Счастливый Баграт

№ 2013 / 31, 23.02.2015

Тому, кто не видел, как в городе Сухум празднуют День победы в Отечественной войне 92-го–93-го годов, любопытно будет на это посмотреть.

Тебе уже не будет всё равно,

когда Медея увезёт руно

и обречёт Колхиду на упадок.

Е. Лапшина

Тому, кто не видел, как в городе Сухум празднуют День победы в Отечественной войне 92-го–93-го годов, любопытно будет на это посмотреть. После одиннадцати утра на залитых солнцем улочках появляются автомобили со звёздно-полосатыми знамёнами республики Абхазия. Преобладают «фольксваген», «мерседес», «БМВ», нередки «тойота» и «хендай». Древки знамён торчат из передних окон, иногда по два на одну машину. Человеку, приехавшему впервые и не знающему причины торжества, может показаться, что это футбольные болельщики отмечают победу любимой команды. Видимо, подумает приезжий, игра окончилась поздно, ночью не догуляли и вышли наутро. И он будет глубоко неправ в своём предположении, ибо костёр праздника не догорает, а ровно наоборот – только-только разгорается. С каждым часом машин на мостовых всё больше, они носятся со скоростью, превышающей разрешённую в городе, юноши за рулём отцовских авто приветствуют друг друга сдвоенными гудками, моторы ревут, протекторы и тормозные колодки визжат, из кофеен и ресторанов доносится абхазская музыка, в апацхах уже накрыты длинные столы, за которыми бойцы вспоминают минувшие дни, и если на этот раз не палят в воздух, значит, загодя министр МВД обратился к согражданам по национальному ТВ и настоятельно попросил не стрелять в городской черте, дабы не повышать уровень шума. Кульминация наступит за час до полуночи, когда артиллерийские залпы отразятся от гор, вернуться эхом и над городом и морем вспыхнет драгоценными ломкими кристаллами лучшее из того, что можно увидеть в такую ночь, – победный салют!

Алекс РАПОПОРТ
Алекс РАПОПОРТ

После полудня в нарядной толпе на набережной появился человек с безумным взглядом. Он был высок ростом, поджар, возраста неопределённого – от тридцати пяти и до пятидесяти – одет в грязную футболку с надписью BOSS на груди, рваные джинсы и турецкие мокасины на босу ногу. Энергично размахивая свободной рукой (в другой – початая бутылка Одесского завода шампанских вин), выкрикивая скрипучим голосом нечто нечленораздельное и угрожающее, он зигзагами двигался в толпе. Иногда безумец оборачивался, смотрел в спину прохожему, грозил музыкальным пальцем и кричал тарабарщину. При взгляде на него вспоминался персонаж Фазиля Искандера, скорбный главою дядя из повести «Школьный вальс», но, в отличие от искандеровского дяди, человек на набережной, судя по облику и поведению, давно уже освободился из-под тягостной для взрослого мужчины опеки семьи, бабушки, многочисленных тёток, и зажил независимой жизнью. В толпе, состоявшей процентов на девяносто из жителей города, его хорошо знали и чаще всего никак на встречу с ним не реагировали. Безумец тоже прекрасно ориентировался в обстановке и безошибочно отличал сухумцев от людей приезжих, которые его сторонились. Иногда с ним здоровались: «Привет, Баграт!», а он, не замедляя шага, в ответ произносил абракадабру, махал рукой, дескать, не задерживай меня, и целеустремлённо шёл дальше.

Но вот ему захотелось закурить. Остановившись, он достал мятую пачку из кармана джинсов, щёлкнул пальцем по донышку, ухватил губами высунувшуюся сигарету и приблизился к группе мужчин, стоящих у парапета.

– На, возьми зажигалку, – сказал Баграту один из них.

Однако Баграт не снизошёл до принятия дара. Он, соблюдая вежливость, подержал зажигалку в кулаке, тронул колёсико пальцем и вернул дарителю.

– Не работает, – внятно сказал он.

Хозяин зажигалки возмутился: «Как не работает, слушай! Вчера купил!»

– Вчера – да, сегодня – нет, – возразил Баграт.

– А-а, – раздражился мужчина, – ты не умеешь, вот так надо… – он крутанул колёсико большим пальцем, высек искру, но не более того, под пристальным взглядом Баграта зажигалка не работала.

– Чёрт, – сказал мужчина и сунул её в карман.

Баграт отступил на два шага и молча потряс рукой, дескать, за кого ты меня держишь, неужели ты считаешь, что я не отличу исправной зажигалки от неисправной?!

Пройдя метров десять с незажженной сигаретой в зубах, он подошёл к другой группе мужчин, где повторилось примерно то же. Молодой человек хотел подарить зажигалку. Баграт взял, высек искру и сказал: «Отдай в ремонт».

– Какой ремонт? Новая зажигалка!

– Надо ремонт, – постановил Баграт, отступил на два шага и отрицательно помахал рукой, дескать не нужно нам таких сомнительных подарков. Отхлебнув из бутылки, он удалился. Парень удивлённо посмотрел вслед и чиркнул зажигалкой – она не работала.

За десять минут Баграт обошёл несколько компаний и вывел из строя столько же зажигалок, пока наконец кто-то не догадался поднести огонь к его сигарете. Закурив, он сел на свободную скамью под цветущим кустом олеандра и по-хозяйски окинул взглядом море и гавань. Породистая бездомная собака с выпирающими рёбрами положила морду ему на колено. Был штиль, в порт самопровозглашённой республики никто не спешил, два военных корабля стояли на рейде между Сухумским маяком и Новым Афоном.

– Вам кофе просто, средний или сладкий?

– Средний, две чашки.

Мы сидели с доктором Дауром на открытой террасе в кофейне «Золотой пингвин». Доктор, сорокапятилетний сухумчанин, принадлежал к узкому кругу университетской интеллигенции, преподавал латынь на юридическом факультете, принимал пациентов в городской больнице, знал в Сухуме многих, и все знали его. В ожидание кофе я спросил о Баграте.

– Он носит имя нашего царя, – медленно произнёс доктор, основателя династии Багратидов… Кем мы были и кем стали!.. Как у всех, кому за сорок, у него две жизни: одна до войны и совсем другая после.

По словам доктора, познакомились они в артбатальоне, где Даур служил фельдшером, а Баграт, инженер-машиностроитель, командовал батареей из шести орудий. Батарее была поставлена задача запереть противника в Кодорском ущелье. Баграт так расставил вверенные орудия, что движение боевых машин пехоты по серпантину стало невозможным. Здесь напрашивается сравнение с персидским войском, которое остановили 300 спартанцев. В подчинении Баграта были всего 30 человек, по пять на орудие, но и дивизия противника – не войско, а на порядок меньше, так что пропорция сохраняется. Когда снаряды были на исходе, Баграт приказал стрелять по скалам, вызвал обвал и окончательно закупорил дорогу из Зугдиди. Его батарея, не понеся потерь, парализовала в ущелье мотострелковую дивизию, за что Баграт был награждён высшей правительственной наградой – орденом Леона.

– Он орденом награждён?! И где же тот орден?

– Украли, наверно, – бесстрастно ответил Даур. – Или потерял. Ты же видишь, каким он стал. Любая болезнь, если не лечить, прогрессирует.

Каким Баграт стал, я видел, но в отличие от доктора, мне не с чем было сравнить, я не знал, каким этот человек был до войны.

– До войны, – прочёл мои мысли Даур, – он работал механиком на заводе… свой дом на Шотландской улице… жена и две маленькие дочери. Дом есть и сейчас, верней, то, что от него осталось…

Мимо нас по набережной шли празднично одетые люди всех возрастов, девушки несли флажки, дети держали связки шаров зелёного, белого и красного цветов. За соседним столиком расположились школьницы в возрасте от семи до пятнадцати, они были в родстве меж собой, и командовала у них старшая, Она учила сестёр изображать пантомиму: распахивала невидимые ставни, передвигала ладони по стеклу, улыбаясь, смотрела на улицу, и вдруг, увидев что-то ужасное, делала круглые глаза и охватывала голову руками. Сёстры по очереди повторяли её движения. Самой младшей неинтересны были эти игры, она вскакивала со стула и пыталась взгромоздить его на столик…

– Саломея, сядь, – кричала старшая, ты всем мешаешь.

Но Саломея не желала сидеть и разучивать пантомиму, ей хотелось двигаться, танцевать, на некоторое время она успокаивалась, а потом вскакивала и под музыку прыгала вокруг стола.

– Так что же произошло с Багратом? – спросил я.

Даур подозвал официантку, повторил заказ и вкратце досказал мне историю. Вернувшись в Сухум, Баграт увидел, что его двухэтажный дом разрушен прямым попадание снаряда. Жена и обе дочери погибли. В первую после возвращения ночь он не пошёл искать ночлега у друзей, выпил в одиночестве и уснул на ворохе женской одежды в той комнате, где ещё сохранился потолок. Спал он больше суток, а проснувшись, не смог вспомнить, когда и как очутился в этом незнакомом месте. Он начисто забыл всё: своё имя, своё прошлое, своих близких. Произошла амнезия психогенного характера: стресс с последующим вытеснение всех травмирующих воспоминаний. Подобные случаи описаны в психиатрии, когда несчастье трудно пережить, но легче забыть. Мозг выбирает такую программу из нескольких возможных и полностью обнуляет «базу данных». После этого хозяин мозга превращается в довольного жизнью городского сумасшедшего. Ребята из батальона пытались ему помочь, первое время очень опекали, но у всех свои проблемы… Каждый занят собой. В принципе, его и сейчас не бросают, одет, обут и нос в табаке, как говорится. Оформлена доверенность, по которой школьный друг получает пенсию по инвалидности, покупает необходимое, платит за электричество. Но больному нужен бы социальный работник, а такой службы и постоянного ухода нет. Он не понимает своей ущербности, не знает о гибели близких, и ему хорошо. Что в его случае означает «помочь»? Рассказывать о прошлом? Лечить, чтобы вернуть память? Во-первых, это уже невозможно, во-вторых, станет ли ему лучше от такой помощи?

Характерный скрипучий голос послышался на набережной и вскоре на террасе появился его обладатель. В этом не было ничего удивительного. Главные пешеходные пути в Сухуме расположены вдоль побережья, и одно из самых посещаемых мест в городе – кофейня, где мы сидели. Здесь бывают все, кому по вечерам не сидится дома. Баграт выглядел так же, как и в день праздника, разве что без бутылки шампанского. Он приблизился к стойке, о чём-то переговорил с барменом, раздражённо махнул рукой и сел за пустой столик. Официантка вынесла ему на блюдце белую цилиндрическую чашечку с дымящимся напитком.

– У него здесь постоянный кредит?

– Да, вроде этого, – улыбнулся Даур. – Он всегда просит водку, но спиртного ему не дают. Совсем отказывать опасаются, вдруг разозлится и что-нибудь учудит. Бармен сказал: «Тебе, как герою, каждый вечер положена чашка кофе за счёт заведения».

Я посмотрел на Баграта. Правый локоть он положил на столешницу, опёрся на неё, и вся его огромная, скошенная в этой позе фигура нависала над маленькой белой чашкой с кофейной гущей на дне. Он смотрел в чашку, как будто старался прочесть что-то в кофейных разводах. И в этот момент во взгляде его не было ничего безумного, а только лишь печаль несчастного человека, потерявшего и близких, и самого себя. Так продолжалось долго. Наконец, поднявшись с царским достоинством, не удостоив бармена взглядом, не поблагодарив за кофе даже кивком, Баграт величественно удалился.

– Человек – хрупкая вещь, – сказал доктор после его ухода. – И психика его – хрупкая вещь. Это я тебе как медик говорю. А психика героя, холерика, – тем более, она больше подвижна и ранима, чем у флегматика. На памятнике Homo sapiens как исчезающему виду я бы написал: «Не кантовать!», «Не переворачивать!», «Осторожно, хрусталь!»

Подкова побережья лежала у наших ног. Внутренность её до самого горизонта была заполнена слепящей бирюзой. Несколько бетонных пирсов, предназначенных для швартовки, пустовали. В море не было ни яхт, ни рыбачьих лодок. В районе бывшего санатория МВО ржавело, завалившись на борт, выброшенное штормом на мелководье турецкое судно.

– А вообще, как тебе у нас? – спросил Даур.

– Боюсь, тебе не понравится то, что я скажу. Я не понимаю, на что вы потратили 20 лет. В городах брошенные дома, из окон первого этажа торчит кустарник… Жуткий разрыв между богатыми и бедными. Выросли уже два поколения, которые не знают другой жизни и считают нынешнюю в порядке вещей.

– Не сыпь соль на раны, – меланхолически произнёс доктор.– Ты не видел, что здесь было сразу после победы… Мы до сих пор в состоянии войны – мирный договор с нашим дорогим соседом не подписан… Можно подумать, у вас в Москве нет разрыва между бедными и богатыми… А что до Баграта, не беспокойся о нём. Кто знает?.. Может, он – самый счастливый из тех, кого ты видишь на этой набережной?

Алекс РАПОПОРТ,
г. СУХУМ
октябрь – 2012

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *