнём углубляться в историю на сто лет раньше, на двести, на триста и так далее – и скоро обнаруживаем, что вообще ничего определённого не знаем о русском корабельном деле допетровской эпохи. Как это ни странно, но мы даже не знаем толком, как выглядели суда древней Руси. Сохранились летописи, славянские, арабские и греческие письменные источники, упоминающие старорусские флотилии в различных военных делах и походах, есть несколько рисунков, но подробных описаний нет.

Например, дошли названия старинных плавательных средств, которыми пользовались восточные славяне – струг, насад, ладья, набой, учан, ушкуй, карбас. Но нет никаких описаний, которые позволили бы идентифицировать находки, сделанные, например, в Ильмене и Волхове, как именно эти типы судов. Разве что известно, как выглядела сойма – но и то потому, что они до сих пор используются в окрестностях Великого Новгорода.

Иван ГОБЗЕВ
Иван ГОБЗЕВ

Причины такой странной ситуации скрываются, очевидно, в том, что слишком мало подробных исторических свидетельств о восточнославянском флоте. В Европейской науке, например, вообще принято считать, что самобытного русского флота не было, а были только суда скандинавского типа (хотя уже доказано, что это не так). К сожалению, действительно, сведения об истории древней Руси крайне скудны, сомнительны и противоречивы. Поэтому полагаться на одни лишь редкие летописные и прочие письменные упоминания при исследовании вопроса явно недостаточно. Но есть большое количество фактического материала – правда, практически весь он, этот материал, ещё лежит на дне многих рек и озёр России и Европы (включая даже Германию). Так что для археологов, историков, культурологов есть большое пространство для деятельности. Только сохранность этого подводного материала с каждым годом ухудшается по очевидным причинам – например, воды некоторых рек содержат взвешенные частицы песка, которые быстро стачивают выступающие детали когда-то затонувших кораблей. Любопытно, что возраст некоторых из этих подводных находок, согласно данным радиоуглеродного анализа, насчитывает несколько тысячелетий (конечно, нужно иметь в виду, что данный анализ может давать ошибочные результаты).

Во всяком случае, сейчас уже со всей очевидностью ясно, что восточные славяне ходили по рекам и морям, причём ходили очень активно, развивая торговые связи, часто воюя и занимаясь грабежом. Известно, что уже в 600 году русские (далее под «русскими» будут условно пониматься восточнославянские племена) совершили морской поход в Италию, в 615 году напали на Византию, в 623 году атаковали Крит, в 626 году осаждали Константинополь, в 642 году ходили к берегам Южной Италии, а в 676 году имели боевые столкновения с византийскими кораблями. Также источники сообщают о походе русских в Эгейское море в 813 году.

Большому количеству упоминаний русского флота мы обязаны столкновениям с Византией. Византийская империя, наследница греческой и римской культуры, была одной из самых высокоразвитых цивилизаций того времени. Византийские летописцы (клирики, чиновники) фиксировали происходящие события, в частности, столкновения с варварами – кем они, без сомнения, считали нецивилизованных русских. Можно с высокой степенью вероятности утверждать, что уже в VI веке русский флот ходил по Чёрному морю и наводил страх на прибрежных обитателей внезапными нападениями. Впрочем, и мирная морская торговля тоже велась. Согласно преданию, из-за активности русских на Чёрном море его даже прозвали «русским». Не менее часто ходили русские мореплаватели и по Каспийскому морю.

О походах русских в Чёрном море неоднократно упоминается в «Повести временных лет». Первое упоминание касается похода Аскольда и Дира на «Греков»:

«В год 6374 (866). Пошли Аскольд и Дир войной на греков и пришли к ним в 14-й год царствования Михаила. Царь же был в это время в походе на агарян, дошёл уже до Чёрной реки, когда епарх прислал ему весть, что Русь идёт походом на Царьград, и возвратился царь. Эти же вошли внутрь Суда, множество христиан убили и осадили Царьград двумястами кораблей. Царь же с трудом вошёл в город и всю ночь молился с патриархом Фотием в церкви святой Богородицы во Влахерне, и вынесли они с песнями божественную ризу святой Богородицы, и смочили в море её полу. Была в это время тишина и море было спокойно, но тут внезапно поднялась буря с ветром, и снова встали огромные волны, разметало корабли безбожных русских, и прибило их к берегу, и переломало, так что немногим из них удалось избегнуть этой беды и вернуться домой».

Следующий поход на Константинополь состоялся в 907 году и завершился, вероятно, грабежами и массовыми убийствами. Особая роль отведена флоту – указывается, хотя это и вряд ли достоверно, что ладей у русских было две тысячи. Флот играет в этом событии роль не только на море, но и на суше – согласно летописи, Игорь решает вывести корабли на берег, поставить их на колёса и таким образом атаковать город. Вот как описывает этот поход Нестор:

«В год 6415 (907). Пошёл Олег на греков, оставив Игоря в Киеве; взял же с собою множество варягов, и славян, и чуди, и кривичей, и мерю, и древлян, и радимичей, и полян, и северян, и вятичей, и хорватов, и дулебов, и тиверцев, известных как толмачи: этих всех называли греки «Великая Скифь». И с этими всеми пошёл Олег на конях и в кораблях; и было кораблей числом 2000. И пришёл к Царьграду: греки же замкнули Суд, а город затворили. И вышел Олег на берег, и начал воевать, и много убийств сотворил в окрестностях города грекам, и разбили множество палат, и церкви пожгли. А тех, кого захватили в плен, одних иссекли, других замучили, иных же застрелили, а некоторых побросали в море, и много другого зла сделали русские грекам, как обычно делают враги.

И повелел Олег своим воинам сделать колёса и поставить на колёса корабли. И когда подул попутный ветер, подняли они в поле паруса и пошли к городу. Греки же, увидев это, испугались и сказали, послав к Олегу: «Не губи города, дадим тебе дань, какую захочешь». И остановил Олег воинов, и вынесли ему пищу и вино, но не принял его, так как было оно отравлено. И испугались греки, и сказали: «Это не Олег, но святой Дмитрий, посланный на нас Богом». И приказал Олег дать дани на 2000 кораблей: по 12 гривен на человека, а было в каждом корабле по 40 мужей.

<…>

Цари же Леон и Александр заключили мир с Олегом, обязались уплачивать дань и присягали друг другу: сами целовали крест, а Олега с мужами его водили присягать по закону русскому, и клялись те своим оружием и Перуном, своим богом, и Волосом, богом скота, и утвердили мир. И сказал Олег: «Сшейте для руси паруса из паволок, а славянам копринные», – и было так. И повесил щит свой на вратах в знак победы, и пошёл от Царьграда. И подняла русь паруса из паволок, а славяне копринные, и разодрал их ветер; и сказали славяне: «Возьмём свои толстины, не даны славянам паруса из паволок». И вернулся Олег в Киев, неся золото, и паволоки, и плоды, и вино, и всякое узорочье. И прозвали Олега Вещим, так как были люди язычниками и непросвещёнными».

О доминировании русских в Чёрном море свидетельствует и такой отрывок, описывающий второй поход князя Игоря:

«В год 6452 (944). Игорь же собрал воинов многих: варягов, русь, и полян, и словен, и кривичей, и тиверцев, – и нанял печенегов, и заложников у них взял, – и пошёл на греков в ладьях и на конях, стремясь отомстить за себя. Услышав об этом, корсунцы послали к Роману со словами: «Вот идут русские, без числа кораблей их, покрыли море корабли».

История походов в Каспийском море, известная начиная с последней четверти IX века, не менее увлекательна. Здесь уже на помощь приходят арабские источники. Мусульманский мир того времени не уступал христианской Византии по уровню развития культуры. Известно, что в этот период происходит расцвет арабской цивилизации, выраженный в бурном развитии науки, философии, поэзии, мистики, архитектуры. Поэтому очевидно, что арабы, так же как и византийские греки, смотрели на русских как на дикарей (не окультуренных, не цивилизованных), как на опасных пиратов, каковыми, собственно, те и были.

Вероятно, первый морской поход русских на Каспийском море – нападение на побережье Табаристана и город Абесгун в 880 году. Согласно арабским летописям, в Абесгун прибыло шестнадцать кораблей русских. Ночью арабы напали на них, часть убили, а часть взяли в плен (есть версия, что русские захватили Абесгун). На следующий год русские снова приплыли, атаковали, захватили пленных и ушли в Дайлем. Правитель этой территории напал на них, многих убил и сжёг приставшие к берегу корабли. Оставшиеся русские, бывшие в море на кораблях, ушли, но вскоре тоже были атакованы и все убиты.

Другой значимый морской поход, известный как взятие арабского города Бердаа, состоялся в 943–944 годах. Ему предшествовало столкновение русских с хазарами в Причерноморье. Около 939 года русский правитель Хелгу по указу Византии захватил хазарскую крепость Самкерц на берегу Керченского пролива. Однако вскоре он потерпел поражение от хазарского полководца Песаха. По одной версии, этот полководец принудил Хелгу пойти войной на Константинополь. Но русский флот был сожжён греческим огнём, и Хелгу, убоявшись возвращения на родину с позором, отправился в набег на Персию.

Возможно именно это событие – сожжение флота греческим огнём – отражено в «Повести временных лет», но в таком случае, возможно, следует считать, что Хелгу это не Олег, а князь Игорь. Правда, есть версия, что Хелгу – это воевода Игоря. Вот что сообщает Нестор:

«В год 6449 (941). Пошёл Игорь на греков. И послали болгары весть царю, что идут русские на Царьград: 10 тысяч кораблей. И пришли, и подплыли, и стали воевать страну Вифинскую, и попленили землю по Понтийскому морю до Ираклии и до Пафлагонской земли, и всю страну Никомидийскую попленили, и Суд весь пожгли. А кого захватили – одних распинали, в других же, перед собой их ставя, стреляли, хватали, связывали назад руки и вбивали железные гвозди в головы. Много же и святых церквей предали огню, монастыри и сёла пожгли и по обоим берегам Суда захватили немало богатств. Когда же пришли с востока воины – Панфир-деместик с сорока тысячами, Фока-патриций с македонянами, Фёдор-стратилат с фракийцами, с ними же и сановные бояре, то окружили русь. Русские же, посовещавшись, вышли против греков с оружием, и в жестоком сражении едва одолели греки. Русские же к вечеру возвратились к дружине своей и ночью, сев в ладьи, отплыли. Феофан же встретил их в ладьях с огнём и стал трубами пускать огонь на ладьи русских. И было видно страшное чудо. Русские же, увидев пламя, бросились в воду морскую, стремясь спастись, и так оставшиеся возвратились домой. И, придя в землю свою, поведали – каждый своим – о происшедшем и о ладейном огне. «Будто молнию небесную, – говорили они, – имеют у себя греки и, пуская её, пожгли нас; оттого и не одолели их».

После этого события, вероятно, и состоялся поход русских на Бердаа (943 год). Судя по всему, русский флот из Каспийского моря поднялся по реке Кура, где воины (около трёх тысяч человек) высадились, разбили высланный против них отряд и захватили город Бердаа. Любопытно, что в истории упоминаются триста дейлемитов, которые стояли против русских до последнего, пока не были все перебиты (удивительная параллель с тремястами спартанцами).

По свидетельству арабского писателя Ибн Мискавейха, знавшего непосредственных участников и свидетелей тех событий:

«Были они беспечны, не знали силы их [русов] и считали их на одном уровне с армянами и ромейцами [византийцами]. После того, как они начали сражение, не прошло и часу, как русы пошли на них сокрушающей атакой. Побежало регулярное войско, а вслед за ним все добровольцы и остальное войско, кроме дейлемитов».

Пробыв некоторое время в Бердаа, русы вынуждены были уйти, поскольку местное население оказывало сильное сопротивление, а во-вторых, судя по арабским источникам, началась эпидемия холеры (или дизентерии). Русы ночью угнали из города юношей и девушек, сели на свои корабли и отплыли.

По поводу пребывания русов в Бердаа уже упомянутый Ибн Мискавейх говорит следующее:

«Слышал я от людей, которые были свидетелями этих Русов, удивительные рассказы о храбрости их и о пренебрежительном их отношении к собранным против них мусульманам.

Один из этих рассказов был распространён в этой местности, я слышал от многих, что пять людей Русов собрались в одном из садов Бердаа; среди них был безбородый юноша, чистый лицом, сын одного из их начальников, а с ними несколько женщин-пленниц. Узнав об их присутствии, мусульмане окружили сад. Собралось большое число дейлемитов и других, чтобы сразиться с этими пятью людьми. Они старались получить хотя бы одного пленного из них, но не было к нему подступа, ибо не сдавался ни один из них. И до тех пор не могли они быть убиты, пока не убили в несколько раз большее число мусульман.

Безбородый юноша был последним, оставшимся в живых. Когда он заметил, что будет взят в плен, он влез на дерево, которое было близко от него, и наносил сам себе удары кинжалом своим в смертельные места до тех пор, пока не упал мёртвым».

Другой источник, врач и историк XII века Шараф ал-Заман Тахир Марвази, также сообщает о русской оккупации Бердаа (видимо, это событие произвело на современников сильное впечатление):

«И они люди сильные и могучие и идут пешком в далёкие страны для набега и также путешествуют на судах по Хазарскому морю и захватывают суда и грабят имущество и путешествуют в Кустантинию [Константинополь] по морю Понтус, несмотря на цепи в заливе. И однажды они путешествовали по Хазарскому морю и стали на время владетелями Бердаа. Их мужество и храбрость хорошо известны, так что один из них равен нескольким из какого-либо другого народа. Если бы имели они лошадей и были всадниками, стали бы они великим бичом для людей».

Здесь, правда, есть странная неувязка – Шараф ал-Заман Тахир Марвази говорит, что русские не имели лошадей и не были всадниками. Однако уже в 944 году, согласно летописи Нестора, Игорь «…пошёл на греков в ладьях и на конях».

Несмотря на некоторые исторические неувязки, возможную путаницу в названиях племён, их ошибочную идентификацию историками прошлого, очевидно, что русский флот имеет давнюю историю. Здесь мы говорили лишь о девятом-десятом веках, но многочисленные сонограммы дна рек и озёр территорий, населяемых в древности восточными славянами, а также данные радиоуглеродных анализов показывают, что это история намного древнее. И при должном усилии учёных (в чём недостатка, кстати, нет), а также при необходимой финансовой поддержке исследования в этой области дадут много интересных и неожиданных результатов.

Иван ГОБЗЕВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *