Гений места

Рубрика в газете: Слишком человеческое, № 2021 / 11, 25.03.2021, автор: Александр РУДНЕВ (г. КОЛОМНА, Московская обл.)

Алла Рахманина. Москва – Переделкино: Рассказы-новеллы. М.: Издательские решения, 2020.


В жанровом и стилистическом отношениях рассказы Аллы Рахманиной представляют собой своего рода размышления, отчасти медитации, пластически написанные, о жизни героини в известной сталинской высотке на Садовой-Кудринской и на переделкинской даче – это её два дома, с которыми у неё одинаково очень много связано в её непростой и нелёгкой жизни. И этот маршрут, столь хорошо знакомый и автору этой рецензии и многим другим, эта аура, расцвеченная в прозе А.Рахманиной какими-то очень самобытными и выразительными красками, имеет какой-то свой неповторимый колорит и обаяние – то, что называется «geni-loci» (гений места – лат.).
В новеллах, составивших книгу, показаны очень колоритные фигуры представителей позднесоветской литературной и окололитературной среды, повествуется о её очень сложных и каверзных нравах, где наверняка не всякий сможет выжить и успешно проявиться, о людских отношениях в условиях постоянно меняющейся и очень нестабильной и тревожной действительности.
Автобиографические же реалии в рассказах А.Рахманиной поражают своей предельной, пронзительной искренностью, открытостью, любовью ко всему живому, дышащему, трепещущему – всему, что составляет окружающий нас мир, изображённый, повторяем, удивительно пластично, с деталями, которые подобраны с зоркой, чисто писательской наблюдательностью – и это отностся ко всему, к чему бы ни прикасалось перо автора – это и люди, и домашние животные, и какие-то на первый взгляд, малозаметные мелочи повседневного сутолочного московского быта, и портреты известных литературных деятелей, живших в Переделкино когда-то, среди которых хорошо узнаваемые Валентин Катаев, Андрей Вознесенский, вдова классика советской литературы Всеволода Иванова Тамара Владимировна Иванова, почти в 100-летнем возрасте сохранившая живой скептический ум и великолепную память, или же, по всем отзывам, малоприятная Лиля Брик со своим «молодым» мужем, известным исследователем творчества В.В. Маяковского В.А. Катоняном, которую Переделкинские соседи явно недолюбливали и окрестили «жабой», родственники Бориса Леонидовича Пастернака, известная Сильва Капутикян, а также недавно скончавшаяся Сэда Вермишева, поэтесса А.Широкова-Тамбовцева и многие другие.

Но, пожалуй, в этом ряду выделяется рассказ «Известный человек», посвящённый одному из самых популярных современных литературно-общественных деятелей «с хорошо узнаваемой меньшевистской бородкой» Эдуарду Лимонову (знаменитому Эдичке), который однажды посетил квартиру Аллы Андреевны с так и не состоявшимся намерением снять у неё комнату.
Столь же выразительно обрисованы в прозе А.Рахманиной и другие, не столь известные герои, иногда обычные и самые рядовые люди, такие, например, как «женщина-ребус» Юля, о которой сказано: «Загнанная какая-то, с печатью тайной, слегка порочной как будто усталости на бледно-розовом кукольном лице».
И, говоря о творчестве А.Рахманиной, невозможно не сказать о том, что Алла Андреевна в течение многих лет проводит литературные собрания в бывшем помещении гаража, находящимся на территории переделкинского дома-музея К.Чуковского, который при жизни Чуковского был в самом деле настоящим гаражом. Этому посвящены рассказы «Гараж», «Духовный дар», «Лунин» и другие. Здесь мы видим и «милого очкарика», директора музея Сергея Васильевича Агапова, невероятно эрудированного «книгочея» Павла Крючкова, его верного сподвижника и друга – и всех автор может «припечатать» какой-нибудь необыкновенно точной, «вкусной», колоритной деталью, благодаря чему все эти персонажи становятся совершенно живыми и их невозможно спутать ни с кем.
На этих собраниях перебывали многие известные современные литераторы – как живые, так и ушедшие – Евгений Ревич, Игорь Золотусский, Сергей Аукницкий, Мария Ватутина, Ст. Айдинян, Станислав Лесневский, захаживали Юрий Кублановский, Игорь Волгин…
Автору этой рецензии тоже в разное время и неоднократно приходилось бывать на таких «гаражных» собраниях, которые также имели свой, ни на что не похожий стиль и колорит, свою атмосферу – с чаепитием, а иногда и с винопитием, и неизменными оладушками, пряниками и т.д. И мне пришлось повстречать там многих людей, которые впоследствии становились надолго или же навсегда моими добрыми знакомыми. Однажды, в солнечный летний день я встретился во дворе возле гаража и разговорился с молодым человеком, обритым наголо и с очень характерным лицом, и только позже узнал о том, что это был Захар Прилепин, о чём я только смутно догадывался.
Особый раздел, заключающий книгу, составили воспоминания Аллы Андреевны об её безвременно и трагически погибшем под колёсами автомобиля на Суворовском бульваре чуть больше двадцати лет тому назад муже, известном прозаике, поэте, драматурге, киносценаристе Борисе Леонидовиче Рахманине, которого, по её свидетельству, часто называли «современным Живаго», «невостребованным классиком». Эта вечная, неизбывная боль Аллы Рахманиной, перевернувшая всю её жизнь, во многом сквозным лейтмотивом проходит через всю её, ещё раз скажем, талантливую, интересную, подлинную и живую книгу, очень человеческую, если можно так выразиться.
Да – очень человеческую.

 

 

9 комментариев на «“Гений места”»

  1. Читали и самого Б. Рахманина, который жену пристроил в писательницы, и А. Рахманину, которая в журнале «Кольцо А» завистливую новеллку поместила некогда, где тоже угадывался Е. Евтушенко, по имени не названный, но подкусываемый. Мощный прием: обойтись без имен, но грязью окатывать реального человека. И не придерешься, и читателям приятно.
    А со стороны взглянешь — смешно. Все, все ушли, великие, невеликие, гении, злодеи, клоуны. Осталась только А. Рахманина, которая пишет о них никакой художественной ценности не имеющие рассказы. Впрочем, исторической тоже.

  2. И уж следовало бы подправить. В женском роде слово «гений» звучит как «геенна».

  3. Кто такой Евгений Ревич? То ли Александр Ревич… То ли Евгений Рейн…

  4. Кто такой-кто такой? Мемуарный мутант. Всех-то не упомнишь, да и места на всех не хватит. Вот и приходится комбинировать. Надо поблагодарить мемуаристку, что хоть чего-то вспомнила, пройдя этапы большого пути. От ЦДЛа до Переделкина.
    Где Пастернак совковою лопатой
    Копал картошку на земле покатой,
    Бредет, отринув все дела земные,
    Мемуаристка с полной амнезией.

  5. Вот, писателя, не могут не натявкать друг на друга… Только, у одних получается литература, а у других — лишь злобные посты в Интернете. Позорище.

  6. Сергею. Ничего страшного. Солнце светит всем одинаково. Как говорил альтист Данилов: «ничто не слишком».

  7. Поднялась в Переделкине вьюга,
    Замерла и застыла земля.
    И затявкали вдруг друг на друга
    Озлобленные писателя.

    Выли дико на мемуаристку
    Ту, что им не пришлась по нутру…
    Дай, хозяин, им полную миску!
    Потеплее им дай конуру!

  8. Направление движения не главное. Главное — динамика и стабильность.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *