Что порождает экологические катастрофы в России?

Художественное осмысление вопроса на примере одного рассказа

Рубрика в газете: Праведный гнев, № 2020 / 37, 08.10.2020, автор: Иван КОРОТКОВ

Мы живём в такое время, когда одна экологическая катастрофа сменяется другой, как в ужасном калейдоскопе, – только все немного подзабыли о страшной утечке дизельного топлива в Норильске, случившейся этой весной, как – на тебе – что-то похожее происходит теперь на Камчатке. Что остаётся писателям, влюблённым в мир Севера? Только кричать – от боли и праведного гнева?
Леонид Бабанин доказывает – не только. Его рассказ «Реквием по осетру» – это не только призыв опомниться, не только боль и гнев. Это ещё и тихая, щемящая грусть, ностальгическая тоска по навсегда ушедшему. В общем, настоящий реквием, соединяющий в себе, как и положено по законам этого жанра, целую палитру чувств, связанных с утратой.


Констатируя смерть

Видели ли вы когда-нибудь осетра? Не в аквариуме, не в ресторане, а самого настоящего – свежевыловленного осетра? Я – нет. Вы, наверняка, тоже. Сейчас даже если сильно захотеть и отправиться на Север, осуществить такую мечту, если вдруг она у вас затеплится в душе, будет очень и очень трудно.
Рассказ Леонида Бабанина «Реквием по осетру» с этого и начинается, – он констатирует смерть целого пласта культуры:
«Уходит из нашего обихода редчайшее природное явление… И сожалеть об этой потере – почти некому. Кто сейчас помнит вкус настоящей осетрины?».
Здесь же, в самом начале, автор даёт и ответ на извечный русский вопрос – кто виноват. Конечно, браконьеры, – они наносят огромный ущерб экологии. Однако основную вину Леонид Бабанин всё же возлагает отнюдь не на них:
«Справедливости ради замечу, что никакие браконьеры за десятилетия варварского лова осетра не смогли бы нанести его поголовью, например, в Оби такого ущерба, какой нанесли ему чиновники, решившие перекрыть одну из самых полноводных рек мира. Воздвигнутая под Новосибирском плотина раз и навсегда пресекла обскому осетру путь на нерест».
Грозная публицистичность, присутствующая на первых страницах, быстро сменяется – как погода на Севере – солнечными воспоминаниями из детства. И здесь, конечно, полностью раскрывается прозаический талант Леонида Бабанина. Густыми красками он даёт картину быта рыбацкого стана – со всеми мельчайшими подробностями. И – удивительно – несмотря на описания изнуряющего рыбацкого труда и всяческих невзгод – волны, мошка, постоянно мокрая одежда – чувствуется за этим повествованием что-то искреннее и щемящее, неизъяснимо радостно-горькое, что только и может русский человек назвать словом Родина.

 

Разговор на двух языках

В центре повествования, конечно, – осётр. Такого подробного (и притом, интересного) описания приготовления и поедания ухи я ещё не встречал. Есть просто поразительные для незнакомого с этой уникальной рыбацкой культурой человека моменты. Например, тот факт, что шипы осетра не только не выбрасывают – но и употребляют в пищу, высасывая из них вкуснейшее содержимое. Или что одна из самых гастрономически привлекательных частей осетра – хребет, называемый визига…
А разделывает рыбу Елисей – коренной обитатель этих мест, – он из племени ханты, для которых осётр всегда был священной рыбой, и потому, прежде чем забить рыбу, Елисей читает молитву верховному богу Торум Маа и поклоняется семь раз солнцу.
Замечательно такое наблюдение автора:
«Народы севера все движения всегда делают по солнцу. … Куда солнце идёт, туда и жизнь идёт. Так и человек должен идти, считают они. Будешь против движения солнца идти, значит – против жизни пойдёшь!»
Кстати говоря, в рыбацком стане ханты и русские прекрасно уживаются. Лучше всего эти добрососедские, братские отношения иллюстрирует такой эпизод в рассказе. Отец главного героя, смакуя за одним столом с Елисеем печень осетра, произносит:
«Хороша печёночка!»
На что Елисей отвечает на хантыйском языке:
«Ям, ям».
То есть – «хорошо, хорошо».
Этот разговор на двух языках, и полное при этом взаимопонимание рыбаков – всё это говорит само за себя. После такого эпизода не надо ничего объяснять.
Описание трапезы – отдельная тема. Здесь, я, пожалуй, ограничусь только собственным впечатлением – отпробовать описанного кушанья захотелось неимоверно. Потому даже не буду ничего пересказывать – это надо прочесть самому.

Катастрофическое столкновение

Однако, при всех достоинствах описательной стороны, рассказ не приобрёл бы ту силу, что у него есть, если бы в концовке писатель не вышел бы на высоту обобщающую, художественную, и при этом – остросоциальную. Новелла о том, как большому начальнику пришлось плыть несколько часов на катере среди «простого люда» и поедать при этом осетринку, дана писателем в качестве заключительного акта реквиема не просто так. Чванство и брезгливость «хозяина жизни», который «похоже, не только видеть никого не хотел, но и полоскать своё тело в чужом его статусу воздухе тоже остерегался», подобострастие его помощника, всё это дано писателем как прямая метафора того непонимания дельцами и чиновниками людей и природы северного края, того столкновения между кондовым, чёрствым, железным и живым, корневым, гибким, которое и порождает экологические катастрофы, подобные исчезновению осетра в великой сибирской реке.
Именно это делает рассказ Леонида Бабанина не просто криком о помощи, но действительно – реквиемом.

 

3 комментария на «“Что порождает экологические катастрофы в России?”»

  1. Вспоминается «Царь-рыба» Виктора Астафьева,-уже тогда серьезно задумывались об отношении человека с природой.Нужен консенсус между ними!
    Стратегия умного развития необходима!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *