ЯЗЫК — ПОКРОВ БОГОРОДИЦЫ

№ 2014 / 21, 23.02.2015
В наш век, когда практически каждый имеет в кармане портативный компьютер, всё чаще приходится слышать вопрос: нужна ли сегодня книга? Не изжила ли она себя в привычном печатном, «бумажно-блочном» формате?

Как ответ на подобные вопросы мне всегда вспоминается один случай из детства. Однажды я порвал страницу книжки-малышки. «Разве можно, – услышал я материнский упрёк, – книжечке больно!». Мы аккуратно подклеили страницу – «вылечили книжку». С тех пор книга для меня стала чем-то живым, дышащим, чутким к грубому или трепетному прикосновению читателя. Неслучайно наши предки во время пожаров первыми из огня выносили книги, спасали библиотеки в пору стихийных бедствий и войн, считали уничтожение книги величайшим святотатством.

По этому поводу расскажу другую историю, уже из детства моего деда. Как-то раз дед отправился в районную библиотеку, что была за десять километров от его села, за последним томом «Тихого Дона». Дело было ранней весной. На обратной дороге, когда уже смеркалось, дед решил срезать путь и пройти через озеро. Но истончившийся лёд не выдержал, и дед ушёл под воду по самое горло. Но книгу при этом удержал над головой и не намочил ни страницы. Придя домой, просушившись, он начал читать долгожданную книгу, и зачитался до глубокой ночи, пока мать не стала ругать за то, что тот изводит керосин. Тогда дед поудобней примостился у окна, поймал лунную дорожку и так продолжал читать до самого рассвета.

Сегодня нам не приходится прокладывать такой непростой путь к книге, но оттого наши встречи с ней не стали более желанными и частыми. Нас будто лишили той сокровенной лунной дорожки, способной во тьме озарить слово. Дело в том, что в последние десятилетия была разрушена не только мощнейшая техносфера, но и не менее прочная и важная библиосфера – сфера книги, которая, как писал Мамин-Сибиряк, «приносит с собой духовную весну». Книги определяли судьбы людей и целых поколений, они всегда были рядом с человеком, сопутствовали ему, становились членами семьи.

Теперь же мы утратили опыт собирания домашних библиотек, где свои полки или стеллажи непременно имели дети. Мы утратили традицию семейного чтения, когда не только старшие читают младшим, но когда собирается вся семья, и книга идёт по кругу от чтеца к чтецу. Ведь вслух проза и поэзия воспринимаются иначе, в интонациях родного человека слово на всю жизнь остаётся в памяти и в сердце.

«Я полезу на нож за правду, за отечество, за русское слово, язык», – говорил Владимир Иванович Даль. И в этих решительных словах одновременно завет и пример каждому из нас. Наверное, год назад никто и не думал, что наступят такие времена, когда за язык и слово в буквальном смысле вновь придётся «лезть на нож» и идти под пули. Те, кто умирают сегодня на юго-востоке Украины, умирают и за слово тоже, за право говорить на русском языке как на родном и Богом данном. Неслучайно именно русское слово в нынешних событиях на Украине стало щитом и мечом для одних и целью, в которую пытаются стрелять на уничтожение – для других. Можно вкопать в общую землю пограничные столбы, написать учебники по лжеистории, создать безблагодатную автокефальную церковь, где к православным насильственно присовокупят инославцев, где распространят сектантский яд, но вытравить из культурного сознания язык невозможно. Язык – это незримый Покров Богородицы, объединяющий народ, оберегающий его надёжней системы ПРО.

Промыслительно в нашем календаре сложилась череда праздников, посвящённых слову, языку, литературе, книге: День православной книги, День славянской письменностиДень русского языка, 200-летний юбилей Лермонтова. И все эти праздники должны пройти не формально, не для отчётности, а всем миром, соборно, как проходит парад Победы 9 мая и крестный ход на Пасху.

Михаил КИЛЬДЯШОВ, 

г. ОРЕНБУРГ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *