ЧЕЙ ДУХ МЯТЕЖЕН И ТЩЕСЛАВЕН

Рубрика в газете: Поэтический альбом, № 2021 / 8, 04.03.2021, автор: Артур СКАБЧЕНКОВ (Тульская обл.)

 

***

Холод лип к стопам.
Прячась в листопад,
Холод вяз в устах
Став неявственным.

Туг как трос, как строп,
Холод рос костром,
Вьёт коросты троп,
Воет ястребом.

***

Света лунного грязен хрусталь,
Или города облик кустарен.
Посылать на голгофу Христа
Здесь из нас никому не пристанет.

Сплав земли нестерпимо нечист.
Ген распада в ней явственно считан.
Я, печали матчасть изучив,
Всюду скорби лишь чувствую чьи-то.

Мир падёт от чахоток и чум,
Как тростник под ударом мачете.
Я понять, я дознаться хочу,
Кем сей жребий ему предначертан.

Люди в мульчу леса измельчат,
Воды все расщепят и расплещут.
Свою жизнь перерубят с плеча
Во спасенье иных человечеств.

***

Город рыхл и нахохлен,
Что-то шепчет на ухо,
Стоя в мокряди охре,
В липкой копоти кухонь.

Весь в отрепье и в лохмах,
В пней чернеющих плахах.
В этом городе плохо
Жить, с утра не поплакав.

Город выставил вахту,
Тьмою околдованный.
Здесь могилами пахнут
Под дома котлованы.

Город молнией вспыхнул.
Сквозь заводов колонны
Ядов выпорхнул выхлоп
В этот город холодный.

***

Я в сумятицу льну заполошных толчей,
Что выносят под дождь на холодном плече
Палых жизней холодные мощи.
Я хожу по затворам случайных жилищ,
Где сквозняк завывает в оконных щелях,
Где всегда простужаются ночью.

Вечер тучи нагнал толчеёй чугуна
Там где смокчут каналы прибрежный гранит,
А глаза тротуаров глотают огни,
Но темны, сколь огнём их не потчуй.
Я опять суечусь, но не спрячусь сейчас
В темноте этих стен, что молчаньем сочась,
Под ногами смыкаются почвой.

***

Словно искра даль скора,
Дня сгорает маскарад,
Дня закат из бирюзы и смарагда.
Там где Ева и Адам
Пили вермут и агдам,
Под смарагдовым шатром виноградным.

Где дорог пустынных близ
Средь глазниц пустынных изб,
Средь ветров, что напускались на избы,
Я неистово влюблюсь
В бирюзы закатной блюз,
Что положен на небес нотный лист был.

Время пулей в штиль летит,
Там где Уленшпигель Тиль
Шёл по стогнам мимо башен и шпилей.
Где с икон облуплен лак,
Где лоза судьбу плела,
Где вино пил с нами Тиль Уленшпигель.

***

Нёсся ста годами Маркеса,
За землёй стремясь угнаться.
Нёсся в небе цвета марганца
Посреди созвездья агнца.

И на Ибице, и в Люберцах
Бурей праздничных верчений
Нёсся свет, который влюбится
В невесомость тьмы вечерней.

Вечный город мне мерещится
Над садами дикой смоквы.
Город должен умереть сейчас,
Пока буря в нём не смолкла.

Замер города куст каменный,
По земле сырой распластан.
Смотрит города кунсткамера
В небеса времён Лапласа.

Лезет облако тьмы в окна нам
Снов великими шумами.
Город бритвой вспорот Оккама,
Молний сонмом нашаманен.

Замер город в позе лотоса,
Сотней связанный оскомин.
Слезла за ночь позолота вся
С тёмных окон Подмосковья.

***

Осень ли стянет ветвистые выси.
Вязовых листьев, что тлеют от язв,
Помнят миры ослепительный высев,
Сплином где высь оплетается вся.

Город истасканный, тусклая помесь
Истин воинственных, постных письмён.
Город в бессилье впадёт и опомнясь
В лица нам сети созвездий плеснёт.
Льдины ли света, пыль плесенных взвесей
Лягут на грязного города стыд.
Город здесь бедствует, брезгуют здесь им,
Тесен в нём берег и воды пусты.

В городе все к проторённой стезе льнут.
Горек как зелье, пуст как Колизей,
Город распнёт облучавшее землю
Солнце на чёртовом том колесе.

Город великие битвы провалит,
Быт свой переоборудует в скит.
Тюбик депо утром струи трамваев
Выжмет на рельсы вселенской тоски.

Не был оплакан, и не был оболган,
Мороком томным влеком, от и до
Город исшастан толпой балаболкой,
Выцвечен облак неколотым льдом.

Здесь голоса костенели от речи,
Нёсся опричником ветер на чернь,
В грядке фонарной садовничал вечер,
Ночь, отступив, возвращалась ни с чем.

Город изгвазданный, старой закваски,
Корчил нам адский безумья оскал.
Город нам байки травил залихватски,
Там, где вселенская стонет тоска.

 

***
В углах угрюмых окопались изб,
Что лишь тревожат и не греют.
На нас несётся апокалипсис
Кругами Данта Алигьери.

Несётся в мир, в порыве жечь его,
Обрушить край сей непочатый.
Не снищут милости ни женщины,
Ни дети не узрят пощады.

И дум ли валуны ворочая,
В строку ища ли ассонансы,
Я разгляжу войну воочию,
Куда нас втравят отцы наций.

Провижу их мораль пацанскую,
Чей дух мятежен и тщеславен.
Что бурей вносится под санкции,
Когда уже в нём несть числа им.

И роковых эпох на слом иду,
Среди смертей ли выдать слалом.
Когда мир смолот в дым, и смолоду
В нас слов спасительных не стало.

Когда земля почти подохла вся,
Когда досасывает нефть чернь,
Я растворюсь в дыханьи охлоса,
Ведь больше раствориться не в чем.

 

Артур СКАБЧЕНКОВ родился в 1991 году в Сургуте. Сейчас живет в Тульской области. Работает строителем.

2 комментария на «“ЧЕЙ ДУХ МЯТЕЖЕН И ТЩЕСЛАВЕН”»

  1. Тоже глухой. Холод лип к стопам. Пришлось долго прикидывать что тут с липами. Оказывается — это о клейкости. Правда, ни к каким стопам холод не липнет, а к рукам липнет на морозе железо, но автору это по барабану. Он творит. И дотворился до слова околдовАнный, чтобы хоть как-то котлован срифмовать. Хотя чего уж проще — нирвана. И смысл даже появится. Для строителя такое непростительно. Чтобы так вот, походя, нулевой цикл очернить, основу капиталовложений, матерь благосостояния прорабов и застройщиков.

  2. Как может работать на строительстве человек, который считает землю нечистой, т.е. грязной? Или он на работу не бахилы надевает, а котурны?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *