Вот так и рождается фальсификация

№ 2015 / 37, 21.10.2015

Уважаемый господин
Главный редактор!

Высылаем Вам статью Гранита Артемьевича Малахова с огромной просьбой опубликовать данную статью.

С уважением, сотрудник научно-исследовательского центра (научного руководителя фундаментального многотомного труда «Великая Отечественная война 1941–1945 годов» Военного университета МО),

Диана АГАЕВА


 

В газете «Литературная Россия» № 28 от 31 июля 2015 г. Леонид Олегович Максименков выступил со статьёй «Недоступная правда, или кто и почему прячет от исследователей архивы». Статья важная. Действительно, исторический труд без архивных документов не может быть полноценным, тем более по такой важной научной проблеме как Великая отечественная война советского народа в 1941–1945 годах.

В информационной войне против России фальсификация истории войны и её итогов – главное оружие Запада. Об этом немало написано и опубликовано материалов в научных изданиях. Но вот, что удивляет простого читателя: почему фальсификацией истории Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. активно занимаются доморощенные, российские, так называемые «исследователи» и сторонники «современного прочтения истории»?

Специально для автора статьи «Литературной России» назовём основные приёмы и методы фальсификации истории вообще и войны в частности. Может быть он с удивлением обнаружит в этом перечне свои приёмы. Итак, из разнообразия методов называем только главные:

– прямое измышление фактов;

– односторонний подбор и произвольное толкование фактов (источник: Военный академический журнал. № 2 (6), июнь 1915. С. 28);

– выстраивание ложных причинно-следственных связей путём манипуляции с хронологией;

– манипуляция источниками (Клио, СПб, 2012. № 12. С. 117)

24Если читатель «Литературной России» внимательно проанализирует содержание названной статьи, то конечно отметит для себя, что в ней применены все названные методы фальсификации, где речь идёт о фундаментальном многотомном издании «Великая Отечественная война 1941–1945годов». У автора этой статьи прямое измышление, то есть, вымысел, выдумка. Может быть, он не хотел этого, но цитируя цифры, факты, утверждая своё мнение, сам попадает в плен версий-фантазий. В действительности никакого указа не было, было Распоряжение Президента, но в другой день и за другим номером. Кроме того, предусмотрены многотомные документальные приложения, о чём по существу и переживает Леонид Олегович Максименков. Десять томов – фантазия автора, всегда планировалось двенадцать, и вышло двенадцать. Как в старой шутке: «считая себя специалистом в военном деле, но путал пушку с пулемётом».

Если бы автор был профессиональным исследователем, то понимал бы эволюцию исторического исследования. В исторической науке поиск – перманентен. Исследователь, перерабатывает огромное количество материалов различного происхождения. Важны отечественные и зарубежные источники, рукописные фонды библиотек, документы ведомственных архивов, воспоминания и мемуары, дискуссии с участниками войны, обсуждения в научных коллективах. Всё это имело место и использовалось в той или иной мере авторами многотомника о войне. В копилку знаний вкладываются множество многоплановых источников. Но и документ – творчество человека. Абсолютизировать документ – тоже однобокость подхода.

Научное рецензирование трудов, критика крайне нужны в научном поиске, но не набор лихих слов (как у автора статьи). Такой подход просто вреден, он уводит в сторону от поиска истины. Односторонний подбор и произвольное толкование фактов, как бы приводит к логическому выстраиванию связей между ними, в реальности отсутствующих. Но сделать правильные и истинные выводы на основании полной картины сделать никак невозможно.

Здесь важно в работе руководствоваться принципом историзма, то есть подхода к действительности как изменяющейся и развивающейся во времени. Рассмотрение объекта исследования как системы, у которого определённая внутренняя структура и процесс развития. Задача исследователя – выяснить качественные изменения объекта, тенденции, закономерности или законы перехода от одного состояния к другому. Каждое положение важно рассматривать исторически, в связи с другими и конкретным опытом истории.

И ещё о критике. Повторюсь – она важна и нужна. Но жаль, что критикуя руководство архивов по поводу закрытости множества фондов, напрямую относящихся к периоду 1939–1945 гг., автор не вскрывает мотивы и причины данной проблемы (закрытости некоторых фондов архивов), видимо, считая её опасной для себя «зоной». Возникают вопросы: а что сам создал автор? Почему
А.Э. Сердюкова критикует сегодня, а не тогда, когда он был Министром обороны и вышли первые два тома Труда. Не корректно и даже странно автором статьи ведётся поиск «существенных методологических и концептуальных различий двух этапов этого проекта при двух столь разных министрах».

Вспомнилось, как во время презентации первого тома нашего Труда в Государственной Думе Российской Федерации, мне, как выступающему был задан примерно тот же вопрос о двух министрах и возможных поворотах в концепции Труда. Ответ был кратким, лаконичным: «Начальники приходят и уходят, а концепция Победы в войне – остаётся!»

Чтобы читать фундаментальную могографическую литературу, надо иметь соответствующую подготовку. Казалось бы, ведущий инженер Института физики атмосферы им. А.М. Обухова РАН, человек, закончивший Московский энергетический институт, имеющий научные труды по своей специализации должен иметь такую базовую подготовку. Так как автор статьи затрудняется в понятиях методология и концепция фундаментального труда, «на двух этапах его разработки», придётся пояснить, что такое произвольное толкование фактов (как было выше сказано) как раз и составляет один из приёмов фальсификации.

Что касается «методологических различий двух этапов» разработки Труда, которых автор статьи не обнаружил в первых двух томах по сравнению с последующими томами, когда председателем ГРК стал Министр Обороны Российской Федерации Генерал Армии С.К. Шойгу, следует сказать следующее. Методология – это система принципов и способов организации и построения теоретической и практической деятельности. Это учение об этой системе. И менять это учение о научном методе или игнорировать его в связи со сменой председателя ГРК – это абсурд (бессмыслица, нелепость). Тем более в такой специализированной области знаний как война, военная политика, военное дело и т.д. Это значило бы изменение научных знаний о войне вообще, законов порождения войны, смену каркаса военной науки и её отдельных дисциплин, условий и критериев научности. Вот к чему приводит измышление как вымысел и выдумка, и главное – рождает фальсификацию: подделку выдаёт за подлинное настоящее.

Что касается недоумения об изменении концепции Труда (именно это искал автор статьи, может быть, и хотел этого изменения), отметим следующее. Как известно, понятие «концепция» – это система взглядов, основная мысль на что-либо. В данном случае – основная точка зрения отечественной исторической науки на место и роль Советского Союза во Второй мировой, его основной вклад в Победу над фашизмом в мировом масштабе. Концепция Труда, её замысел были разработаны при активном участии научных коллективов учёных, представляющих академическую и вузовскую науку нашей страны, ведущих специалистов страны.

Произошла смена Председателя ГРК, но концепция осталась прежней. И главная цель Труда – тоже: «…выявить не исследованные, дискуссионные проблемы войны, изложить её современное видение, создать максимально достоверный научный Труд». Восемнадцать научных задач не менялись. Характер и направленность Труда также остались без изменений: «… иметь военно-политическую, военно-стратегическую и социальную направленность. Труд должен явиться основной базой для популяризации знаний об истории Великой Отечественной войны». Все 33 члена ГРК активно участвовали в создании концепции Труда и после её детального обсуждения единогласно проголосовали «ЗА»!

Концепция Труда закономерно оставалась неизменной. «Проект объединил вокруг себя историков, экономистов, специалистов военного дела и обществоведов, юристов и социологов, политологов и международников, крупных военачальников и представителей оборонно-промышленного комплекса (Великая Отечественная война 1941–1945годов. Т.12. М.,2015. С. 6). Естественно, руководители Труда, авторских коллективов и авторы глав учитывали знаковые изменения в международной обстановке, когда мир перестал быть однополярным. События, предшествующие 70-летию Великой Победы свидетельствовали об усилении информационной войны против нашей страны и её вклада в Победу. Это не могло не найти отражение в содержании тех томов Труда, которые автор статьи относит к так называемому «второму этапу фундаментального начинания».

Новый фундаментальный Труд о Великой Отечественной войне в целом нацелен не только на сохранение героического наследия предков, но и на активизацию идеологии патриотизма. Она всегда сплачивала наш народ.

Без осмысления и усвоения исторического наследия невозможен успех преобразований в нашей стране. Это одна из идей концепции Труда, которой руководствовался коллектив авторов. Уроки прошлого позволяют избежать трагических ошибок и просчётов, преодолевать трудности и успешно решать сложнейшие проблемы современности.

Мы отвергаем упрёки автора статьи о «не преодолённом рецидиве советской школы историографии, когда историю писали без действующих лиц» (мол нет ссылок на личные фонды главных стратегов и руководителей: И.В. Сталина, В.М. Молотова, А.А. Жданова, значит нет новизны). Во-первых, отечественная историография является крупнейшей в мире исторической школой. И она всегда писалась и представлялась в лицах, в том числе о войнах и её стратегах. Во-вторых, «искатель ссылок» противоречит сам себе, попадает в плен фантастических версий. Бессознательно или сознательно становится творцом фальсификаций. Исходя из его небрежности, сложно принимать на веру и другие его утверждения, факты, цифры и тому подобное. «Искатель правды» о И.В. Сталине и других стратегах войны вот уже 15 лет бьёт во все колокола: «Откройте личный архив Сталина и это полностью изменит существующее представление о Вожде народов».

Независимый историк (так называет себя в Интернете Л.Максименков), занимающийся историей советской литературы и культуры, в программе «Цена Победы» на радио «Эхо Москвы» безапелляционно утверждает, что «…по войне почти все документы по многочисленным ипостасям (должностям Сталина) закрыты. Вот в чём проблема». И продолжает: это специально или руки не дошли; кому это выгодно и зачем? В названии своей статьи в журнале «Огонёк» 13 апреля 2015 г. прямо ставит вопрос: «Что скрывают архивы Великой Отечественной войны». Почему межведомственная комиссия по сталинскому архиву не проводит свои заседания с ноября 1998 года? (существует ли она вообще? Ведь за последние 17 лет столько всего произошло. И государства советского уже нет). Нельзя сказать, что руководство страны не знает и не занимается этой проблемой. Вопрос допуска в архив Министерства Обороны, например, был предметом рассмотрения Президентом Российской Федерации В.В. Путиным в декабре 2014 года. В этом архиве хранятся около 9 миллионов дел с документами периода Великой Отечественной войны.

Вернёмся к «герою» нашего повествования. Леонид Олегович считает, что сталинский личный архив фактически украден и продан. С начала 2007 г. Российско-американский издательский проект «Анналы коммунизма» осваивают архив И.В. Сталина. Американские фонды-меценаты не жалеют на это миллионы долларов. Создают, так называемую, электронную дигитализированную книгу документов Сталина. Но получить информацию из неё в Интернете сможет тот, кто заплатит. «Вот такой ленинский стиль», злорадствует Леонид Олегович, – соединения, «русского революционного размаха» и « американской деловитости». Тем более идея не нова. Например, в университете штата Вирджиния на интернет-платформе «Ротонда» представлены документы трёх первых президентов США: Д.Вашингтона, Д.Адамса, Т.Джефферсона.

В этом же направлении действует Российский государственный архив социально-политической истории совместно с американским издательством Voce University Press. Координатор проекта Вадим Стакло заверяет, что рядовые пользователи библиотек Интернета в ближайшее время получат доступ к редким архивным данным.

Относится ли всё это к проходящей в Российской Федерации с августа – сентября 1991 года архивной революции. Главное её содержание – рассекречивание. В государственных и муниципальных архивах нашей страны хранится около 233 миллионов дел. Из них только 4,3% секретные материалы. На сайте РГАСПИ уже размещены электронные копии документов, хранящихся в Российском архиве социально-политической истории:

– более 300 тысяч электронных копий документов из фондов Политбюро (1919–1932 гг.) и фонда И.В.Сталина;

– «Электронный архив Коминтерна» содержит 240 тысяч записей в базе данных и 1 миллион 600 тысяч электронных копий документов из фондов «Архива Коминтерна», осуществлявшийся под эгидой Международного Совета архивов и Совета Европы. Доступ к этой базе данных и коллекции оцифрованных образов всеобщий и бесплатный;

– около 242 тысяч электронных копий документов из фонда Государственного комитета обороны (ГКО) периода Великой Отечественной войны.

Процесс рассекречивания продолжается. Но настойчивость, с которой выступает господин Л.О. Максименков по рассекречиванию фонда документов Сталина, настораживает. Тем более, как мы показали, с его приёмами импровизации.

Директор РГАСПИ А.К.Сорокин считает, что господин Л.О. Максименков делает это преднамеренно, умышленно. «Он лет двадцать небезуспешно делает себе имя публикациями об архивах. Сегодня только 0,3% от общего количества документов остаются засекреченными. Проблема носит абсолютно надуманный характер». Нет никаких великих тайн, которые могут перевернуть наше представление о тех или иных страницах прошлого. Претензии Л.О. Максименкова – «нервические всхлипы» (содержание разговора директора РГАСПИ А.К. Сорокина с представителем редакции «Родина» 5 июня 2015 г.).

Объективно глядя на эту проблему, следует отметить международную практику о сроках закрытости архивных фондов. К примеру, в Великобритании, США, Франции, Германии, Китае в архивах находятся секретные документы без определения сроков хранения. Ведь некоторые закрытые архивные документы как неразорвавшиеся бомбы времён войны, представляют огромную опасность. Лежат и ждут своего времени. Могут рвануть, когда этого никто не ждёт. Содержащее государственную тайну, либо живущих людей, они могут нанести существенный ущерб. Понимающие это правители со всей серьёзностью и осторожностью должны рассматривать « судьбу» того или иного архивного документа.

Что касается сталинских архивных документов, документов советской эпохи, то они по своей значимости «разного калибра». У государственного и политического деятеля такого масштаба спектр деятельности огромен. Он занимался всем и вся, и не только судьбами отдельных людей, полководцев и т.д. Он организовывал, пестовал, развивал и укреплял государство, поднимал страну на ту Великую войну. Всё это, естественно, нашло отражение в различных документах. Раз не рассекречен тот или иной документ, значит, не пришло его время. В этом приоритет государства. Кое-кто на Западе обвиняет нас: «Россия до сих пор не знает своего прошлого, архивы на замке». Надо понимать, что архивы – это не только хранители исторической памяти. В них прошлая политика государства: верная или ошибочная, удачная или нет. Правда о войне – самое важное оружие в борьбе с фальсификациями. Но важно, чтобы каждый исследователь, работая с архивными документами, понимал, что историческое прошлое не должно быть орудием современной политической борьбы. Но возможно ли это на практике. Без прошлого невозможно, сложно понять настоящее (всё познаётся в сравнении) и заглянуть в будущее.

Новый фундаментальный труд о Великой Отечественной войне уже работает против фальсификаций и на нашу духовность. В национальном конкурсе «Книга года» на Московской международной книжной выставке-ярмарке в сентябре 2015 г. Труд отмечен дипломом победителя, издание признано «Книгой года».

В Обращении к читателям двенадцатитомного труда «Великая Отечественная война 1941–1945годов» Президент Российской Федерации В.В. Путин выразил удовлетворённость, что «это масштабное, востребованное временем издание внесёт свою лепту в сбережение нашей общей исторической, национальной памяти…»

Гранат МАЛАХОВ,

доктор исторических наук,

профессор Военного университета Министерства Обороны,

заслуженный работник Высшей школы Российской Федерации

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *