Зачем нужен Литературный институт

№ 2016 / 4, 03.02.2016

Моё детство пришлось на рубеж 1970–80-х. Школу заканчивал в 1987-м – в начале «перестройки». Литературу в школе проходил с большим трудом. Не то чтобы я не учил наизусть стихи, нет, всё, что задавали, добросовестно выучивал. Не то чтобы я не различал Рахметова и Базарова. Я был одним из немногих, кто прочитал «Живые и мёртвые» Симонова и почти до конца прочитал «Войну и мир».

Однако от «трояка» в аттестат «отвертелся» с огромным трудом. Наверное, мне плохо удавалось скрывать своё отношение к этому предмету. Я честно готовился к поступлению в технический ВУЗ и искренне не понимал, что от меня хотят. Какое отношение имеют Блок или Маяковский (при всём к ним уважении), например, к Законам Ньютона или свойствам идеального газа? И что ко мне пристали с Достоевским и Тургеневым, если тяжелее пояснительной записки или отчёта по испытаниям мне писать не придётся. Почему наша учительница по литературе так гневно заявляла: «На экзамене извольте изложить мои суждения, потому что ваши – гнилые»?

21

Прошло время, за плечами остались армия, технический ВУЗ, работа на производстве. Отшумела «перестройка». Многое было перечитано. И пришло понимание, что на уроках литературы нас учили во-вторых литературе, а во-первых – идеологии. Официальные идеологические дисциплины, вроде истории или обществоведения, выдавали нам аксиомы, теорию. Однако практическое применение в виде осмысления конкретных жизненных ситуаций и формирования реакции на них нам преподавали на уроках литературы*. Именно там нам объясняли с точки зрения марксистско-ленинской идеологии причины расставания Дубровского и Маши (классовые) в повести Пушкина «Дубровский» и отношение к личности Достоевского. Когда мы заканчивали школу, во всю шумело «новое мЫшление» и мы мыслили по-новому. Это наше мЫшление не укладывалось в понимание литераторши и, естественно, квалифицировалось как «гнилое». Тогда это было очень обидно (помножьте на юношеский максимализм), и наши эмоции сдерживало только понимание, что после экзаменационного сочинения и собственно экзамена мы с литературой не встретимся в принципе.

Однако жизнь делает самые невероятные кульбиты, и почти через тридцать лет после окончания средней школы мне довелось присутствовать при дискуссии касательно оценки эффективности работы ректора московского Литературного института имени А.М. Горького. Звучали самые разные аргументы, вроде «развития нет», «науки нет».
Я не стал принимать активного участия, ограничился несколькими уточняющими вопросами, однако задумался и принялся размышлять. Начал с того, что выяснил, кто является учредителем данного учебного заведения. Оказалось – государство. Это значит, что его финансирование ведётся за счёт налогов, которые я выплачиваю в том числе. Мне стало интереснее. Захотелось понять, насколько эффективно расходуются мои, в том числе, деньги.

Оценка начинается с критериев. Как правило, критерием выступает цель. В далёком 1933-м, когда институт создавался, целью был коммунизм, а единственной возможной идеологией был марксизм-ленинизм. На уроках литературы готовили строителей коммунизма, инженеров соответствующих ему человеческих душ, и следовательно литература нового времени должна была быть выдержана в подобающем духе. Это же касается и литературоведения, которое должно было давать трактовки произведений также в русле марксизма-ленинизма. Практически сразу возник вопрос: Если литература есть практическая реализация идеологии, то к чему можно готовить в государственном ВУЗе, учитывая, что согласно действующей Конституции у нас главенствующей идеологии не допускается?

В списке профессий, по которым ведётся подготовка в Институте, нет специальностей и специализаций вроде литератор-либерал, литератор-справедливорос или «лимоновец». Получается, что с точки зрения идеологии – оценка работы института должна быть негативной. Литинститут не выпускает специалистов по практической реализации всех идеологий нашей страны. Сразу оговоримся, что официально утверждённого реестра действующих в нашей стране идеологий также не существует. Соответственно, трудно говорить и о стратегии развития ВУЗа. Так что у института здесь есть «алиби». Однако всё равно как налогоплательщика и гражданина России меня это устраивает слабо. Выпускаются специалисты не понятно для чего, которые могли бы, например, стать журналистами, а не литработниками. Как я слышал, они и пытаются устроиться журналистами, но многому из того, что на факультетах журналистики учат просто в обязательном порядке по отработанным десятилетиями методикам, им приходится доучиваться на ходу, и это если ещё примут на работу. То есть средства затрачиваются, но на выходе мы получаем специалистов, которые не особо нужны. Так что, с точки зрения рядового налогоплательщика, работу Литературного института трудно считать эффективной.

Однако, если посмотреть на работу Института с точки зрения его работников, которым нужно работать, получать зарплату, кормить семьи, – что также понятно с чисто человеческой точки зрения, – то факт, как говорится, на лицо. Институт работает. Люди регулярно ходят на работу. Студенты посещают лекции, проводятся семинары и конференции. О перебоях с выплатой заработной платы или оплаты коммунальных счетов в прессе не упоминалось. Значит, нужно отдать должное руководству ВУЗа, сумевшему обеспечить выживание учебного заведения в непростых рыночных условиях.

P.S. Есть, правда, ещё один возможный критерий оценки эффективности данного заведения. Связан он с тем, что с недавних пор Литинститут передан в ведение Министерства культуры РФ. При этом мы знаем, что Министерство культуры по заданию нашего президента опять же не так давно разработало «Основы государственной культурной политики». Получается, смысл и критерии оценки работы Литинститута для государства и налогоплательщика можно попытаться найти с помощью этого документа. Документ очень расплывчатый по сравнению с советскими идеологическими установками, но кое-что из него можно извлечь. В частности, объединяющую роль культуры, воспитание патриотизма, поддержание семейных ценностей. С этой точки зрения, весьма любопытно было бы проштудировать учебную программу литинститута и дипломные работы его выпускников. Каких писателей нам воспитывают, какие ценности в них вкладывают?

Кроме того, известно, что в новой версии «Основ культурной политики…» подчёркнута мысль о недостаточном использовании учреждениями культуры дополнительных средств помимо прямого бюджетного финансирования (работа по всевозможным грантам и спонсорам). И вот активность деятельности ректора и его коллектива в этом направлении как раз вполне можно было бы подвергнуть анализу с определёнными выводами.

————————————————-

* — Подробно и квалифицированно значение литературы как школьного предмета раскрыто, например, у А.А. Зиновьева. См. его книгу: «На пути к сверхобществу» (М.: ЗАО Изд-во Центрполиграф, 2000), стр. 526.

 ————————————————

Андрей БОЛДЫРЕВ

г. ЧЕЛЯБИНСК


Вопросов о Литинституте накопилось много. Напомним, что последние полтора года обязанности ректора в этом институте исполняет Алексей Варламов. Но как? Хорошо или плохо?
Должен ли Варламов избавиться от приставки «и.о.» или надо срочно искать на должность ректора более компетентного человека? В общем, разговор, безусловно, стоит продолжить. Кто хочет вступить в дискуссию?

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *