Сергей МАГНИТОВ, Илья ТЫЩЕНКО. НУЖНЫ ЛИ РОССИИ МЕЦЕНАТЫ? Обсуждаем Закон о меценатстве

№ 2016 / 44, 16.12.2016

До сих пор можно спорить, кто кого ввёл в историю – Овидий Мецената или Меценат Овидия. Это к вопросу о роли меценатства в деле развития искусства, а значит и о судьбе современного меценатства.

Начнём с того, что Меценат жил во времена, когда не было Министерства культуры, а значит поощрять искусства было вообще некому. Но сегодня Министерство культуры (и искусства) есть, что ведёт к вопросу, вынесенному в заглавие.

Итак, нужны ли меценаты, если есть государственный орган, у которого есть штатная обязанность заниматься искусством, поощрять его, развивать, стратифицировать? По логике существования этого института власти меценаты не нужны.

Однако всё чаще звучит тезис, исходящий как раз от власти, ко многим творческим субъектам «ищите деньги сами», что предполагает: меценаты всё-таки должны быть.

Эта коллизия давно замечена и пока не разрешима: должен ли бизнес выполнять функции, по сути, Министерства культуры? А если должен, то можно ли поставить вопрос о преференциях за поддержку власти в деле искусства?

В чём нам видится проблема?

 

Первое.

Есть проблема стихийности и массовости творческого процесса. Если всех поощрять, то никаких денег не хватит. Но именно в этой творческой стихии рождаются и вырастают шедевры, которыми гордится затем вся страна и весь народ. Как же быть в таком случае, если ясно, что в массовости будут шедевры, но шедевров ещё нет, их надо выявить. Понятно, что именно здесь имеет смысл частная инициатива. Найти и поощрить неизвестное, ещё непроверенное временем – это осуществимо только в частной, меценатской форме. Но такое положение в бизнесе – работа с неизвестными рисками – называется венчурным делом и всегда страхуется.

Однако если есть проблема рисков этого частного мецената, возникает вопрос: раз меценат берёт на себя риски социально-творческого тестирования искусства, то должна ли власть поощрить его за это? Особенно в случае успешного результата. Не будем забывать, что Меценат вошёл в историю, потому что помог Овидию, а были сотни других, которые только потеряли от неудачников. Иначе говоря, Меценат состоялся как поощритель искусства, потому что поддержал именно великого поэта, а не тривиала от поэзии.

 

Второе.

Возможна обратная ситуация: риски потерять деньги могут провоцировать культивирование бездарностей.

Действитвльно, чтобы не потерять от неудачного выбора, современный меценат может пойти по другому пути – попытаться доказывать, что поощряемая им ерунда – это как раз сильное искусство и три мазка на полотне – это шедевр. Это именно та проблема, которая тормозит признание меценатства в России.

Пример. Молодые бизнесмены на Урале в маленьком городке сделали хорошее дело – создали милый музейчик истории своего городка. Замечательно. Но возникли далее обычные трудности по содержанию и развитию. Естественно, бизнесмены обратились к профильной власти. И дело, скажем так, «заёрзало». Вроде дело хорошее, но не идёт. Мы приняли участие в изучении вопроса. И вот при всех замечательных вещах в музее открываем что-то вроде небольшой галереи местных любителей кисти. Мы стараемся быть точны в выражених, потому что глаз было остановить не на чем – живописи приличного класса там не было. И вот тут наступил момент истины – обида за то, что мы высказали, что в деле комплектации экспозиции надо, скажем мягко, расти до профессионального уровня. Как выяснилось, не все готовы принять, что вложения оказались любительскими.

Другой пример. На основе собранных бизнесменом в 90-е произведений делаем коллекцию и начинаем создавать галерею. Есть несомненные шедевры, и дело быстро развивается и укрупняется. И вдруг продаётся титульная, самая значимая, может быть, не столько выдающаяся, сколько, как бы сейчас сказали, брендовая для галереи картина – с целью получения контракта по профильному бизнесу. Причём за копейки. Шок.

Мы привели два примера некомпетентности самих меценатов, которые делают хорошее дело, но часто непрофессионально, и пытаются свой непрофессионализм навязать властям и культуре, намекая на преференции с их стороны. Мы здесь говорим об искренних, настоящих подвижниках, оставляя за скобками злоупотребителей от меценатства.

Получается, меценатство необходимо – но профессиональное. Если же меценатство живёт своим интересом, тогда пусть не будет претензий к властям. Не это ли есть смысл отразить в будущем Законе о меценатстве?

 

Сергей МАГНИТОВ,
Илья ТЫЩЕНКО

г. ЕКАТЕРИНБУРГ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *