«ОНО» В ЕВРОПУ

№ 2015 / 28, 31.07.2015

Росший, как я подозреваю, именно на полуночных киносеансах НТВ, Вадим Левенталь избрал непаханое поле, в чём уже – гусар и молодец. Книгу его рекомендовал мне Роман Богословский, а я весьма чуток к таким советам.Ведь «идущие следом» новреалистов-первопроходцев — видят гораздо шире.

Ещё раз молодец и в том, что полностью (и бумагу экономит стиль) отказался от классической формы диалогов, пуская прямую речь курсивом (и этот реактор издательства писал, что «Верность и ревность» — слишком авангардны?!). И вообще – очень хлёстко по-интеллигентски в свой родимый Питер тащит Левенталь. Есть там, конечно, излишек запятых и скукота перечислений (словно черновичок). Но – неплохо, неплохо. Не хватает главного – любования героиней. Визуальности! А ведь среда-то — кино, глазеющая, крупняков нехватка явная…

Может, это приём. Читатель сам додумает: мне вот настойчиво мерещилась вместо Маши Региной– актриса, главная героиня из «Питер ФМ», рыженькая такая. Кроме того, что рыжая деревенщина – ничего мы про Машу не знаем. Вадим уборист в этом плане, как прямая речь его героев. Или схарчил редактор Юзефович? Что-то есть недоговорённое – впрочем, это мой неизменный упрёк и мэтрам новреализма, жалю оных неизменным оводом, ибо такой уж я визуал неисправимый.Подробностей нет, а бога умозрительного с избытком – вот вам приговор нынешней прозе.

«Доглядеть»такую, вполне парнЯщуюся, мальчиковатую местами упорную школ-интернатчицу мы можем. Сэлф-мэйдрежиссёрочка, бегущая из постсоветской провинции ровно из ада, на негативной энергии этой штурмующая Питер. Но вот поверить, что какой-то невероятно интеллектуальной, эстетически убедительной волной Маша полоняет российского и европейского зрителя – сложно окончательно. Утопия-с. Такая быстрая россыпь фильмов в нулевых (хотя нет конкретизации временной, и это как раз плохо) – даже Звягинцеву не снилась. Кстати, тут созвучие есть: и бывший актёр Звягинцев, и Левенталь, и Маша (в подаче автора) либералы высшей пробы. Походя, даже не углубляясь в эту тему, Вадим пинает Ленинград как «совок», большевизм как утопию, ну, и как им полагается – зовёт свой город только Петербургом (не перенимать же пролетхармскиеПетрограды бело-тонкой нашей кости?)… Всё может лишь Запад, и туда-то в конце концов Маша его переселяется (поработаю в жанре изложения с попутными пометками). Это – похоже. Такой частоты выхода фильмов, да ещё и архизвёздных – Раша времён стабильности не переварила б, потянул бы лишь этот самый, мифическо-щедрый Запад. Шведские киноакадемии эцетера.

Соблазном «Русской красавицы» смещённый в женское эго, Вадим проходит успешное, но не слишком захватывающее перевоплощение. Хотя матерное начало одной из глав (прорвало!) и смахивает на мужской тенорок, а не женскую пьянь… «Спиралька трусиков» (чёртова шаргуновская «пена бороды» снова лезет)  – тоже ещё ничего, но эро-лирики катастрофически мало, именно по-женски мало, поскольку есть тут некая статистика, в которой разе Анна Козлова исключением. Ну, не любят они так это всё рассматривать как мы. Не видно так сочно с  головной позиции – поэтому и существуют литературные практики перевоплощений. Тяготение либерала (коим Вадим-в-Маше становится к финалу романа всё откровеннее) в Европу – неодолимо. И почти по-женски, потому что наивно и без подробностей, прорисован немец Петер. Всегда вовремя, щедр, мил – но нелюбим, любим почему-то неверный русский оператор. Богатый, красивый, артист, звезда – приёмный отец для спешно произведённой на свет после похорон собственного отца дочки…

Этакая телепортация, то есть окончательное перевоплощение в героиню у Вадима происходит примерно на том же этапе, что и у Виктора Ерофеева: только у него глава начинается с отречения от предыдущего написанного (это же как бы дневник у него), а у Вадима – с монолога в адрес спящего оператора-бойфренда. Вот так их и оставим возле, Ерофеева и Левенталя. Это, я знаю по себе, приятное соседство, но если после «Региной» не родится у Вадима ничего принципиально иного, уже не в жанре дамского альбома (ах…) это будет грустно, ибо редакторская работа ловца душ и предложений чужих выравнивателя чревата интоксикацией, вот тем самым отчаянием, что у Региной рановато появляется к моменту прощания в психушке…


Вадим Левенталь. Маша Регина. «Лениздат»-2013

 


Дмитрий ЧЁРНЫЙ

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *