АДМИРАЛЬСКИЙ ФАРВАТЕР

Рубрика в газете: Честь имею, № 2021 / 22, 10.06.2021, автор: Александр ХОРТ

В разгар войны, 3 марта 1944 года, в Советском Союзе были утверждены два новых ордена – Ушакова и Нахимова. Обе награды носили «флотоводческий» характер, предназначались для морских офицеров. При этом «Ушакову» придан более высокий статус: на кителе он располагался сразу вслед за Суворовым.
До этого в СССР существовали две «именные» полководческие награды – ордена Суворова и Кутузова. Ими награждали и сухопутных и морских офицеров.
В том, что для флотоводцев не существует специфических знаков отличия была определённая странность. Её захотел сгладить нарком Военно-морского флота Н. Г. Кузнецов, предложивший Сталину учредить награды специально для моряков. Вождь согласился, и работа закипела.
При разработке статусов этих орденов разгорелись жаркие споры: кому быть выше рангом? В принципе, имя Нахимова больше на слуху. О нём и писали чаще, и фильм о нём есть. Однако Кузнецов горой стоял за то, чтобы первенствовал в этом конкурсе Ушаков: у того и побед больше, а поражений так вовсе нет.
Орден Ушакова имел атакующую направленность, то есть давался преимущественно за наступательные операции, а Орден Нахимова – оборонительную. Но это в известной степени условно, строгого разграничения между обеими почётными наградами не было.
Нарком Кузнецов считал, что имеется определённая несправедливость в том, что имя Ушакова известно людям меньше, чем того заслуживает. Ему хотелось популяризировать славного флотоводца. Как говорит нынешняя молодёжь, раскручивать. Хорошо, если бы о нём издавались книги, ставились спектакли. Один уже есть – «Флаг адмирала» идёт в Ленинградском Большом драматическом. Но самый лучший спектакль собирает ограниченное количество зрителей, причём городских. Вот если бы кино… Почему бы не снять фильм о жизни Фёдора Фёдоровича. Тем более, что пьеса «Флаг адмирала» уже есть, а от пьесы до фильма рукой подать.
«Флаг адмирала» написал Александр Штейн. Роль Ушакова в его пьесе не свободна от недостатков. Фёдор Фёдорович очерчен односторонне – только как полководец. Его индивидуальные человеческие черты проявлены слабовато. У него много монологов, что не придаёт произведению динамики. Нет в пьесе дружбы Ушакова с Суворовым. А ведь моряки называли Ушакова «морским Суворовым». Фёдор Фёдорович был так же гениален, смел, предан Родине. Был настолько же любим матросами, как Суворов солдатами. Был противником рутины и устаревших канонов. Что будет хорошо показано в дилогии Ромма «Адмирал Ушаков» и «Корабли штурмуют бастионы».

Однако Штейн не был пионером ушаковского жизнеописания для кино. Первую попытку написать сценарий биографического фильма о легендарном флотоводце сделал Анатолий Корнелиевич Виноградов, автор многих исторических романов, ставших в СССР бестселлерами («Три цвета времени», «Чёрный консул», «Осуждение Паганини» и т. д.). (В документах его отчество пишется через «и» – Корнелиевич, сам он писал через мягкий знак – Корнельевич. Будем придерживаться официальной версии).
Человек бурной судьбы, бросавшей его с места на место. После революции он занимался литературоведением, переводами с французского, работал на ключевых должностях в Наркомпросе, был директором Румянцевского музея в Москве, издал много исторических книг.
Но в какой-то момент в поведении Виноградова стали проявляться определённые странности. Ему стало казаться, что его преследуют недоброжелатели, из-за них он терпит творческие поражения. Дело дошло до того, что 23 июля 1935 года он написал Сталину жалобу на своих врагов. Заканчивалось его послание таким обращением к вождю:

«Конкретные мои желания сводятся к следующему:
I. Поручить Гослитиздату сейчас начать печатание моего пятитомника: 1) «Три цвета времени», 2) «Чёрный консул», 3) «Повесть о братьях Тургеневых», 4) «Осуждение Паганини», 5) «Господин Февраль».
II. Дать мне самостоятельную работу по линии издательств.
III. Ввести меня в состав Правления Союза Писателей.
IV. Приказать Литфонду полностью меня с семьёй обеспечить медицинским обслуживанием по Сан. упр. Кремля. Дать мне возможность остановить рост болезни сердца.
V. Обеспечить максимальное благоприятствование всем видам моей литературной работы.
VI. Определить линию моего близкого общения с ВКП(б), как человека готового в любую минуту отдать всё, не исключая жизни, нашей стране» (РГАСПИ, Фонд 558, оп. 11, д. 717, л. 51-61).

Безусловно, всерьёз эти требования никто не принял, Виноградову даже не ответили. А что отвечать, если у человека явно проблемы с психикой. Тем не менее в 1937 году, в возрасте 45 лет, писатель поступил в Ейскую авиационную школу, которую успешно закончил. Во время Великой Отечественной войны как корреспондент газеты «Красный сокол» неоднократно участвовал в боевых вылетах в тыл врага. В ноябре 1946 года из-за обрушившихся на него горестей – старший сын погиб на фронте, обострилась сердечной болезнь, последний роман «Хроника Малевинских» критики приняли в штыки, доходили глухие слухи об измене жены – Анатолий Корнилиевич не выдержал и застрелился. Сначала застрелил жену (по другой версии, она была ранена), ранил пасынка, потом застрелился сам. Это произошло 26 ноября 1946 года.
В 1944 году Виноградов написал сценарий фильма об Ушакове. К работе писатель готовился на совесть. Он сам сделал опись части собранных им материалов: «Подобраны 257 гравюр и литографий времён 1780-1820 гг., чтобы дать подлинное киноискусство, а не фанерно-картонный “реализм”» (РГАЛИ, Фонд 1303, оп. 1, ед. хр. 506).

Ещё Виноградовым были собраны:
1. Биографическая канва Ушакова;
2. Краткая хронологическая справка по русскому флоту с 1240 года («15 июля Александр Ярославович бьёт шведов и финнов (флот) на реке Неве при впадении Ижоры») по 1918 год («12 февраля: организация Социалистического Р. К. Красного флота»);
3. Биографии и биографические материалы;
4. Хронология. Суворов в Италии. 1799 г.
5. Военные журналы.

В своём сценарии писатель делает упор на военно-историческую и оперативно-тактическую сторону событий, а не на разработку характеров персонажей.
Похоже, киношные руководители встретили работу Анатолия Корнилиевича с прохладцей, под теми либо иными предлогами откладывали её рассмотрение. Об этом можно судить из сохранившегося черновика письма. Чернилами, от руки:

«Председателю кинокомитета
при Совете Народных комиссаров СССР
тов. И. Г. Большакову

В целях обеспечения дальнейшей органической коллективной работы над постановкой картины «Адмирал Ушаков» прошу:
1) дать приказание о выполнении Вашей резолюции на моём письме к Вам после совещания в Вашем кабинете у Вас 21 ноября прошлого года. (Ваша резолюция доселе НЕ выполнена, а из прилагаемого Вы видите, что (?? – тут две строчные буквы, разобрать которые никакими силами невозможно. Скорей всего ХС – худсовет) I студии имеет тенденцию отстаивать свои ошибки).
2) дать распоряжение о подготовке к печати литсценария со всеми принятыми мною поправками и о полной оплате в целях обеспечения последующей годовой моей работы. Анатолий Виноградов. 18. I. 1945» (РГАЛИ, Фонд 1303, оп. 1, ед. хр. 506, стр. 207).

Анатолий Корнилиевич написал свой сценарий в 1944 году. Отправил его в Комитет по кинематографии. Его приняли к рассмотрению, назначили редактора, им стал опытный драматург Е. М. Помещиков. Но работа шла ни шатко ни валко. Сценарий был явно слабоват. Каким бы талантливым прозаиком ни был Виноградов, всё-таки у кинодраматургии имеется своя специфика. Анатолий Корнилиевич её не уловил. Он пытается рассказать про основные битвы, которые готовил Ушаков и в которых участвовал. Делает это сценарист довольно монотонно, схематично. Во всех ситуациях Ушаков спокоен, он не сомневается, что в любом сражении победа будет на его стороне. Но уж когда адмирал рассердится на кого-нибудь из подчинённых, тому остаётся только посочувствовать. Тут уже Виноградов не жалеет красок. Вот, например, высосанный из пальца мини-конфликт с капитаном Селивачевым (он у автора то Степан Дмитриевич, то Фёдор Степанович). Бедняга произнёс безобидные слова, доложил, что один французский корабль вырвался из окружения. Услышав это, Ушаков как с цепи сорвался:

«–Капитан Селивачев, вы со мной таким тоном говорить не извольте-с, иначе я – хоть вы и в высоких чинах – но это слово вам в глотку вместе с вашим языком отправлю. Поняли вы меня?
Ушаков становится страшным. Селивачев смотрит на него с чувством неописуемого ужаса, словно настал его последний час. У Ушакова трясутся губы, он готов ударить Селивачева. Он пытается говорить, но гнев душит его слова и он издаёт только бессмысленные, дикие и яростные звуки самого страшного, самого отчаянного человеческого гнева» (РГАЛИ, Фонд 1303, оп. 1, ед. хр. 504, стр. 107).

Персонажей в сценарии много. Автор не знает, что делать со старыми, как откуда ни возьмись появляются новые. Обо всех, кроме заглавного героя, – скороговоркой, заметных ролей нет.
Чего не отнять у Виноградова, так это старательности. Ему хочется предусмотреть каждую мелочь, он ставит себя на место режиссёра. Но методологию режиссуры знает поверхностно, отчего его подсказки выглядят наивными. Например, в начале сценария после реплики одного из персонажей автор советует: «В дальнейшем: решительно у всех говорящих офицеров и матросов голоса низкие, басы, гулко раздающиеся, скрипучие или громкие, но всегда свидетельствующие о силе» (Там же, стр. 4).
В рабочем экземпляре сценария, по предложению редактора, сделаны многочисленные сокращения. Они напрашивались, чтобы придать действию динамичности. Но трагическая гибель Виноградова поставила в этой работе точку.
И утверждение нового ордена; и поощряемая правительством тенденция к созданию биографических фильмов, героями которых стали «отчизны верные сыны»: полководцы, учёные, композиторы; и даже то обстоятельство, что Виноградов своим сценарием долго мозолил глаза руководителям киноотрасли – всё подводило к мысли о том, что рано или поздно фильму про Ушакова быть. Идея витала в воздухе. Её осуществление дело времени. Кто возьмётся?
Первым взялся драматург Александр Штейн, ранее написавший пьесу «Флаг адмирала».
От пьесы до киносценария один шаг. Это была давнишняя теория Ромма. Михаил Ильич считал театр и кино чрезвычайно близкими разновидностями искусства. По сути их разделяет только техника донесения информации до зрителей. Пьесы легко превращаются в киносценарии, а сценарии, правда, с большими трудностями трансформируются в пьесы. Режиссёр говорил об этом при каждом удобном случае. Он даже высказывал мысль, что театр является исторической формой кинематографа. Об этом он говорил и публично, в частности, 27 мая 1946 года, выступая с докладом «Искусство театра и кино» на многолюдном заседании секции теории, критики и режиссуры при московском Доме кино.
Метаморфозы, происшедшие с «Флагом адмирала» по пути к экрану, лишний раз подтвердили правильность взглядов режиссёра. В пьесе такое количество эпизодов и действующих лиц, что её не дописывать, а сокращать впору. Как сценарист Штейн справился со своей задачей очень хорошо.
Если бы работа над сценарием Виноградова шла менее нервно и не сопровождалась трагическими событиями, возможно, министерство кинематографии познакомило бы Штейна с тем вариантом, посоветовало бы драматургу использовать удачно найденные детали со ссылкой на автора. Но нет – судя по всему, Александр Петрович виноградовскую работу в глаза не видел. Между ними сходства ни на йоту.
Ромм хотел снимать в заглавной роли Бориса Бабочкина, но худсовет Комитета решительно запротестовал: у зрителей артист настолько ассоциируется с Чапаевым, что Ушаковым легендарного комдива не преодолеть. На первый план будет обязательно выходить Василий Иванович. Такое случается. Когда Пётр Алейников в фильме «Глинка» сыграл Пушкина, каждое появление поэта на экране вызывал хохот в зрительном зале. Ещё бы – на светский бал пришёл Ваня Курский!
Были пробы с Тениным, их тоже забраковали, не подошёл и Охлопков. Остановились на 38-летнем Иване Переверзеве. Ромм знал его по созданному им в Ташкенте Театру-студии киноактёра, а зрители по фильмам «Иван Никулин, русский матрос» и «Первая перчатка». Артист фактурный, энергичный, таким и должен быть полководец.
Позже Иван Фёдорович вспоминал: «Как только меня утвердили на роль Ушакова, я для Михаила Ильича стал дорогим и близким человеком, а уж мои чувства я не в состоянии выразить словами и по сей день!.. Михаил Ильич создал вокруг меня атмосферу предельного внимания и, я бы даже сказал, обожания… Только я расположился в своём номере (фильм снимался в Одессе), как раздался звонок. Звонил Михаил Ильич и просил зайти. В номере он был один и сразу меня удивил своим предложением: «Ванечка, ты в фильме играешь главную роль, адмирала Ушакова. Так вот я прошу тебя на всё время съёмок и в жизни тоже играть адмирала Ушакова. Это, во-первых, будет полезно тебе как актёру, да и вообще будет на пользу картине. Вас, актёров, собралось много, и у каждого свой характер, свои привычки, а некоторые, я знаю, могут и лишнюю рюмку выпить, а я с «искусственно весёлыми» артистами не работаю! А главное, я хочу, чтобы вы были коллективом, командой на корабле!.. Подробности игры вы разработайте сами. Ты понял меня?» – «Понять-то я понял, только кто будет меня слушать?!» Михаил Ильич с жаром произнёс: «Ты же адмирал, вот и докажи это не только на экране!» Мне ничего не оставалось делать, как согласиться. О предложении Михаила Ильича я рассказал актёрам, всем оно понравилось, и мы быстро выработали правила игры… «Сухого закона» любителям лишней рюмки мы не установили, но была установлена «адмиральская норма» – сто граммов. За нарушение «указа об адмиральской норме» следовало строгое наказание»
Помимо всего прочего, Ромм любил кино за его многолюдье, за то, что появляются новые знакомые, в большинстве случаев, люди интересные, незаурядные. Вот один из них: на дилогии об Ушакове консультантом согласился быть адмирал Иван Степанович Исаков. Человек работящий, эрудированный, с большим чувством юмора. Заражающий всех своей энергией. Какую бы должность ни занимал Иван Степанович, он выполнял свои обязанности безупречно. Хотя только он сам знал, каких усилий стоило ему то либо иное действие. В августе 1942 года Исаков был назначен заместителем командующего и членом Военного Совета Закавказского фронта, и через два месяца, 4 октября, во время Туапсинской операции был тяжело ранен в ногу. Несмотря на усилия врачей, её пришлось ампутировать практически до бедра. Однако Иван Степанович, выздоровев, по-прежнему воевал и терпеть не мог, когда его принимали за инвалида. Наоборот, он всячески подчёркивал свою «нормальность», не просил для себя никаких поблажек.
В военном фольклоре про него даже ходил анекдот с оттенком «чёрного юмора». В 1946 году, когда Иван Степанович был заместителем наркома Военно-морского флота, ему якобы позвонил Сталин и сказал, мол, мы тут с товарищами посовещались, есть мнение назначит вас начальником Главного штаба ВМФ.
– Должен вам доложить, товарищ Сталин, – ответил Исаков, – что у меня имеется серьёзный недостаток – ампутирована одна нога.
– Это единственный недостаток, в котором вы хотите признаться?
– Да.
– Тогда ничего страшного. Раньше у нас начальник штаба без головы. И ничего – работал. У вас же нет только ноги.
Во время обсуждений Ромму приходилось пускаться на всякие хитрости, вплоть до того, чтобы делать вид, будто ему плохо, нужно вызвать «скорую помощь», поэтому совещание заканчивается. Пора разъезжаться. Когда уставший Исаков уезжал, остальные участники подтягивались к Ромму, и совещание продолжалось.
Благодаря Ивану Степановичу, мореходных ошибок в «ушаковиане» нет. (Есть, правда, одна неточность: у настоящего Потёмкина был повреждён правый глаз, а в фильме повязка на левом. Это скорее промашка редакторов).
Он родился в закавказском селе Аджикенд. Имя при рождении – Ованес Тёр-Исаакян. С началом Первой мировой войны двадцатилетний юноша поступил на службу в Российский императорский флот. С годами стал видным военачальником. Адмирал флота Советского Союза, Герой Советского Союза, лауреат Сталинской премии, член-корреспондент Академии наук СССР, член Союза писателей СССР, депутат Верховного Совета СССР… В титрах обоих фильмов написано просто: «Главный консультант профессор И. С. Исаков».
Остаётся добавить, что среди многочисленных наград у Ивана Степановича были два ордена Ушакова, полученные им в 1944 и 1945 годах.

В эти дни Александр Николаевич Хорт отмечает свое 80-летие.
Напомним: когда-то он работал в нашей газете и занимался юмором. Его едкая сатира жалила графоманов и всевозможных чинуш.
А сейчас наш любимый автор выпускает солидные тома в серии «Жизнь замечательных людей».
Сердечно поздравляем Александра Николаевича с юбилеем.
Всех Вам благ!

Один комментарий на «“АДМИРАЛЬСКИЙ ФАРВАТЕР”»

  1. Да, Россия- по праву- может гордиться такими флотоводцами как Ушаков и Нахимов и, к счастью, не только ими.
    Но и позорили наш флот немало тупых и бездарных «адмиралов»; вот, например, Новиков- Прибой в романе»Цусима» пишет об одном из таких-Рождественском…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *