БЛИЖЕ К ТЕКСТУ – ДАЛЬШЕ ОТ НАТУРЫ

№ 2016 / 2, 20.01.2016

или Почему сегодня нужны уроки Герасимова

1. Уровень, а не текст

 

В год кино, разумеется, возникают вопросы к нашему кинематографу, особенно в его топ-части, то есть кино с олимпийским прицелом – на международную арену. В первую очередь это касается кино, у которого должен быть гарантированный зарубежный интерес в силу великого литературного источника. Не секрет, что имя автора и сам литературный источник играют огромную роль в судьбе фильма уже на стадии привлечения денег.

13

 

Но великие источники уже стали достоянием мировой культуры, как снимать «Тихий Дон» после Герасимова? Как с ним конкурировать? А главное зачем?

Вариант озвучивается один: новое прочтение с перестановкой акцентов с целью приблизить материал к «сегодняшней реальности».

Но герасимовский «Тихий Дон» никуда и не удалялся от этой реальности. И все акценты расставлены. За этим следил сам автор Шолохов, бывший отчасти консультантом фильма. И он остался очень доволен фильмом Герасимова, который достиг главного – сохранения на киноэкране уровня литературного оригинала. Не потекстной достоверности, а именно мирового уровня романа.

Думается, все понимают, что текстовый педантизм при переводе в другой вид искусства просто невозможен. Да, конфликт интересов неизбежен. Лично я совершенно не в состоянии читать либретто оперы «Евгений Онегин» Чайковского, а слушать оперу – вполне, несмотря на партии Татьяны в исполнении дам серьёзного возраста. Но принципиально в этом случае – не перенести текст на экран, а создать новое произведение, органически, нутром связанное с оригиналом (при объяснимых видовых условностях).

12

 

Если же делать исходным текст, то можно переснимать фильм вечно ради упущенных предшественником нюансов. Но такое приближение к тексту фильм всё равно не спасёт: если нет класса, то нет и уровня. Как не спасёт и увеличение количества серий фильма.

 

2. Слом натуры

 

Чего нет в фильме Урсулюка? Нет того самого мирового уровня. Ушла монументальность характеров, ключевые сцены не сфокусированы и отданы на откуп деталям, что сразу разрыхляет образы. Ушёл трагический оптимизм романа, переданный Герасимовым, который сумел, как и Шолохов, преодолеть безнадёгу и безысходность братоубийства.

Одну из причин неудачи я вижу в неукоренённости фильма не только в романном масштабе и духе, но и в самой реальности. Да, была попытка насытить речь дополнительными диалектами, но это только создало проблему ненатурального произношения. Герасимов понимал меру и не принуждал московских актёров пропитываться всей суммой диалектов, которыми насыщен роман, а настоял лишь на самых характерных, вроде мощного придыхательного заднеязычного «h» Быстрицкой в восклицании «hришенька!». Перебор же Урсуляка сделал москвичей заложниками массы не взятых и искажённых обертонов, представивших актёров в несколько комичном виде. Получилось, что в стремлении приблизить текст Урсуляк удалил натуру. Поэтому если Герасимову удалось «вживить» Быстрицкую в натуру донской жизни, не сломав при этом натуру актрисы, которая выдала свой, привычный арсенал актёрских средств, то Урсуляк, вложив в артистов массу деталей говорка по тексту, сломал натуру самих актёров, которые и не вжились, и не перевоплотились.

Далее Герасимов добивался натуральности принципиальной детали. Ну невозможно смотреть на шинели, которые вчера сшили и необношенными массово напялили на персонажей. Никак не разделить переживания героя, вышедшего из боя в чистенькой шинели с немятым подсумком. Невозможно не раздражаться от актёра, играющего воина, первый раз взявшего в руки револьвер. Герасимов такого себе не позволял категорически. В таком случае никакая натура текста не поможет скрыть ненатуральность фильма.

 

3. Почему не новые источники?

 

Понятно, что фильм «приурочен» к донбасским событиям. Но фильм Герасимова с таким же успехом отвечает на все вызовы текущих событий. Зачем дублировать? А вот если нужно погрузиться в глубинные проблемы, то почему не взять новый источник, где режиссёру можно маневрировать – и «антисоветчинки» прибавить, и сложности утроить, к примеру, поднять проблему красновского сепаратизма. Такие источники есть, тот же блестящий роман Трифонова «Старик», который можно снимать с максимальным режиссёрским манёвром.

Мне кажется, Министерству культуры пора перестать заниматься ненужными дубляжом: снимать две «Екатерины» одновременно, четвёртый «Тихий Дон», третью «Анну Каренину» и проч. Лучше открывать новые литературные имена, которые будут источником нового кино. Характерно попущение Министерства культуры, отдавшего этот процесс на откуп коммерческим издательствам, у которых совершенно нет никакого интереса открывать новые имена.

Сергей МАГНИТОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *