Почему Лариса Васильева не права

№ 2013 / 12, 23.02.2015

Уважаемая Лариса Николаевна!
Написать Вам письмо меня подвигло Ваше интервью, опубликованное в «Литературной газете» № 7 за 20–26 февраля.

Уважаемая Лариса Николаевна!

Написать Вам письмо меня подвигло Ваше интервью, опубликованное в «Литературной газете» № 7 за 20–26 февраля. Можно только порадоваться и поздравить Вас с выходом книги о святой Евдокии Московской. Но вот что меня, признаюсь, смутило – Ваше сожаление, что княгиня Евдокия «прочно забыта временем» и что в Вас «жила обида за эту женщину». Создаётся впечатление, что нынче именно Вы заново открыли это имя. Слов нет, книга есть книга, в ней о многом можно поведать. И Вы справедливо печалитесь, что до этого Ваши публикации в периодической печати о княгине Евдокии Московской проходили незамеченными. Начала с публикаций в прессе около двух десятилетий назад и Светлана Николаевна Кайдаш-Лакшина, посвятившая немалую часть своего творчества великим русским женщинам.

Илья Глазунов. Проводы войска, 1979 г.
Илья Глазунов. Проводы войска, 1979 г.

Её статьи о княгине Евдокии Московской были опубликованы и в «Московской правде» в 1995 году – «Во время печали моей не забудь меня», и в журнале «Ярославна», был такой в 1997 году, – «Покровительница Москвы святая Ефросинья», и в журнале «Юность» в 2008-м. Я как давний читатель ценю Ваше творчество, но и писательская деятельность С.Кайдаш-Лакшиной мне не безразлична (к тому же мы вместе учились на филфаке МГУ). Из её исторических изысканий узнала для себя немало нового, в том числе из очерков о русских женщинах, где много удивительных исторических подробностей, разысканных автором в древних источниках, и о Евдокии-Ефросинье Московской в том числе. Я говорю о книгах Светланы Николаевны «Великие женщины России» 2001 года, «Судьбы великих русских женщин» 2005 года. Часть очерков вошли в издание для школьников издательства «Просвещение» 2009 года «Великие женщины Древней Руси», отпечатанное тиражом в 10 тыс. экземпляров, по нашим временам не таким уж маленьким. (Вопрос тиража – другой, наболевший вопрос).

Надо сказать, что в год, когда исполнилось 600 лет со дня смерти великой Евдокии Московской, в монашестве Ефросиньи, состоялось заседание Московской Думы, Кайдаш-Лакшина как автор работ о святой была приглашена на «Круглый стол» с выступлением, и по кругу ходила её книга «Судьбы великих русских женщин».

Признаюсь, подробности о Евдокии я впервые узнала из замечательной книги Юрия Лощица «Дмитрий Донской», выходившей в молодогвардейской серии ЖЗЛ ещё в 1981-м и переизданной в 1983-м. А тогда уж были тиражи и читатели! И когда я готовила для издательства «Детская литература» книгу «Художники Виктор и Аполлинарий Васнецовы», с радостью поместила блистательный эскиз Виктора Михайловича Васнецова «Княгиня Евдокия», подготовленный им для росписи киевского Владимирского собора. (Он-то и воспроизведён в плохой печати в Литгазете.) Возможно, в 1991 году это была первая публикация храмовой работы великого мастера в советской массовой печати, особенно для детей.

Светлана Николаевна, изучив поразительный по духовной и поэтической высоте плач Евдокии о своём муже, помещённый в летописной повести «Слово о житии и о преставлении великого князя Дмитрия Ивановича царя русского», назвала княгиню Евдокию первой русской поэтессой. Плач она приводит в своём поэтическом переводе. Вот уж поистине отличное открытие. Мне довелось найти этот пронзительный плач в «Слове» в одном из томов Памятников литературы Древней Руси, выходивших в издательстве «Художественная литература» в начале 80-х.

Почему Вы делаете вид, что тех, кто публиковал о Евдокии Московской до Вас, не существует?

Вы называете Евдокию первой «кремлёвской женой», а как же быть хотя бы с жёнами Ивана Калиты, деда Дмитрия Донского, или его матушкой великой княгиней Александрой? Честно сказать, меня резануло, что Вы присоединили княгиню, эту светло-пресветлую личность, к высокопоставленным жёнам, которым Вы остроумно дали такую кличку в своих книгах о них. Вы осовремениваете и кончину Дмитрия Донского. Рассказываете в интервью, что Дмитрий Донской перед своей кончиной «попросил оставить их наедине и последний свой выдох отдал ей в поцелуе». В «Житии» сказано о прощании умирающего со своей супругой, с детьми своими и боярами. И потом последний выдох – это смерть…

Все мы, кому дорога русская культура и русская литература, стремимся быть справедливыми и честными в своих трудах – малых и больших, скромных и значительных, вносить свою лепту. Поэтому я написала Вам это письмо.

С неизменным уважением

Лидия Степановна КУДРЯВЦЕВА,
заслуженный работник культуры,
шеф-редактор журнала «Художник и писатель в детской книге. ХиП»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *