Необходимость большого дела

№ 2013 / 48, 23.02.2015

Прежде всего, надо трезво воспринимать реальность, а она такова: сейчас влияние литературы на общество в нашей стране составляет разве что десятые доли процента.

Прежде всего, надо трезво воспринимать реальность, а она такова: сейчас влияние литературы на общество в нашей стране составляет разве что десятые доли процента. Современное литературное сообщество с точки зрения общества – это полумаргинальная сфера, необходимость существования которой совершенно не очевидна.

Так или иначе, литература сейчас пребывает в резервации так же, как и американские индейцы, которые являются аборигенами, но в реальности принимаются за нечто декоративное. Прорывы за пределы этой резервации происходят, но они воспринимаются скорее как случайности, и с точки зрения общества, и с точки зрения литературной среды. Говорить об удачливых одиночках не имеет никакого смысла, потому что они совершенно не в силах не то что властвовать над умами, но и как-то влиять на умы без существования мощного и авторитетного литературного поля.

Андрей РУДАЛЁВ
Андрей РУДАЛЁВ

Можно сколь угодно говорить, что не читающий человек – представитель низшей касты, – это не изменит принципиально ничего. Всё это ещё предстоит заново доказать обществу. Стране нужно было второе крещение, сейчас ей необходимо новое освоение территорий и новое приобщение к литературе, потому как словесность – ещё и идеологическая плоскость, которая закладывает вектор построения будущего.

С другой стороны, нельзя сказать, что общество категорически прохладно по отношению к литературе. Именно сейчас после длительного культурного застоя, после бессмысленного прозябания в шумном и мельтешащем балагане, общество готово к более серьёзному разговору, так как оно начало отчётливо ощущать ту стадию одичания, в которой находится. Плоскостное восприятие жизни, как добывание и потребление хлеба насущного, уже перестаёт удовлетворять.

Можно вычленить массу причин, приведших нашу словесность в полумаргинальный загон. Они коренятся как в самом обществе, в тех процессах, которые происходили и происходят в нём, так и в литературе. Но не об этом речь. Отдав себе отчёт о нынешнем положении литературы в обществе, поняв, что это положение не норма, не приговор, а нечто преодолеваемое, надо понять как выйти из этого заточения.

Один достаточно прикладной, но крайне важный аспект: в настоящем литература совершенно выпала из информационного пространства, она практически перестала быть информационным поводом. Да, тем или иным образом строчками отмечаются в новостных лентах календарно-премиальные циклы, анонсируются выходы тех или иных книг, как правило, проходящих по разряду «титаны» современности: Пелевин, Сорокин… Но это всё поверхностно, в пределах нескольких строк. Не возникает живого обсуждения этих произведений, а также тематики и проблематики, которые они поднимают. Всё уходит в пустоту. О литературе принято говорить даже не по-диагонали, а как-то походя. Поэтому она и проходит незаметно, недискуссионно, ограниченная рамками своей узкоспециализированной сферы, поэтому и общество не в состоянии отрефлексировать своё нынешнее состояние, понять и раскрыть свои основные проблемы, обрести целеполагание.

Литература должна завоёвывать информационное поле, не для того, чтобы проговорить на широкую аудиторию свои внутрицеховые проблемы, а чтобы организовать квалифицированный и глубокий диалог самого общества, чего сейчас крайне не хватает. Для этого сам писатель должен стать источником информационного повода – носителем слова для разговора с обществом, о его прошлом, настоящем и будущем, о его наиболее злободневных проблемах.

Причём разговоры о необходимости расширения влияния литературы на общество – это не искусственный процесс. Это не процесс создания образа в медиаиндустрии, не доведение несущественных явлений до ключевых и важнейших. Наша современная литература – более чем достойна этого. Ей есть, что сказать, она многое и говорит, но способна ещё на большее.

Крайне печально, что современная словесность, уже проявившаяся многими достойными книгами и именами, может не достичь своего расцвета, которого по факту заслуживает. С другой стороны, общество не ощутит на себе того влияния от литературы, которое последняя может и в состоянии оказать. Этому обеднению следует противостоять.

Сейчас всё сильнее переживается дефицит большого дела как в обществе, так и в самой литературе. Размениваться по пустякам, заниматься ерундой – уже мало кого устраивает. Ощущается именно жажда большого дела, крайне необходимого сейчас для страны, для её нового собирания и освоения. Этого большого дела нет у литературы, пока она довольствовалась положением на периферии общественного сознания. Этого большого дела нет у народа, у общества, который также пребывал в резервации своих индивидуально-личностных, бытовых задач. Но есть энергия, есть желание, есть нарастающее стремление к чему-то большему. И в этом нет никакой нарочитой лозунговости, это очевидное.

Показательным в плане медийности, в плане резонанса, выходящего далеко за пределы узкопрофессиональной сферы, стало прошедшее в Москве Российское литературное собрание. Что было по факту: созвали людей причастных к литературе, чтобы они на различных секциях обозначили свои основные профессиональные проблемы. Что и было сделано. Но всё это, даже несмотря на многочисленность собрания, не ушло бы за пределы круга заинтересованных и радеющих людей, не стало бы достоянием исключительно специализированных СМИ, если бы не анонс, а потом и появление на пленарном заседании первого лица – главного информационного повода в нашей стране. Как ни относись к президенту, но нельзя не признать, что только благодаря его появлению всё это писательское событие прозвучало в СМИ и стало поводом для дискуссии. Причём волна поднялась за несколько дней до самого мероприятия, когда со своеобразным каминг-аутом «почему не пойду» выступили некоторые литераторы. Это тоже позиция, и её озвучивание привлекло определённое внимание. Потом много говорили о происходящем на общении президента с литераторами, обличали организаторов, участников, троллили само действо. Но, так или иначе, это событие просуществовало в информационном поле несколько дней, получило обсуждение. Для современной литературы, пребывающей практически в состоянии информационного небытия, на задворках новостной повестки, это было большой удачей.

Вовсе не внимание президента здесь было важно: услышал – не услышал, а необходимость достучаться до общества, необходимость понимания больших задач и поднятия планки.

Чтобы выйти на уровень формулирования и реализации больших дел из ситуации самолокализации, необходимо начинать идеологическое облучение общества, привлекло его на серьёзный разговор. Надо задавать власти жёсткие вопросы, не ограничиваясь только лишь общекультурной проблематикой, как это делал в своё время на встрече с президентом Прилепин, как сделал на литературном собрании Шаргунов. Иначе литература, какие бы замечательные тексты она ни производила, выпадет из актуальной новостной повестки, она окончательно перестанет восприниматься как нечто жизненно необходимое для общества.

А Путин? Что Путин? Посидел два часа, поговорил, послушал и поехал по своим делам. На другой день он посетил соревнование самбистов. Путин – только информационный повод, он – не причём. Литература причём. Если вы готовы к большому разговору, то нужно говорить об этом.

Андрей РУДАЛЁВ,
г. СЕВЕРОДВИНСК

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *