Баритональный тенор в поисках баланса

Рубрика в газете: Звуки и смыслы, № 2026 / 30, 30.07.2026, автор: Сергей ГУРЬЕВ

Сравнительно новому имени на отечественной рок-сцене Андрею Гулидову 42 года. Это несколько необычный для нового – даже сравнительно нового имени возраст: в нём, как известно, покинули этот мир такие титаны, как Высоцкий, Курёхин и Элвис Пресли, а если копать глубже и в разные стороны, то ещё и, навскидку, «Ваше благородие» Луспекаев. Так и хочется сказать: живи подольше, дорогой товарищ… Зато в такие годы всяко проще блеснуть определённой зрелостью творчества.

 

В поле моего зрения Гулидов впервые попал примерно год назад, благодаря одноразовому проекту «Кирка», где саксофонировал вездесущий Сергей Летов. С кем только ни играл старший брат Игоря Фёдоровича – от «ДДТ» или Валентины Пономарёвой и до группы «Рада и Терновник» – но каждый раз давал лишний повод обратить внимание на состав любого масштаба. Вот и «Кирка» тогда закономерно пополнила этот поистине неисчерпаемый ряд.

И «Кирка» сразу обозначила рельсы, на которых тогда находился проект: поиск баланса. Ибо Гулидов всегда имел склонность отличаться скорее переизбытком, чем недостатком. В той же «Кирке», например, бросался в глаза (или уши?) переизбыток духовых: Летов-старший и флейтистка Софья Любавина, скажем так, более чем дополняли друг друга. Был там и переизбыток поэзии: в состав проекта, помимо сингера-сонграйтера Гулидова тогда входила и поэтесса с микрофоном. Кстати, о поэзии: наш герой родился не только 42 года назад, но и в сакральный день 24 мая. В день рождения таких звёзд российской поэзии, как Иосиф Бродский и Андрей Парщиков, а также крупнейшей мировой звезды поющейся поэзии Боба Дилана. Не говоря уж о том, что это День славянской письменности и культуры. А если брать символы отечественного рок-вокала, то в этот день родился ещё и Артур Беркут («Автограф», «Ария»).

Но не будем отвлекаться: мы всё-таки говорили о таком свойстве Гулидова, как переизбыток выразительных средств. Был он – в какой-то мере – и на его недавнем студийном электрическом альбоме «Петля», отличавшемся местами пугающей плотностью звука. Именно поэтому заслуживает особого внимания рецензируемый сейчас live-альбом «Акустика с Востока», записанный в щукинском экс-кинотеатре «Восток» нынешней весной. На этом концерте звучали песни преимущественно из сольного альбома Андрея Гулидова «Бытие», который был записан и спродюсирован Алексеем Вишней в 2021 году. Вишня-саундпродюсер хорошо известен любителям рок-культуры по легендарному альбому «Группа крови» группы «Кино», но есть в его послужном списке и, скажем, «Непреступная забывчивость» группы «ДК», не будем забывать и о ней. С альбомом «Бытие» же он, безусловно, шагнул в третью сторону. «Монетка упала третьей стороной», как пел упоминавшийся выше младший брат Сергея Летова…

 

 

«Акустика с Востока» – не абсолютный анплагд, но почти что. Благодаря этому породистый баритональный тенор Андрея Гулидова, столь выигрышный в контексте рок-эстетики и почему-то столь же редко в ней встречающийся, оказывается здесь рельефен как никогда.

Если уж на то пошло, что такое баритональный тенор в рок-музыке? Голос, который обычно гибок, насыщен обертонами и позволяет выразить широкий спектр эмоций – от лиричности до определённого драматизма? В России он был представлен, например, покойным «король-и-шутистом» Михаилом Горшенёвым. Прямо скажем, наш герой – как минимум, формально – поёт не хуже. Кинчев? Недоброжелатели говорили про него: «кастрированный баритон». Во всём мире? Танкян – скорее, лирический баритон. Эксл Роуз – баритон с вокальными бросками в верхний тенор. Хетфилд? Ну…

В общем, если говорить не о текстах, а о музыке, то цельный и органичный баритональный тенор Гулидова изначально напрашивался на роль главной «фишки» группы. И вот здесь, на без пяти минут анплагд-концертнике из бывшего кинотеатра «Восток», этот лучший баланс между голосом и инструментами был благополучно найден. Кого-то сильный аффект и некоторый мегадраматичный пафос, которыми насыщен этот реально сочный вокал, могут оттолкнуть, но с тем, что они являются его естественным свойством, поспорить трудно.

Группа Гулидова называется «Театр Безумия АГ». АГ – понятно, что инициалы нашего героя, но ещё и AG – «аргентум», «серебро». «Никто из нас не хочет брать в могилы серебро», – спел, однако, Гулидов в песне «Бытие», лишний раз обозначив свою не для всех очевидную непрямолинейность. Из «Кирки» сюда (на «лайв») перекочевала флейтистка Софья Любавина. Абсолютное украшение альбома! Все 16 треков релиза ею буквально испещрены, но это ни на миг не утомляет. Эталонная работа.

 

 

Если всё-таки касаться стиля всей работы в целом, то это нечто среднее между русским роком и русским пост-панком. Что, может быть, слегка нарушает чистоту каждого жанра, но зато и помогает преодолеть известную ограниченность того и другого. Местами мелькают интонации того же Кинчева, Башлачёва и раритетного героя питерского постпанка Якова «Я-Хи» Соколова (группа «Я-Ха и Уроды»). С Башлачёвым попадаются и очевидные переклички: «мы пришли с чёрными гитарами» (АБ) – «окрестили нас чёрными гитарами» (АГ, песня «Пепелище»). Что касается постпанка, Гулидов никогда не скрывал своей любви к группе Joy Division.

…Одно из стихотворений Гулидова-поэта заканчивается строчкой «В России любовь – это молчание». В этом смысле хорошо, что у Гулидова-вокалиста реально есть и вполне себе голос, и безусловная способность насыщать его довольно сильными эмоциями.