«Нежные радикалы» против «Подлых упырей»

№ 2015 / 37, 21.10.2015

“Золотую маску” рвут на части

 

В последнее время культурная общественность снова забурлила вокруг «Золотой маски». Точнее – в связи с обнародованием составов экспертных комиссий этой крупнейшей в стране театральной премии на сезон 2015–2016. В новый состав, по-видимому, под влиянием Минкульта, вошло больше, чем ранее, критиков консервативного, «почвеннического» направления. Что оказалось совершенно нестерпимо для театралов-экспериментаторов…

 

Модный режиссёр-белоленточник Константин Богомолов не преминул оперативно разразиться недовольством по этому поводу в своём фэйсбуке. Страничка у него открытая, поэтому её тут же процитировали в СМИ. Однако цитируют в основном выборочно. А мне кажется – веселее целиком (орфография и пунктуация сохранены):

30«летом, увидев состав рабочей группы, я написал, что мне с маской этой не по пути. получил массу упрёков – мол, надо поддержать маску отчаянно борющуюся за выживание. мол, это только группа по улучшению, и т.п.. написал тогда в ответ, что это не борьба, а закулисная капитуляция, прикрываемая словами о борьбе. что борьба не ведётся сдачей всего всех и вся. что одно предательство или слабость порождает тысячи последующих. и что кончится это тем, что жюри возглавит юрий поляков. собственно, к чему это вспомнил. а к тому, что вот опубликован экспертный совет маски на следующий год. и среди прочих мягко сказать неадекватных персон, находящихся отныне в большинстве, там есть например не просто неадекватность, а дичь. некая капитолина кокшенева. и собственно давайте продолжим рассказывать, как надо всем молчать и ждать, чем окончится отважная борьба за маску. она закончилась. капитолина кокшенева – эксперт следующего года. а поляков или что-то подобное – в жюри. увидите. и пара нормальных людей для иллюзии того, что ещё не всё потеряно. я убеждён, что нельзя резать свой спектакль ради того, чтоб он вышел. лучше уйти и закрыть. я не вижу разницы между делом и спектаклем. я пишу об этом так эмоционально, потому что вижу, как печально умирает большое дело. как те люди, что делали его, сами пускают в свой дом упырей. сами! хочется жить с упырями – на здоровье. я ещё не дошёл до той степени падения, чтобы мои спектакли оценивала компания кокшеневой-егошиной-токаревой.»

28Объяснять в комментариях, чем именно ему неугодили упомянутые критики, помимо того, что они критически относятся к самому Богомолову, режиссёр отказался. Отметим формулировочки: «неадекватные», «ненормальные», «дичь», «упыри» (!)…

Ещё сильнее растиражировали СМИ отклик на новый состав экспертов другой «жертвы» «неадекватных» критиков – Кирилла Серебренникова:

«При всём большущем уважении к Maria Revyakina (ген. директор фестиваля «Золотая маска» – прим. ред.) лично и к её важному делу я из соображений гигиены не хочу, чтоб мои спектакли смотрели, оценивали люди, которые написали на меня и театр, в котором я служу, множество подлых доносов и пасквилей. Им, ныне объявленным экспертам, смотреть мои спектакли и спектакли театра, который им глубоко ненавистен, тоже невозможно. Это они неоднократно заявляли. Поэтому чисто технически я лично и спектакли «Гоголь-центра» не участвуют в мероприятиях фестиваля «золотая маска». Спасибо за внимание».

Опять же заметим: «подлые доносчики», грязь и зараза (а что ещё стоит за фразой – «из соображений гигиены»?)! И это всё про культурных, образованных людей, профессиональных критиков.

У помянутой в таком нехорошем свете Ольги Егошиной тоже есть фэйсбук. И вот как откликнулась она:

32«Мне всегда казалось, что ОТКАЗАТЬСЯ можно только от того, что тебе ПРЕДЛОЖИЛИ. А вот ни фига себе. Аж два режиссёра отказались от «Золотой маски» не только до того как им её дали, но до того как их вообще включили в список номинантов. Если не ошибаюсь, предыдущую публичную истерику, Константин Богомолов устроил по адресу Олега Павловича Табакова, которого обвинил во всех грехах сразу (включая дедовщину). Потом, правда, плакал, каялся, бил себя в грудь, что чёрт попутал, просился обратно в МХТ. Пустили. Теперь, выясняется, что гнобит Богомолова не только Табаков, но и мы с Мариной Токаревой (нас он, правда, в дедовщине пока не обвинял – всё впереди!). Но токо вот теперь я не очень понимаю: два наших истеричных, как девушки, режиссёра отказываются участвовать в фестивале «Золотая Маска» ЭТОГО года (куда – подчёркиваю – их тоже ещё никто не приглашал, но отбирать программу которого будут совсем другие люди)? Или это они отказываются заранее на 2017 год? Но как-то уж очень сильно заранее, вроде неплохо бы дожить. Или это всё так – очередная пиар-акция: немного напомнить о себе?».

Продолжаем фэйс-бук сериал. На следующий день Богомолов съехидничал:

«Ольга Егошина полагает гигиену истерикой. Теперь я понимаю отчего её тексты плохо пахнут. Но если серьёзно, мне её жалко. Так долго рвалась, дорвалась наконец – и коварно лишена возможности НЕ номинировать ненавистных ей режиссёров. Трагичная судьба».

А дальше критик О.Е. решила, видимо, последовать известной шутке: «если тебя незаслуженно обидели – заслужи!», и написала в жанре «плохо пахнущего» про то, как скрывалась со своим знакомым после спектакля Богомолова от режиссёра в туалете, чтобы не сказать всё, что они нехорошего о его творении думают и т.д. Богомолов сразу это всё у себя перепостил как подтверждение «негигиеничности» критикессы. Однако, потом оппоненты, видимо, по взаимной договорённости, решили эти тирады стереть. И я тоже не буду цитировать… Но каков накал страстей!

29У Капитолины Кокшенёвой (которая для Богомолова оказалась не просто «неадекватной», но воплощённой «дичью») тоже есть фэйсбук (а с недавнего времени, между прочим, и целый интернет-сайт под названием «Студия Русской Культуры Капитолины Кокшенёвой»). Но раньше, чем она что-то написала, до неё дозвонились корреспонденты «Известий»:

«Фестиваль должен развиваться. – Объяснила она журналистам. – Если посмотреть статистику за последние 10 лет, то выяснится, что Кирилл Серебренников был лидером по номинациям «Золотой маски». Он либо выдвигался, либо получал что-то и был номером один в оценке экспертного сообщества. Может, хватит?

…У нас страшный застой, почище советского партийного застоя. Премия называет себя национальной, но я считаю, что до этого звания нужно дорасти. У нас же всё наоборот. Я считаю, что «Золотой маске» нужно продемонстрировать национальные особенности нашей страны. Необходима большая работа.» («Известия», 14 октября 2015)

«Какие нежные радикалы!» улыбнулась критик у себя в фэйсбуке, давая ссылку на этот материал «Известий»…

И правда. Вскоре «из игры» вышли не только два близких по духу режиссёра, но и в свою очередь близкие им по духу критики-эксперты. Сначала Алла Шендерова:

«вчера был опубликован список экспертов «Золотой маски», которые на днях приступают к работе (речь идёт об отборе спектаклей, премьеры которых состоятся в этом сезоне).

Хочу сказать, что я вышла из состава этого экспертного совета.

Прошу прощения у сотрудников «Маски» – за доставленные им проблемы – и выражаю им свою солидарность.

PS    для тех, кто устал: жизнь на этом не кончается»

А затем и Ольга Фукс, с очевидным сочувствием сославшаяся на статью в журнале «Сноб», в которой театровед Николай Песочинский утверждает, что «необходимо бороться с цензурой и с тем, что эстетические вопросы решают церковная и казацкая администрации, суды и чиновники»; «Всё очень серьёзно. Мы живём в противоположную Товстоногову эпоху: он выводил театр из мертвечины, а у нас живой театр, который начинает окружаться мертвечиной.»

Однако, как мы видели из мнения Кокшенёвой, не все воспринимали текущие российские театральные реалии, закрепляемые «Золотой маской», сугубо положительно – как «живой театр». Тут никак не скажешь, что в совершенно единогласное сообщество театральных профессионалов внедрились чуждые элементы под давлением Министерства культуры. В культурной и театральной среде есть масса людей, которые были недовольны «Золотой маской» в её прежнем виде. Тот же Юрий Поляков, чуть ли не воплощение зла и «падения» для либеральных режиссёров, – помимо прочего, успешный именно в театре драматург. И его высказывания относительно экспериментальных постановок отнюдь не так радикальны, как можно подумать из постов Богомолова. Об отношении к «новейшим веяниям» в отечественном театре руководителя Малого Театра Юрия Соломина и руководителя МХАТа им. А.М. Горького Татьяны Дорониной хорошо известно. А это люди в профессиональной среде не последние. Не говоря уже о «Независимом профсоюзе актёров театра и кино» во главе с Денисом Кирисом, который в конце мая направил тревожное письмо министру культуры Владимиру Мединскому по поводу прошлого сезона «Золотой маски», где говорилось о том, что «результаты премии вызвали волну критики как со стороны экспертного сообщества, так и общественных кругов»,а «претензии к конкурсу, прежде всего, относятся к… соответствию указанного мероприятия общенациональному статусу премии»: «Абсолютное большинство победителей – из Москвы и Санкт-Петербурга. Остальные субъекты Российской Федерации, как правило, остаются не замеченными. Это приводит к тому, что театральная жизнь в регионах маргинализируется, профессия актёра девальвирована и финансируется властями по остаточному принципу, что приводит к росту социальной напряжённости и конфликтам…»

31Так что критика раздавалась не только из среды, которую можно было бы назвать «церковной» и «казацкой». Вот что писала, например, упомянутая в негативном свете Марина Токарева не где-нибудь, а в либеральной «Новой газете»:

«…Раздувание репутаций одних, задвигание в угол других – один из ведущих трендов «ЗМ», опирающейся на привычный круг критиков, которые твёрдо усвоили, что так называемый «театр добра» – немасочный формат. Грубые ошибки под видом поиска современных форм повторяются из года в год: не взяли в конкурс предсмертный спектакль Фоменко «Театральный роман». Не заметили «Горбунова и Горчакова» Евгения Каменьковича. Не рассматривали событийный «Тихий Дон» Григория Козлова. А сколько блестящих ролей так и остались «непозолоченными»… У «ЗМ» есть любимчики и аутсайдеры – и к искусству это никакого отношения не имеет. Простая цепочка: я делаю тебе репутацию, ты даeшь мне работу – действует давно и безотказно. На балансе, как выяснилось, отчётливо неаккуратного в финансах «Гоголь-центра», числилось несколько регулярно славящих его критических глоток. Формированием позитивного имиджа Андрея Могучего занят специальный человек за специальные деньги. Можете вообразить, чтобы кто-нибудь занимался позитивным имиджем Товстоногова, Эфроса, Додина?..

К Театру Наций, теперь самому благополучному в финансовом отношении, – очередь из критиков, желающих «засвидетельствовать». Стало принято и не стыдно одной рукой строчить протестные посты в ФБ, а другой – нажимать кнопки банкомата, получая зарплату на базе президентских грантов.

Аромат безграничной толерантности к собственным нуждам окутал критический цех…» («Новая газета», № 76 от 20 июля 2015)

26Не помогло даже то, что председатель Союза Театральных Деятелей РФ Александр Калягин, которого временами критиковали обе стороны, выступил с мудрой, примиряющей и вразумляющей речью, обращаясь прежде всего к двум протестующим режиссёрам:

«Друзья мои! Смирите гордыню.

Во-первых, вы не пишете романов, когда за всё отвечает только сам автор, и тогда он волен участвовать или не участвовать в каких-либо литературных конкурсах. Вы работаете в театре, и в числе авторов ваших спектаклей есть ещё другие талантливые люди. Хорошо бы учитывать и их мнение.

<…> Ведь так можно дойти и до полного абсурда – не пускать зрителей на свои спектакли, которые по каким-то причинам не принимают ваш спектакль. Пропускать их через специальные защитные рамки и допускать на свой спектакль только избранных – только тех, кто достиг понимания, и только тех, кто способен оценить ваше творчество по достоинству.

Родные мои! Нельзя забывать, что театр – это социальный институт. Это часть общества, которое совсем неоднородно, составлено из различных групп граждан, разных по своему социальному статусу, исповедующих разные религии и в силу этого думающих по-разному, чаще всего, диаметрально по– разному. И что? Я уверен, что как раз театр и должен заниматься важнейшей миссией объединения.

Второе. Вам не нравится состав экспертного совета, поскольку в него вошло два-три человека, которые, допускаю, по весьма серьёзным соображениям вас не устраивают. Но есть и другие девять-десять человек, которые не вызывают у вас возражения, хотя вполне вероятно, что именно среди них есть как раз те люди, которые вызывают раздражение уже у других деятелей театра. Кто-то, например, нервно реагирует на фамилии, скажем, Шендеровой, Карась и Фукс.

Мы должны учитывать их мнения или нет? Если мы хотим быть толерантными, по-европейски терпимыми к другому, то значит, должны. Надеюсь, вам понятно, что мы никогда не соберём экспертный совет, который одобрят абсолютно все.<…>

«Золотая Маска» всегда вызывала споры, бурные обсуждения, критику, а как же иначе, ведь это живое дело, в котором всегда находятся недовольные и несогласные. Сегодня негодуют одни, завтра другие – это нормальный процесс большой театральной страны.

Я хочу призвать всех: уважайте себя, уважайте мнение ваших коллег, уважайте противоположные эстетические взгляды. Ни у кого нет права узурпировать театральную эстетику, заявлять, что вот это главное, а это второстепенное. Время всё расставит на свои места. Важно, чтобы в истории от нас остались талантливые спектакли, а не скандалы, склоки, хамские реплики в социальных сетях и различные проявления нетерпимости.»

Но возмущение и непримиримость либералов уже было не остановить. Алла Шендерова продолжила в фэйсбуке:

«Этот пост адресован НЕ только театральным людям. И даже в первую очередь – не театральным.

«Дорогие любители театра и дорогие нелюбители театра!

Вы спрашиваете меня, «что мы делим» и что за «мышиная возня» идёт вокруг «Золотой маски». Это не мышиная возня, не делёж сфер влияния и денег. Всё происходящее в театре вышло за рамки эстетической борьбы, а местами даже за рамки борьбы идеологической – в сферу нравственности и элементарных человеческих прав. Когда известные режиссёры отказываются участвовать в «Золотой маске», они НЕ устраивают истерику в ответ на то, что в экспертный совет Главной Национальной Премии вошли критики, которые их не любят. Они обращают наше – ваше!! – внимание на то, что в обществе нарушен паритет. Попираются интересы определённых – и не таких уж маленьких – групп населения.

27Мы тонем, и уже нет времени объяснить, как устроен этот механизм: что раскол в обществе, который, в частности, провоцирует такое ничтожное явление, как включение в состав экспертов «Маски» одиозных фигур, может перерасти из мелких интеллигентских междуусобиц – в нормальную гражданскую войну. Войну не в приложении айфона, а за вашими окнами.

Но когда в следующий раз, прихлёбывая кофе или пиво, вы будете читать фб – или газету – или слушать по радио, что «зажравшийся режиссёр NN» отказался участвовать в «Маске», Энтео подбросил куда-то свиную голову, сорвал выставку и уничтожил очередные – непонятные и ненужные, как вам кажется – произведения искусства, подождите хихикать. Сначала проверьте, хорошо ли заперта входная дверь. Потому что очень скоро Энтео или его сподвижники придут к вам. Вы почувствуете их влияние на разные сферы вашей жизни. И их мускулистые прикосновения к разным частям вашего тела.»

И «последнее» (последнее ли?) от Богомолова:

«Если мне ради спасения спектакля от закрытия, например, предложат, чтобы я в нагрузку к спектаклю, который хочу сделать, поставил бы ещё пьесу, к примеру, Юрия Полякова, я бы однозначно сказал «нет». А согласившись – никак не вставал бы в героическую позу борца до последнего патрона. Потому как вы, господа борцы, и не заметите, как стрелять будете из одного окопа с теми, с кем боретесь, и в одну сторону. Это всем, кто упрекает Кирилла или меня в «неборьбе».

И ещё. Спасибо Алле Шендеровой и Ольге Фукс, вышедшим из состава экспертного совета.»

Вообще, у представителей либерального мировоззрения, видимо, как-то больше в наличии склонности и умения протестовать, митинговать, объединяя для этого все имеющиеся ресурсы. И как апофеоз всего этого кома, катящегося с горы, – совсем недавно на сайте «Teatre.info» появилось письмо театральных критиков (точнее, как мы понимаем, их определённой части) с требованием распустить обновлённый экспертный совет «Золотой маски»:

«Открытое письмо театральных критиков Екатеринбурга, Казани, Краснодара, Красноярска, Москвы, Новосибирска, Перми, Самары, Санкт-Петербурга, Улан-Удэ, Хабаровска и Челябинска председателю Союза театральных деятелей России Калягину А.А.

Уважаемый Александр Александрович!

Многие из нас в прошлом входили в экспертный совет или жюри «Золотой маски». Нам не стыдно за свою работу и работу наших коллег, которые на протяжении 20 лет создавали «Золотой маске» репутацию. Нынешнему престижу премии способствовали и эксперты, и члены жюри, и дирекция «Маски», и, конечно, Вы как председатель СТД, отвечающий за бесперебойный ход этой машины. Поэтому мы и пишем Вам.

На «Золотую маску» давит Министерство культуры, и именно с этим связана череда скандалов, потрясших её. Об отказе выдвигать свои спектакли уже объявили Константин Богомолов и Кирилл Серебренников, а из экспертного совета по драматическому театру и театру кукол вышли наши коллеги Ольга Фукс и Алла Шендерова. Некоторые, поддавшись эмоциям, ввязались в разнообразные околофестивальные дрязги. Можно сделать вид, что ничего страшного не происходит, и пожурить «отказников» за гордыню, как это сделали Вы в своём миротворческом письме, но, судя по всему, этого недостаточно.

Надо признать, что мы имеем дело не просто с режиссёрскими капризами. Уступки Министерству культуры в принципиальных вопросах могут привести к тому, что фестиваль начнёт рушиться, как карточный домик. Некоторые члены нового экспертного совета уже дали повод упрекнуть себя в тенденциозности и предвзятости – это касается, например, Капитолины Кокшенёвой, которая открыто заявила в СМИ: «Хватит давать премии Серебренникову». Подозрения в тенденциозности экспертного совета могут дать повод и другим режиссёрам к отказу от участия в фестивале. Ведь не только Серебренникову и Богомолову кажется, что результаты честного профессионального соревнования пытаются сегодня подогнать под вкусы начальников во властных структурах, рекрутируя для этого «нужных» экспертов. Хотя единственный критерий, по которому надо оценивать спектакли, –
не идеология, а профессионализм.

Что послужило причиной нынешнего кризиса? Непродуманный механизм формирования экспертного совета: впервые в этом году большая часть экспертов была выдвинута лично руководителем комиссии СТД по критике Мариной Тимашевой, часть – другими творческими комиссиями и секретарями СТД и часть – Министерством культуры без обсуждения с представителями театрального сообщества. Сейчас очевидно, что это было ошибкой, и нынешний экспертный совет сформирован с грубыми процедурными нарушениями.

Что можно предпринять в этой ситуации? Нам кажется, что беспрецедентный кризис можно побороть только беспрецедентными мерами.

1. Отнестись к нынешней ситуации вокруг «Золотой маски» как к чрезвычайной и созвать внеочередное заседание секретариата СТД.

2. Поставить вопрос о роспуске только что набранного экспертного совета «Золотой маски» и в соответствии с действующим Положением о Премии сформировать новый, не вызывающий подозрений в идеологической тенденциозности и предвзятости.

3. Отложить вопрос о новом механизме формирования экспертного совета до следующего года.

Если этого не будет сделано, дальнейших скандалов не избежать. Не будем забывать о том, что «Золотая маска» – это профессиональная премия театрального сообщества, а не Министерства культуры. Все решения, касающиеся её судьбы, должны приниматься в первую очередь Союзом театральных деятелей, а не на основании так называемого консенсуса с министерством. Судьба «Золотой маски» – в Ваших руках.

С уважением, ……..»

Под письмом уже стоит около 100 подписей соответствующим образом настроенных театралов и они продолжают собираться.

Похоже, с «Золотой маской» и театральным сообществом в целом случился самый настоящий коллапс.

Ведь как бы кто ни относился к высказываниям и оценкам той же якобы «сталинистки» и якобы «православной мракобески» Капитолины Кокшенёвой, её позиция близка большой части населения нашей страны (в данном случае – зрителей). Причём ничуть не меньшей части, чем та, которая поддерживает Серебренникова, Богомолова, Шендерову и Фукс. Об этом соотношении с одной стороны «нормальных людей» и, с другой стороны, «совков», «ватников», «фашистов» (как ни странно, в одной корзине) нередко, кстати, пишет Захар Прилепин, и оно зафиксировано в одной не лишённой иронии песне любимой Захаром рэп-группы «25/17»: «Так называют таких, как мы, такие, как вы, / нас – восемьдесят процентов страны…».

Не утверждая толерантно, что эти восемьдесят процентов всегда и во всём правы, всё-таки хочу спросить: КАК общенациональная, пусть даже и театральная, премия может существовать в категорической оппозиции к этой силе?!

Евг. БОГАЧКОВ

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *