Пиковая Дума и её Герман…

№ 2016 / 24, 06.07.2016

Итак, ставки сделаны – писатели в Думу всё же пошли… Хотя, будем точнее и скромнее, как Чехов – назовём их литераторами. Поскольку если сопоставить количество знаков, написанных ими в жанре публицистики и просто «постов», их будет побольше, чем прозы. У Льва Толстого, правда, не было фейсбука – но и он выступал со статьями в прессе, за что был в конце концов «отлучён», но сомнений в статусе писателя, неотъемлемого в отличие от «рабства божия», ни у кого не возникло…

Я, конечно же, следил за телодвижениями коллег внимательно, поскольку товарищеский дух и вообще коллективизм присущ. Да и кто на ком держится – писал, если помните в «Пенделе на воздух свободы» («ЛР» № 14). «На наших перьях держатся их авторитеты» – перефразирую фразу из «О бедном гусаре замолвите слово». И вот, новый реализм, именно он – если брать «в лицах», – сделав сальто-мортале чуть ранее и сдав норматив по старому конформизму – обманул даже себя немножечко. Как ныне говорят, «переобулся в воздухе»: приземляется в заведомо «проходных» партийных списках, пообещав сперва иное (из майского интервью: «А как насчёт депутатства? С.Ш.: Пока не планирую. Не секрет, со мной ведут разговоры разные политические силы. Но то, что я пойду в Госдуму откуда-то – пока вилами на воде писано…»)… Прямо-таки предвоенное затишье, как в 1941-м, чтоб не спугнуть, как в 2007-м усатого ставленника Владислава Суркова, и не подвести тех человеков за окном, которые надеются, читают, голосуют… Да, все уловили важность момента и тоже затаились – главное пролезть, прошмыгнуть, а там, раздвинув правящий класс саженным плечом, и социализм строить можно (в Думе) начать, в самом неожиданном месте.

И когда второй, а по внутренней иерархии-то первый, новреалист заговорил о коммунизме как о выборе народном (слава его богу – хоть не о научном коммунизме, а этот, зиновьевско-идеалистский, «реальный коммунизм», он же «русский социализм» давно бит, размазан марксистами) – это он-то, ранее сомневавшийся в существовании советского народа и всех его побед на фоне очевидности «русского мира», – я тоже встрепенулся: что-то готовится! Ребята, отчётливо ходившие в правых, покрикивавшие на украинцев националистически, перепрыгнули на лево-центристский фланг. Впрочем, любить «крышу» олигархата можно и «слева» – тем более, целая институция, целая фракция отросла для этого занятия, вполне профессионального и высокооплачиваемого.

Взор мой, однако, обратился к Герману Садулаеву. Вот он-то гораздо больше писатель, чем публицист, и в районе Госдумы оказывался крайне редко, да и не похож на «паркетного» политика (не знаешь, где тут ставить кавычки). Не та судьба, не та величина – в ряду новреалистов в период опопсения «отцов» первенствующая. Хотя смешны тут считалки, тем более что и Роман Сенчин, например, никогда во власть хаживать не собирался. Не мог я тут не вспомнить судьбоносную (для двух общих знакомых, там присутствовавших, закончившуюся показательным процессом и тюрьмой) «встречу с писателями» в Фаланстере 2012-го года, где мы впервые перемолвились о Москве и Ленинграде живым словцом…

Герман тогда как раз вступил недавно в КПРФ – без каких-либо думских амбиций (хотя итоги выборов-то «пошатывались» после Первой Болотной, мандатно могло перепасть даже Сергею Удальцову – как мечтали «крамольники»), вступил по убеждениям. Этим и был обрадован встретившийся с писателями старожил Думы, в которого, словно при сеансе переливания крови, тогда перекачивался рейтинг Удальцова – на март 2012-го огромный. Я, конечно же, опишу это всё романически, подробно – но упомянуть был обязан. Ибо именно тогда, а не в мае 2012-го, уже состоялась «тайная вечеря», и на заклание по собственной же общительности и дури отправились «болотные крамольники» – ради сохранения вот этой самой политической конфигурации (где корень «фиг» торчит – фиг народу, трудящимся), в которую ныне вписываются «всехние друзья».

Герман САДУЛАЕВ. Фото: А. УрванцевНо Герман – нет, он другой. Не покидает мою зрительную память его слегка ошалелый от Москвы вид – не горящий взгляд других завоевателей аудиторий, а спокойный, даже домашний такой взгляд. Потому что собрались – свои, этим доверять можно. И, соответственно, доверять можно и ему. Не доверчивость – доверие… Правда, человек верующий – однако сегодня это, скорее, норма для думского коммуниста.

Герман в политике вообще новичок, и именно это вызывает некоторые надежды. Хотя, по всем законам голосовать надо за опытного, чтобы он «представлял интересы класса» – однако я-то знаю, каким классом становятся депутаты сразу же после прохождения в Думу. Этот класс от рабочего далёк. И всё же, в отсутствие политики масс – личность может многое. Не менять ход истории, конечно, но быть голосом не только своей совести – может. Примеры есть. Правда – в Думе они не ужились. Потому что не ужались.

В его «Шалинском рейде» есть удивительные слова, которые и можно считать «исповедью советского патриота» – в самом неподходящем месте, казалось бы. Но потому и ценные. «…была такая страна – Союз. Советских. Социалистических. Республик». Брутальнее Захара Прилепина вжарил! И хоть разговор – меж мусульман, и ближайшие ощущения – от обрезания, но гораздо яснее ощущается общее «обрезание» Советской родины, которое переживает и чеченец. И вот он – не такой уж тёмный в экономических вопросах, оказывается, спокойный человек, – обнаруживает не формальные, а базисные признаки остатков социализма даже при Дудаеве! Что за дичь? – спросите вы, но будете не правы. Перечитайте – он про госхозы, это так переименовал первый президент Чечни колхозы как раз тогда, когда Ельцин их указом распустил (1995). Парадокс? Вот именно: но маленькую Чечню («ичкерИю», выговаривая по-ельцински) скрепляло на уровне крестьянства именно это, советское – мало кому известное. И от кого бы вы (мы) это узнали, как не от Германа – патриота и своей республики и всего Союза республик? А известность-то ему принесла книга, наречённая именно так главредом издательства «Ультра.Культура», Кормильцевым, «Я чеченец!» (вмастил ли этим он «папику» Березовскому – «шарфик» молчит). «Скажу вам гордо – чеченец я», сразу же подпевает Тимур Муцураев, ещё не сдавшийся кадыровщине…

4 karikatury

В общем, кандидат в депутаты – с именно писательской биографией. Но вот, так тонко разбираясь в экономике «военного ельцинизма», разборчив ли он в думских партиях? Думаю, да, и тут вместо него высказывается «молчание – золото». Однако же Ленин требовал использовать большевикам все лазейки для революционных целей ,включая думские – если они, правда, большевики, и готовы всей фракцией – на каторгу…

Герман – именно такой вот питерский, сомневающийся (не вслух), достоевский писатель, попадание в Думу которого было бы уже этим интересно. Впрочем, там придётся измениться.

Другим фракциям прикрыться нечем – кроме «уральской пельмешки», с которой по мере информационного продвижения в Думу, спадали все одежды, а на финал выпало в соцсети голопопое сэлфи через зеркало… Для «Единой России» самое то. Нет, «деятелей-то искусства» навалом – от Сокурова в «Яблоке» до публицистки Хакамады в «Партии роста» (всё время хочу спросить – куда роста, в капиталистический Ад далее?!). Есть и те, кто решил «конвертировать» не столько литературные успехи, сколько условный и временный свой рейтинг в СМИ. Потому и конвертируют – ведь всё при буржуазной политике скоротечно… Но почему-то именно Герман заставляет и не на партию иначе смотреть, нет – а на сам процесс «занятия позиций». Плевать, от какой партии, если честно. Ибо лидеры фракций в «день нации» (выдуманный в пику 7 ноября) выходят под ручку со своим куратором, не зная идеологических различий, в едином порыве защищая сверхприбыли «самых богатеньких нашего города».

После безуспешного площадного штурма 2012-го – хоть ползком бы, – думают мои коллеги, знаю-знаю. Важно чтоб это пластунство вышло не низкопоклонством перед правящим классом и не попыткой в него вползти, а «траекторией Маресьева». Чтобы встать на эти государственные протезы, и за собой резко, по команде поднять страну с «полусогнутых», из позиции, в которую вогнал её мировой кризис и суверенная политика, реакция, и так далее. Уверен, Герман к этой пиковой, просчитанной по квотам в Кремле даме-Думе подходит так же, как пушкинский герой – нужен только секрет, тройка карт. Впрочем, сразу же вспоминается другая тройка, из «Справедливой России», 2007-го, откуда вылетел один пристяжной, тогда было его время стяжать надежды, быть Германом, но дама-Дума вовремя позвала усатого дворецкого, и выдворила шаркать по льду Тверской в остроносых ботинках… Нынче же интереснее.

Голосовать я, конечно же, не буду – принципиально беру открепительное, на стену вешаю, как доказательство неучастия в буржуйской политике.
Но всё равно интересно. А вдруг именно он поднимет давно в пользу программного «русского социализма» похеренное знамя пролетарского интернационализма, как Армен Бениаминов в 2003-м над Госдумой?!

 

Дмитрий ЧЁРНЫЙ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *