Путин и писатели – итоги встречи

№ 2013 / 49, 23.02.2015

Теперь, когда схлынула пена первых обсуждений, можно подвести некоторые итоги встречи писателей с Путиным. Вообще-то это была попытка учредить Российское литературное сообщество

Теперь, когда схлынула пена первых обсуждений, можно подвести некоторые итоги встречи писателей с Путиным. Вообще-то это была попытка учредить Российское литературное сообщество (РЛС), но запущенная в СМИ истерия прославила это событие ещё до его начала именно как встречу Путина с писателями.

Начало этой истерии положило озвученное Акуниным: «Я в домике», и понеслось – либеральные литераторы с радостью приняли участие в этой игре и закричали: «Я тоже». Однако, например, Бахыт Кенжеев, в одном из своих интервью однажды заявивший: «Нет русского народа. Русского народа нет больше. Всё. Он кончился. Существуют отдельные уроды, которые вот сидят и разговаривают об этом, но в принципе русского народа нет», – на встречу с Путиным приехал. И что, кто-то из либеральных деятелей осудил его? «Нет, да что вы, Кенжеев ошибся. Он не знал, что там будет Путин», – ответят деятели. А если и знал – он же из числа неосуждаемых коллег, он же не изображать кордебалет вокруг авторитарного правителя пришёл, как остальные. Простим наших либералов, раньше они боролись с кровавым режимом на кухнях, теперь – в Интернете.

Однако стоило поэтессе Марии Ватутиной, в общем-то входящей в либеральную обойму, не просто сходить на собрание, а и выразить своё мнение – понеслось. И вот уже на либеральном эмигрантском сайте началась настоящая травля: «Она ещё молода – и по идее, не должна была успеть растерять представления о стыде. Напрасно надеетесь: «Я не то, чтоб очень хотела дачу, не люблю, да и хватило, но может, как-то разобраться, чтоб, например, у уважаемых писателей не отобрали… Разве тяга к нормальной организации, к мировому опыту писательского существования – это плохо?» …Самоорганизация под начальственным сапогом – она, конечно же да, сразу обеспечит сообществу читателя». К травле сразу же присоединились пользователи «Фейсбука»: «Ватутина – за Путина» – рифма.

В то же время Ватутина одна из немногих внятно, без истерики изложила литературную, а не политическую составляющую собрания:

На съезде были положительно решены (то есть взяты на контроль, записаны гарантом в блокнот или одобрены) следующие вопросы (далеко не весь список, просто я сломалась на 60-й минуте выписывать):

– Национальная программа поддержки чтения;

– 2015-й год – Год литературы (со всеми мероприятиями в этой области, нужными для популяризации литературы и привлечения читателей);

– необходимость создания долгосрочной программы поддержки писателей;

– применение субсидирования для книжных магазинов, торгующих некоммерческой литературой, создание книжных магазинов в форме муниципальных социально-значимых учреждений;

– экзамены по литературе, сочинения, с расширением оплаты работы учителей;

– создание возможности для регулярного общения учителей (может быть, в лице Ассоциации учителей русского языка и литературы) с чиновниками Миноборазования;

– рассмотрение вопроса с закрытием филфаков и сокращением филологов;

– приведение в соответствие со здравым смыслом стандартов по русскому языку и литературе, в частности, если будет экзамен по литературе надо разделить и предмет – сейчас это один предмет с названием «русский язык и литература»;

– помощь Институту русского языка в решении вопроса о здании, переселении и вообще о его существовании;

– проверка и внесение в реестр профессий – профессии «литератор» или «писатель» с соответствующим законодательным регулированием социальных вопросов, закрепление социальных прав писателей в законодательстве;

– создание фонда поддержки литературы с финансовым наполнением и без вмешательства государства в деятельность фонда;

– создание писательской организации с проведением через неё финансовой поддержки для организации лит. проектов, программ, поездок, фестивалей и т.д.

Однако зря, по-моему, Ватутина озвучила на секции поэзии следующее предложение: «Считаю совершенно необходимым принести от имени государства извинения поэтам и писателям, вынужденным эмигрировать в годы советской власти за границу, высланным из страны по идеологическим мотивам, а также поддерживать их, и привлекать к литературной жизни в России». Не оценят, да и с какой стати власть нынешняя должна извиняться за советскую, это пусть Зюганов, если захочет, извиняется. Да и как их привлечёшь, если даже те, кого советская власть не обижала, относятся к России так, как переводчик с литовского Георгий Ефремов: «При звуке «Россия» мне, уже взрослому (и, кажется, не только мне), представляется прежде всего не трепетная берёзка, не славная синева Байкала, не гагаринская улыбка, – но мерзлота под коростой тундры, ледовитое гостеприимство Игарки и Колымы, и горы откопанных черепов в Катыни, на Бутовском полигоне, в Петропавловске, везде и всюду».

Да, удручает чёрно-белая оптика нынешних литераторов, отражающая и настроение общества в целом. Мы сегодня живём в обществе с нулевой терпимостью, даже те, кто больше всех сегодня кричит об этом, не готовы терпеть людей с противоположными взглядами, причём даже в большей степени, чем люди нетолерантные, поскольку те хотя бы не кричат об этом на каждом углу. Начнись завтра Гражданская война, наши литераторы с радостью продолжат играть в чёрное-белое: «Он в «Нашем современнике» печатался – расстрелять». – «Так он же стихи писал против тирании». – «Всё равно расстрелять». При таком отношении глупо ждать другой реакции от противоположной стороны. У нынешних властителей дум все ходы записаны. Сказал Шаргунов про узников Болотной – подлец, пришёл пиариться, не сказал – трус, испугался Путина.

Так же глупо обмусоливать потомка Достоевского. Это всё равно, что всерьёз обсуждать воззрения Мармеладова. И совершенно не важно, сказал маленький человек глупость или не так выразился, как я скорее склонен понимать его спич: а вот моего прадеда посадили, а он стал великим писателем, не то что эти пиарщики. И вроде бы все умные люди, но все повелись: водитель троллейбуса глупость сказал. А вы ждали, что он сейчас толкнёт Пушкинскую речь, что ли? Гораздо глупее выглядят наши журналисты, вот, например, цитата с одного оппозиционного сайта: «Также сообщается, что на банкете деятелей литературы угощали водкой». Какой шикарный инфоповод, вот если бы поили дистилированной водой, тогда да – писать бы было решительно не о чем.

Всё-таки вернёмся к собранию. Были и другие взвешенные оценки, например, от директора издательства «Дар» Георгия Гупало, присутствовавшего на секции книгоиздателей, книготорговцев и библиотекарей:

«В очередной раз собрался узкий круг людей, которые ничего нового сказать не могут: из года в год мы встречаемся, обсуждаем одно и то же, все не только знают друг друга по имени и в лицо, но могут легко воспроизвести выступление любого участника встречи. Мы все едины в своей боли за отрасль, своей обеспокоенности её судьбой, своих идеях спасения. Между нами нет разномыслия и различает нас только глубина погружения в проблему. Собраться, чтобы в сотый раз повторить всё то, что и так понятно, было не только бесполезным делом, но стало главной ошибкой всего мероприятия».

И ещё немного статистики о состоянии книжной отрасли от того же издателя:

«Только 0,7% средств, которые выделяет Федеральное агентство по печати (государство), идут на поддержание отрасли. Все остальные деньги тратятся на ТВ, электронные и бумажные СМИ. Частных инвестиций в отрасль нет, как и государственных. Всё это приводит только к одному – сокращению отрасли. Это можно было бы списать на мировые процессы, но в мире всё иначе. Падение в некоторых странах есть, однако оно в десятки раз меньше нашего. А есть такие страны, в которых наблюдается подъём (Бразилия, Китай). Почему в Германии оборот книжной отрасли более 9 млрд евро, а у нас – 1,8? Население России почти в два раза больше немецкого, а цены на книги примерно равны. Причём у нас оборот был бы ещё меньше, если бы не дотации государства на выпуск учебников, составляющие сейчас почти половину всей денежной массы, получаемых от выпуска и продажи книг. А ведь есть ещё издательства с оборотом равным немецкому рынку или близкое к нему. Например, английское «Pearson» (9,158 млрд долларов) или англо-голландское «Reed Elsevier» (5,934 млрд долларов). Обороты одного издательства в разы выше оборота всей нашей книжной отрасли. Причём это в странах, в которых электронная книга развита намного сильнее, чем у нас».

Впрочем, по-другому в стране, где большую часть книжного рынка занимает одно издательство, и быть не может. Качественная книга – вещь элитарная, её потенциальные покупатели – преподаватели вузов, в меньшей степени студенты, многие из них просто не могут позволить себе такую роскошь. Высокая цена на книги сегодня обусловлена их малыми тиражами. Например, одно из лучших исследований о Гражданской войне – книга В.Ж. Цветкова «Белое дело в России» выпущена тиражом всего 250 экземпляров. Этого недостаточно, чтобы покрыть минимальный спрос даже среди тех историков, которые непосредственно занимаются этой темой, не говоря уже о читателях просто заинтересованных. Но никто сегодня не будет издавать эту книгу даже 5 тысячным тиражом – это ведь не акунинская история для полуобразованщины, выпущенная на днях, тираж, кстати, 45 тысяч.

Из выступления Путина стало ясно – карнавала не будет, денег пока никто не даст, грантов тоже. Сначала организуйтесь, потом будем разговаривать. Создать новый союз писателей, включающий в себя всех, сегодня вряд ли удастся, только если с позиции силы. Другой вопрос – зачем это нужно Путину? Проект литературной башни Кремля, наподобие так и недостроенной башни академической, зрел давно – Юрий Поляков на собрании лишь озвучил то, что уже было решено на Красной площади. Лев Пирогов в своём блоге в «Литературной газете» представил конспирологическую версию: «Забавно: некоторые пошли туда как на казнь, чтобы гордо взглянуть смерти в лицо, – например, давний и испытанный «друг» нашей газеты Максим Амелин, высказывавшийся недавно в том духе, что весь этот ад затеял Юрий Поляков, чтобы добить толстые журналы. О толстые журналы, эти очаги писательской свободы от всего, кроме приятельских уз!.. Думаю, Юрию Полякову должна льстить такая вера в его могущество. Ведь добить иные журналы не удаётся даже их руководителям и сотрудникам, которые занимаются этим по восемь часов в день».

Что получится из этой встречи в итоге – трудно сказать. На первый взгляд – ничего: покричали и замолчали. Однако решения уже приняты, причём некоторые ещё до собрания, теперь в них, конечно, внесут коррективы. Какие – остаётся только гадать. Есть у меня свои соображения. но я пока оставлю их при себе. Хочется мне всё-таки жить в ярком, красочном мире, а не в чёрно-белом. В мире, в котором убеждения подтверждаются словом, ведь слова писателя и есть его дела, как сказал Пушкин, ну тот, который настоящий.

Григорий ШУВАЛОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *