ИЛЛЮЗИЯ БОРЬБЫ С КОРРУПЦИЕЙ

Как Андропов руками Черненко распинал бывшего министра внутренних дел Щёлокова и бывшего руководителя Кубани Медунова

Рубрика в газете: Как это было, № 2019 / 9, 08.03.2019, автор: Вячеслав ОГРЫЗКО

Когда после смерти Леонида Брежнева к власти пришёл бывший шеф КГБ Юрий Андропов, в обществе появилась надежда на то, что Кремль начнёт наводить во всём порядок и объявит бой коррупции. Однако борьба за справедливость вскоре приняла какой-то кривой характер. Никто не понимал, зачем милиция бросила огромные силы на рейды в обеденное время по кинотеатрам. Неясно многим было и другое: почему новое руководство страны во всех грехах объявила виновными только двух человек – бывшего министра внутренних дел Николая Щёлокова и бывшего руководителя Кубани Сергея Медунова. А что – часть других министров и сотрудников партаппарата были идеальны? Конечно, нет. Но почему о других министрах, игнорировавших в конце 70-х – начале 80-х годов законы, центральная пресса при Андропове ничего не писала? Почему им было позволено по-тихому уйти на пенсию?


Ответы на некоторые вопросы появились после рассекречивания протокольных записей заседаний Секретариата ЦК КПСС за конец 1982 – начало 1983 года. У меня сложилось впечатление, что Андропов поначалу не собирался системно бороться за справедливость и очищать всю власть – от верха и до низа – от коррупционеров и грубых нарушителей закона. В первые месяцы он, похоже, всего лишь имитировал эту борьбу. Почему?
Судя по всему, Андропов, став генсеком КПСС, не без основания стал опасаться значительноюй части партаппарата. Ведь что из себя тогда представлял партаппарат? Именно к нему сходились почти все нити, через которые происходило управление страной. Обрыв нескольких нитей мог реально парализовать целые отрасли. В среде же аппаратчиков сложился свой неписанный кодекс правил. Большинство аппаратчиков бдительно следили за сохранением полагавшихся им льгот и преференций. Естественно, добровольно уступать свои позиции они не собирались.
Андропов быстро понял, что сразу поломать через колено партаппарат он не сможет. Скорей партаппарат мог организовать процедуру его смещения. Значит, надо было действовать не революционным, а эволюционными методами.
Андропов вынужден был одновременно ублажать часть старых зубров из брежневской команды и вести поиск в партаппарате влиятельных союзников, которые могли бы в будущем стать его опорой. Не поэтому ли он, усевшись в кресло генсека, отказался удалять из власти секретарей ЦК КПСС и Соломенцева, и Капитонова, и Зимянина, хотя никого из них особо не ценил?! Тому же Капитонову новый партвождь просто поручил другой участок работы, вместо кадров передав в его ведение вопросы лёгкой промышленности и торговли. И не поэтому ли Андропов некоторое время посылал особые знаки внимания опытнейшему партаппаратчику Владимиру Севруку, который с середины 70-х годов занимал пост заместителя заведующего отделом пропаганды ЦК?! Рвать отношения со всеми партаппаратчиками подряд сменщик Брежнева боялся.
Впрочем, что Капитонов или Зимянин? Главным для Андропова было выстраивание отношений с Константином Черненко. Одно время эти два деятеля скрытно соперничали друг с другом. Но после смерти Брежнева и избрания новым генсеком Андропова к Черненко перешли функции, по сути, второго секретаря ЦК КПСС. Продолжать подковёрную борьбу в новых условиях с Черненко для Андропова было уже неразумно. Ведь именно Черненко ещё при Брежневе стал держать в своих руках почти весь партаппарат. Авторитет его в партаппарате был огромен. И только он в конце 1982 – начале 1983 года мог обеспечить лояльность партаппарата Андропову. К слову, именно Черненко чаще других в 1983 году председательствовал на заседаниях секретариата ЦК КПСС (Горбачёв председательствовал лишь в случаях отпусков или болезней Черненко).
Исходя из этого, можно понять, почему Андропов, придя к власти, не только не стал удалять из партаппарата такого одиозного деятеля, как Клавдий Боголюбов, а согласился повысить этого функционера в должности. Напомню, чем занимался в ЦК Боголюбов. Официально он числился первым заместителем заведующего общим отделом ЦК. В его задачи входили организация ведения протокольных записей заседаний секретариатов ЦК, подготовка стенограмм съездов и пленумов ЦК, другие вопросы. Андропов знал, что за печатание в Политиздате сборников партдокументов Боголюбов получал сумасшедшие гонорары. Это никак не вязалось с моральным обликом коммуниста. По-хорошему, Боголюбова надо было за стяжательство гнать не только с работы, но и из партии. Но в нём почему-то души не чаял Черненко, который сам в незаконном накопительстве замечен не был. И Андропов под давлением Черненко согласился 74-летнего Боголюбова продвинуть на ключевую в партаппарате должность заведующего общим отделом ЦК. Ну как после этого всерьёз можно было относиться к словам нового генсека о необходимости очищения общества от замаравшихся чиновников?!
Вот в этом свете следует воспринимать и борьбу Андропова с Щёлоковым и Медуновым. Новый генсек, повторю, поначалу не собирался объявлять войну всем высокопоставленным нарушителям закона. Он решил показательно наказать лишь отдельных функционеров.
Для расправы были выбраны прежде всего Щёлоков и Медунов. Почему именно они, а, скажем, не секретарь Президиума Верховного Совета СССР Георгадзе или кто-то другой? Я думаю, здесь в первую очередь сказались личные антипатии Андропова. Он много лет люто ненавидел Щёлокова, видя в нём некоего конкурента. Но Брежнев не позволил ему расправиться с министром внутренних дел. Возможность поквитаться с недругом у Андропова появилась лишь после смерти Брежнева.
Но смотрите, как организовал Андропов расправу. Сам он руки марать не захотел, а всё поручил осуществить Константину Черненко: Андропов тем самым преследовал несколько целей. Во-первых, он хотел выяснить степень лояльности Черненко, будет ли один из самых преданных соратников умершего Брежнева хоть как-то защищать другого сподвижника Брежнева или полностью займёт сторону нового генсека и беспрекословно выполнит все пожелания нового вождя. Второе: расправа над Щёлоковым должна была показать остававшимся во власти членам брежневского клана, что в случае саботажа нового курса их ждёт участь Щёлокова. Ну а то, что поначалу команда нового партвождя не могла накопать на Щёлокова весомые обвинения, это Андропова, видимо, сильно не волновало.
Расправа над Щёлоковым происходила в несколько этапов. 29 марта 1973 года состоялся секретариат ЦК КПСС. После обсуждения заранее намеченных вопросов Черненко попросил всех приглашённых покинуть зал заседаний и за закрытыми дверями предложил поговорить о Щёлокове. Сохранилась сделанная Богомоловым протокольная запись. Я приведу её полностью.

 

Николай Щёлоков

 

«О члене ЦК КПСС
Щёлокове Н.А.

ЧЕРНЕНКО. Политбюро поручило Секретариату ЦК рассмотреть вопрос о члене ЦК КПСС Щёлокове, совершённых им проступках и серьёзных ошибках в работе и представить в связи с этим свои предложения в Политбюро ЦК. Все секретари ознакомились с материалами по этому вопросу. Надеюсь, что с ними ознакомился и т. Щёлоков.
ЩЁЛОКОВ. Ознакомился.
ЧЕРНЕНКО. Речь, товарищи, идёт о недостойном поведении члена Центрального Комитета партии, бывшего министра внутренних дел. Какие будут мнения по этому вопросу?
ГОРБАЧЁВ. Важно, на мой взгляд, послушать, как оценивает свои поступки сам т. Щёлоков. Какую оценку даёт он недостаткам в работе и своему поведению.
ЩЁЛОКОВ. Я, конечно, несу ответственность за те недостатки, которые отмечены в записке. С запиской я ознакомлен. Хотя по некоторым эпизодам, приводимым в этой записке, у меня есть уточнения, а в некоторых случаях – несогласие. В частности, я не хотел присваивать себе три автомашины. Когда я имел право ими пользоваться, я пользовался. Когда такого права у меня не стало, я машины сдал. В записке упоминается дело работника милиции Иванова и говорится о том, что я выгораживал Иванова, виновного в организации хищений, и даже дал указание не представлять в прокуратуру необходимых для следствия материалов. В действительности такие материалы пересылаться в прокуратуру не могли, поскольку в них приводятся агентурные данные. Но следователь вполне мог познакомиться с ними в МВД.
В записке говорится о том, что я выгораживал преступников, работавших в Московском цирке. С этим я тоже согласиться не могу. Дело в том, что письмо по этому вопросу было направлено мне как Депутату Верховного Совета СССР и я как депутат направил его на рассмотрение с тем, чтобы не было нарушения законности. А такое нарушение было, т.к. арестованный являлся депутатом и имел депутатскую неприкосновенность. После моего письма он был освобождён из-под ареста на три дня, получено согласие соответствующего Совета на привлечение его к уголовной ответственности, и следствие было продолжено, причём Генеральный прокурор СССР Рекунков сам взялся за его расследование.
Нельзя меня обвинять также за то, что я имел, якобы, девять квартир и держал их для своих знакомых и родственников. Квартиры эти были резервными, явочными квартирами МВД. Ни в одной из них лично я не бывал. В действительности ключ от одной из этих квартир имел мой сын, в связи с тем, что в этой однокомнатной квартире проживала некоторое время мать его жены, тяжело больной человек. Был также случай поселения в такой квартире очень дальнего родственника моей жены.
В записке говорится о том, что я не оплачивал ремонт своей квартиры, что нарушалась смета ремонта, завозились бесплатно мебель, аппаратура и т.д. Могу только сказать, что я оплачивал ту смету, которая мне представлялась и о нарушениях сметы я ничего не знал.
В целом хочу сказать, что главная моя вина заключалась, видимо, в том, что я плохо контролировал работу хозяйственных служб МВД, которые злоупотребляли моим доверием.
В записке говорится о том, что я, якобы, защищал начальника Московского ОРУДа Ноздрякова и не допустил объявления ему выговора на коллегии МВД за имевшие место с его стороны злоупотребления. Могу только сказать, что по этому вопросу мне позвонил т. Рябенко А.Я. и сказал, что выговор объявлять не следует, а можно ограничиться тем, что строго указать Ноздрякову на его недостатки. Так мы и сделали на коллегии. Хочу ещё раз повторить, что чувствую свою вину в том, что я слишком доверился своим хозяйственникам и слабо контролировал их работу.
ЧЕРНЕНКО. Есть вопросы к т. Щёлокову?
ГОРБАЧЁВ. Тут что-то непонятно. Всё, что говорит здесь т. Щёлоков, резко расходится с тем, что указывается в записке.
ЧЕРНЕНКО. Николай Анисимович, Вам, видимо, надо прямо сказать, честно признаться, что Вы запутались в этих вопросах, допустили нечистоплотность и ряд служебных нарушений. В связи с этим давайте тогда послушаем, что может по данному вопросу сказать т. Савинкин.
САВИНКИН (заведующий Отделом административных органов ЦК КПСС). Я ознакомил т. Щёлокова с нашей запиской. Мы разбирались по каждому факту. Могу доложить Секретариату ЦК, что Щёлоков действительно присвоил без наличия на то соответствующего разрешения три подаренных ему машины «Мерседес». Одну машину он записал на сына, вторую – на жену, третью – на дочь. Только под серьёзным нажимом он сдал две из этих машин, а третья так и осталась у его сына. За счёт Министерства внутренних дел Щёлоков начал строить дачу для своего сына на Соколиной горе. Дача, которую он построил в Калининграде для тестя, после смерти тестя была передана жене Щёлокова. О том, что Щёлоков признаёт наличие этих злоупотреблений, говорит уже тот факт, что он после разбирательства вернул государству 116 тысяч рублей.
Особо возмутительным является создание Щёлоковым специального отделения Военторга, которое снабжало семью Щёлокова и шесть-семь приближённых к нему людей. Семья покупала здесь целый ряд дефицитных товаров, включая и такие товары, которые принимались Военторгом к продаже после конфискации контрабанды.
Отдельно хочу сказать о том, что с ведома Щёлокова в 1980 году к его 70-летию был выпущен документальный кинофильм, общая стоимость двух экземпляров которого составила 50 тысяч рублей. Фильм этот имеется и его можно посмотреть. Щёлоков утверждает, что фильм сделан подхалимами. Но дело в том, что сам герой этого фильма давал указания, где можно получить те или иные документальные кадры для него.
Что касается девяти служебных квартир, которые Щёлоков называет резервными, то они действительно использовались только по указанию Щёлокова, причём, от одной из квартир постоянно ключ имел сын Щёлокова, а в другой квартире в течение почти десяти лет проживал портной, вызванный Щёлоковым из Кишинёва, который затем бежал в Израиль.
Таким образом, налицо злоупотребления служебным положением, нарушение норм нашей партийной морали, нетребовательность по отношению к подчинённым, грубые ошибки в работе.
ЧЕРНЕНКО. Что может сказать по этому вопросу т. Густов?
ГУСТОВ. Комиссия партийного контроля неоднократно сталкивалась с делами, которые прекращались или изымались по требованию Щёлокова. Были многочисленные попытки Щёлокова прикрыть те или иные нарушения, которые попадали в поле зрения КПК при ЦК КПСС. Характерный пример – дело начальника Московской автоинспекции Ноздрякова, который, по нашим данным, виновен в получении около 600 взяток. Защищаемый Щёлоковым, он до сих пор остаётся на своей работе. Такого же порядка и дело работника милиции Иванова. Он был осуждён на 7 лет за то, что являлся организатором группы расхитителей, участники которой являлись одновременно агентурой МВД. Под нажимом Щёлокова это дело было прекращено в связи с тем, что, якобы, неправильно было проведено следствие, и Иванов сейчас находится на свободе. А ведь он работал с агентурой милиции, которая сама воровала. Вот эту-то агентуру и прикрывал Щёлоков.

Мы беседовали с т. Щёлоковым более двух часов. Он полностью ознакомлен с актом ревизии. В соответствии с этим актом им лично нанесён ущерб государству в размере 206 тысяч рублей. Свидетельством признания этого ущерба является уже то, что 116 тысяч рублей Щёлоков выплатил. Присвоение трёх автомашин без наличия соответствующего разрешения тоже полностью подтверждено материалами ревизии.
ПОНОМАРЁВ. Да об этом знает вся Москва. А сын Щёлокова до сих пор ездит на подаренном отцом «Мерседесе». Хочется знать также, что случилось с женой Щёлокова.
ГУСТОВ. Она покончила жизнь самоубийством.
ЩЁЛОКОB. Моя супруга страдала нервным заболеванием, связанным с возрастными явлениями. Она покончила с собой на даче, не оставив даже никакой записки.
ЧЕРНЕНКО. Здесь ничего не говорилось о работе Щёлокова. Речь шла только о его личных делах, о его личной нечистоплотности и нечестности. Мы сейчас оставили в стороне те крупные недостатки, которые имелись в служебной деятельности Щёлокова как министра внутренних дел. Вот тут шла речь о специальном отделении Военторга.
ЩЁЛОКОВ. Я о нём ничего не знал.
ЧЕРНЕНКО. Вот он говорит, что ничего не знал. Но быть этого не могло. Без его ведома такие вещи организовать было нельзя. Несомненно, знал он и о кинофильме, который был выпущен к его 70-летию. Подхалимы есть всюду, но их надо уметь охлаждать, убирать от себя.
ДОЛГИХ. Дело, по-моему, в морали коммуниста, в прямом перерождении этого человека.
ЗИМЯНИН. Как только совесть могла позволить делать всё это, я этого не понимаю. Здесь какая-то другая мораль. Вы, т. Щёлоков, не тот человек, за которого мы Вас принимали.
РУСАКОВ. Дело не только в проступках Щёлокова. Дело в том, как он относится к этим проступкам, как он их оценивает.
ЧЕРНЕНКО. Мы не трогали Щёлокова как коммуниста до тех пор, пока не получили акта ревизии. Он был переведён в Министерство обороны, получил солидную пенсию, но акт ревизии показывает, что мы вынуждены рассмотреть поведение Щёлокова под углом зрения его нахождения в нашей партии и в составе Центрального Комитета КПСС. Можно было бы здесь многое говорить, но я хочу предложить принять следующее решение: Секретариат ЦК КПСС считает несовместимым пребывание Щёлокова в составе членов Центрального Комитета партии в связи с совершёнными им проступками и допущенными серьёзными ошибками в работе. Просить Политбюро ЦК КПСС внести данный вопрос на рассмотрение очередного Пленума Центрального Комитета партии.
ГОРБАЧЁВ. Это как минимум. А надо было бы ещё указать на беспринципность и отступление от норм нашей морали и неискренность.
ЩЁЛОКОВ. Исключить меня из партии – это всё равно, что расстрелять. Я прошу оставить меня в партии.
ЧЕРНЕНКО. Центральному Комитету, членам ЦК надо объяснить, что с Щёлоковым, что он совершил. Секретариат ЦК выяснил этот вопрос. О партийности мы сейчас не говорили, с этим вопросом мы спешить не будем.
Прошу высказаться по предлагаемому решению.
СЕКРЕТАРИ ЦК. Надо его поддержать.
ЧЕРНЕНКО. Тогда будем считать это решение принятым и внесём его на рассмотрение Политбюро ЦК КПСС.
Постановление принимается» (РГАНИ, ф. 4, оп. 44, д. 31, лл. 115–120).

Отмечу, что эта протокольная запись развеивает все слухи о том, будто жена Щёлокова стреляла в Андропова и из-за этого 19 февраля 1983 года сама застрелилась.
Что ещё интересного в этой записи? Видно, как люди, которые ещё недавно искали если не дружбы с Щёлоковым, то его благорасположения, посчитали нужным пнуть поверженного льва. Я имею в виду Зимянина, Русакова и некоторых других. Если они были такими честными и бескомпромиссными, почему они никогда не подвергали Щёлокова никакой критике при Брежневе?
Примерно по такому же сценарию через неделю, 5 апреля 1983 года произошёл разбор дела бывшего первого секретаря Краснодарского крайкома партии Сергея Медунова.
Медунов, конечно, не был ангелом. Но даже его недруги признавали, что Кубань при нём поднялась на новый уровень. Вопрос: какой ценой? Медунов использовал не только экономические рычаги. Он нередко вёл себя как диктатор, а это, естественно, немало людей возмущало. Не поэтому ли на Медунова было так много жалоб в ЦК?!
Другой момент. Медунов в какой-то момент превратился в политического тяжеловеса. Его очень ценил Брежнев. В архивах отложилось письмо генсека главному партийному идеологу Суслову, датированное 5 ноября 1973 года. Брежнев предлагал Суслову, учитывая подъём сельского хозяйства, дать высшие награды страны группе руководителей, в том числе бывшему и новому руководителю Кубани. «Присвоить звание Героя Социалистического труда секретарям <…> Краснодарского крайкома (т. Медунов), а также т. Золотухину, так как он долго там работал и проводил основную работу» (РГАНИ, ф. 80, оп. 1, д. 317, л. 38).
Чуть позже Брежнев отправился в Новороссийск вручать городу звезду Героя. Медунов тогда не отходил от генсека ни на шаг. Брежнев был очень впечатлён и, как говорили, решил хозяина Кубани приблизить к себе. В итоге у Медунова появился дополнительный мощный ресурс для решения экономических проблем Краснодарского края.
Но бурная активность краснодарского руководителя сильно раздражала соседей-ставропольцев и их покровителей в Москве. Им не выгодно было усиление позиций Медунова. 4 апреля 1978 года на секретариате ЦК КПСС вопрос о Медунове поднял Кулаков, который перед тем, как стать секретарём ЦК КПСС по сельскому хозяйству, руководил Ставропольской парторганизацией. Он сообщил, что на Медунова поступило очень много жалоб. Однако ведший заседание секретариата ЦК Суслов подробно обсуждать проблему Медунова не захотел. Он сказал: «Я плохо знаю т. Медунова, хотя был на отдыхе в Сочи, но встретился с ним только на аэродроме. Он приезжал провожать меня. Надо с ним, очевидно, серьёзно поговорить» (РГАНИ, ф. 4, оп. 44, д. 21, л. 134). На что секретарь ЦК по кадрам Капитонов заметил, что беседовал с Медуновым, «но он пока что плохо воспринимает те замечания». Соломенцев добавил, что Медунов «неправильно ведёт». Но Суслов тем не менее настоял на том, чтобы с Медуновым секретари ЦК ещё раз поговорили.
Почему Суслов занял выжидательную позицию? Потому что он знал, что к Медунову очень благоволил сам Брежнев? Но это ведь и Кулакову хорошо было известно. Думаю, что Суслов понимал, что вопрос о Медунове Кулаков поднял на секретариате ЦК не потому, что был сильно возмущён диктаторскими замашками хозяина Кубани, а прежде всего из-за того, что Медунов представлял большую угрозу для ставропольского клана.
Здесь стоит добавить, что ни Кулаков, ни кто-либо другой не смог на секретариате ЦК предъявить Медунову обвинения в каких-либо злоупотреблениях и тем более в коррупции. Всё упиралось в основном в сложный характер Медунова. Кстати, кто из руководства Кубани жаловался в Москву на Медунова, потом, как правило, покидал Кубань, но с повышением в должности.
А через несколько месяцев после секретариата ЦК Кулаков вдруг умер. Его смерть до сих пор вызывает много вопросов. Новым же секретарём ЦК по сельскому хозяйству стал руководитель Ставрополья Горбачёв.
Похоже, Горбачёв и его покровители оказались очень мстительными людьми и решили Медунова всё-таки проучить. Но нужен был повод.
На Медунова стали усиленно искать компромат. Но во взяточничестве его никто уличить не смог. И тогда началась плотная работа по районным руководителям Кубани.
Особенно много компромата правоохранители накопали на секретаря Сочинского горкома партии Мёрзлого. Медунов сразу догадался, что кто-то в верхах решил использовать дело Мёрзлого исключительно против него. Защищаясь, он обвинил прокуратуру в незаконных действиях с Мёрзлым. И эта тактика сработала. Летом 1981 года отдел оргпартработы, отдел административных органов ЦК и Комитет партконтроля при ЦК внесли записку о результатах проверки компрометирующих материалов на секретаря Сочинского горкома партии т. Мёрзлого А.Т.». Эта записка 16 июня 1981 года была рассмотрена на заседании секретариата ЦК.
Открывая на секретариате обсуждение этого вопроса, Суслов отметил: «Прокуратура должна довести следствие до конца, виновных нужно наказать. При проверке выявились факты неправильных действий отдельных работников прокуратуры. Надо поправить. Что касается т. Мёрзлого, то им были допущены ошибки и Краснодарский крайком рассмотрел этот вопрос» (РГАНИ, ф. 4, оп. 44, д. 27, л. 153).
Медунов, видимо, воспринял вступительное слово Суслова как поддержку и перешёл на секретариате ЦК в наступление, попытавшись вывести Мёрзлого из-под удара и сделать главными обвиняемыми прокуроров.
Впрочем, совсем остаться белым и пушистым у Медунова не получилось. Уже через год его всё-таки из Краснодара убрали, он стал заместителем в одном из третьеразрядных союзных министерств.
Тут что ещё интересно? Проблемы с законом имели не только руководители некоторых районов Кубани. Во многих районах Ставрополья ситуация была не лучше. И там находилось немало взяточников. Но Москва о них не шумела и слухам о них ходу не давала. Не ставила она районных взяточников в вину и краевому руководству. А вот на Медунова Центр хотел повесить всех собак.
Чем же можно было объяснить эти двойные стандарты? Только одним – борьбой за власть и конкуренцией. Андропову, который уже тогда исподволь примеривался к креслу генсека, был более удобен Горбачёв. А Медунов представлял серьёзную угрозу. Он на каком-то этапе мог помешать реализации амбициозных планов Андропова. Случись что, руководители многих регионов могли бы пойти за Медуновым, а не за людьми из команды Андропова. А это Андропову надо было?!
В интересах Андропова было любыми путями отстранить Медунова от власти. Эту задачу удалось отчасти выполнить летом 1982 года. Заняв же после смерти Брежнева место генсека, Андропов задался целью окончательно добить давнего врага.
Расправа состоялась, повторю, 5 апреля 1983 года на секретариате ЦК КПСС. Приведу протокольную запись того заседания.

Сергей Медунов

 

«О члене ПК КПСС
Медунове С.Ф.

ЧЕРНЕНКО. Политбюро ЦК поручило Секретариату рассмотреть вопрос о члене ЦК КПСС Медунове. С материалами по этому вопросу все товарищи знакомы. По поручению Секретариата И.В. Капитонов беседовал с т. Медуновым и ознакомил его с запиской, подготовленной КПК. Есть какие-нибудь вопросы к т. Медунову? Нет? Тогда всё же послушаем, что может сказать нам т. Медунов.
МЕДУНОВ. Я хотел бы сказать кратко. И.В. Капитонов ознакомил меня с запиской, подписанной т. Пельше. Сейчас, когда наша партия, Политбюро ЦК КПСС проводят огромную работу по руководству развитием экономики и культуры страны, по наведению порядка и дисциплины на всех участках, содержащиеся в записке предложения в отношении меня считаю правильными. Действительно, в Краснодарском крае за последние годы было много правонарушений. Ежегодно в край, где постоянно проживает 5 миллионов населения, приезжают ещё 12 миллионов человек. Они дают 40 процентов от всех совершаемых здесь преступлений. Крайкомом и его бюро были допущены факты неправильного подбора кадров, имелись случаи злоупотреблений и взяточничества со стороны отдельных руководящих партийных и советских работников. Большинство из этих работников были назначены на свои должности до моего избрания первым секретарём крайкома партии. Со стороны крайкома была допущена медлительность в решении вопросов о лишении депутатской неприкосновенности ряда работников, совершивших правонарушения. Всё это верно. Но я 41 год состою в партии, корыстных проступков не допускал, умышленно ничего не делал. Прошу Секретариат ЦК учесть это при рассмотрении вопросов обо мне и моей работе.
ЧЕРНЕНКО. Слово имеет заместитель председателя КПК при ЦК КПСС т. Густов.
ГУСТОВ. Комитет партийного контроля занимался значительным числом вопросов, связанных так или иначе с деятельностью т. Медунова. Дело в том, что в Краснодарском крае в последнее время постоянно росли взяточничество, злоупотребления властью и другие правонарушения. Причём преступность росла главным образом далеко не только за счёт приезжающих в Краснодарский край людей, как это здесь говорил Медунов. КПК выявил более 600 случаев взяточничества, за которые были осуждены 152 человека, 99 человек находятся сейчас под следствием. Взяточничеством были поражены многие работники крайкома, горкомов, исполкомов местных Советов. Бывший секретарь крайкома партии Тарада за счёт взяток и злоупотреблений скопил ценностей на 1 млн.рублей. Эти ценности были спрятаны в канистрах в гараже его водителя на территории Краснодарского края. В ноябре 1980 года А.Я. Пельше информировал т. Медунова о случаях взяточничества со стороны семи партийных и советских работников. В 1981 году в Краснодар выезжал заместитель Генерального прокурора СССР. Он снова рассказал Медунову о многочисленных случаях взяточничества и должностных преступлений. Однако Медунов всеми средствами старался не давать согласия на привлечение этих лиц к уголовной ответственности. Он публично выступил в защиту бывшего секретаря Сочинского горкома партии Мёрзлого и написал письмо в ЦК КПСС о якобы незаконных преследованиях этого человека органами прокуратуры. Беспрецедентно, но факт, что краевой Совет по указанию Медунова несколько раз не давал согласия на привлечение депутата Мёрзлого к уголовной ответственности. Санкцию вынужден был дать Президиум Верховного Совета РСФСР. Одновременно Медунов организовал работу против сотрудников прокуратуры, имея целью оклеветать и дискредитировать их. С его ведома были найдены лица, которые выступили с клеветническими обвинениями в адрес прокурорских работников. Одно из таких лиц, профессиональный вор Чернокондратенко за клевету сейчас осуждён к 7 годам тюремного заключения. КПК полностью отвечает за представленные Секретариату материалы по этому делу. Они объективно показывают подлинное лицо т. Медунова.
МЕДУНОВ. Я с такими резкими заявлениями т .Густова не могу согласиться. Ни одного жулика я не брал под защиту. О Чернокондратенко, который клеветал на прокуратуру, я ничего не знал. Мы не задерживали умышленно дачу согласия на аресты, просто мы в крайкоме старались разобраться во всём. Следствие же велось во многих отношениях неправильно. Прокуратура СССР отстранила от ведения следствия местную прокуратуру и милицию. Крайком о многих фактах и выводах не ставился прокуратурой в известность. Заместитель Генерального прокурора СССР Найдёнов приезжал ко мне. Он сказал, что к нашему работнику Шилину у него никаких претензий нет. Поэтому я и не давал согласия на привлечение Шилина к ответственности.
Что касается Мёрзлого, то в его деле разбиралась комиссия ЦК КПСС и не нашла ничего предосудительного. Мы вынуждены были сами обращаться в Президиум Верховного Совета РСФСР в связи с тем, что крайком был отстранён от разбора дел местных работников. Больше того, прокуроры в большинстве случаев беседовали не со мной, а с Гавриленко – секретарём Сочинского горкома. В связи с делом Мёрзлого я действительно написал письмо в ЦК КПСС, поскольку я многого о нём не знал. Но есть десятки примеров, когда я сам лично решительно боролся с преступниками, выявлял преступления и преследовал взяточников. Преступность в крае росла, конечно, не только за счёт приезжих. К ней были причастны и местные жители. Но никого я не укрывал и не защищал. Были ошибки, были просчёты, упущения, но умысла у меня не было. Мы находились в сложных условиях, но крайком не мог заниматься только этими делами. Проводилась большая работа по развитию сельского хозяйства, промышленности, социально-культурному строительству. Что же касается поощрения преступников, то я сознательно ничего не делал.
КАПИТОНОВ. Я беседовал с Сергеем Фёдоровичем Медуновым. Вначале он здесь давал правильную оценку своим поступкам. Это действительно грубейшие нарушения. Сейчас же он начал вилять, размениваться на мелочи. А речь идёт не о частностях, не об отдельных случаях, а о целых явлениях, о крупных упущениях, в которых виновен т. Медунов. Чего ты, Сергей Фёдорович, сейчас оправдываешься. Попустительство преступникам было. Это точно. И недаром Президиум Верховного Совета РСФСР вынужден был вмешиваться во все ваши дела.
ДОЛГИХ. Каждый из нас достаточно хорошо помнит, что происходило здесь на Секретариате ЦК, и как Вы, т. Медунов, здесь выступали. Ведь тогда складывалось впечатление, что всё обстоит не так, что во всём виноваты прокурорские работники. А всё оказалось как раз наоборот.
МЕДУНОВ. Я всё же прошу понять моё положение.

ЧЕРНЕНКО. Мы-то понимаем Ваше положение, а Вы-то почему не понимаете своё положение. Вам было оказано величайшее доверие. Вы были избраны первым секретарём крайкома, членом Центрального Комитета партии. И этим огромным доверием Вы не дорожили. Где-то грехопадение у Вас, Сергей Фёдорович, всё же произошло.
Конечно, сам Медунов не взяточник. Когда мы его посылали работать в Краснодарский край, мы ему доверяли, верили в его честность. Но жизнь сама по себе ставит много вопросов. Где-то он оступился, оступился и не одумался. Потом, расхрабрившись, он пришёл в Секретариат ЦК выступать против прокуратуры, защищать своих взяточников. Шестьсот взяток за три года в одной только организации. Ведь это страшнее любого невыполнения плана. И всё это произошло благодаря попустительству бюро крайкома и в первую очередь Медунова. Всё дело в сумме фактов, а не в отдельных правонарушениях. Речь идёт не об одном Мёрзлом, речь идёт о группе преступников. То что Вы восстали против прокуратуры, не делает Вам чести. Ведь не могло быть 600 ошибок, 600 промашек прокурорских работников, выявивших факты взяточничества. Ты, Сергей Фёдорович, не уловил этого момента, и в этом твоя огромная вина.
Есть ли ещё желающие выступить по этому вопросу? Если нет, то вносится предложение принять такое решение: считать несовместимым пребывание т. Медунова в составе членов Центрального Комитета КПСС в связи с допущенными им серьёзными ошибками в работе. Просить Политбюро внести этот вопрос на рассмотрение очередного Пленума ЦК партии.
И очень важно, товарищи, чтобы из этого факта были сделаны выводы всеми нашими партийными комитетами, партийными работниками любых рангов.
СЕКРЕТАРИ ЦК. Поддерживаем предложение.
Постановление принимается» (РГАНИ, ф. 4, оп. 44, д. 31, лл. 134–137).

Что было потом? Через два с половиной месяца, в июне 1983 года Щёлоков и Медунов были выведены из состава ЦК КПСС. А через год Щёлокова начали тягать на допросы в прокуратуру. Кончилось всё тем, что 13 декабря 1984 года Щёлоков покончил жизнь самоубийством. Медунов же стреляться не стал. Он прожил после этого ещё 15 лет. Похороны проходили очень скромно. Выяснилось, что никакого состояния он не имел. Это к вопросу, брал ли он взятки.
Что ещё? Наше общество тоже оказалось хорошо. Несколько лет оно смаковало брошенные ему Андроповым кости, на все лады обсуждая Щёлокова и Медунова. Но разве эти две громкие истории искоренили в стране зло? Система-то не изменилась. Всё стало намного хуже.

5 комментариев на «“ИЛЛЮЗИЯ БОРЬБЫ С КОРРУПЦИЕЙ”»

  1. Как командир комсомольского оперативного отряда одного из районов Ленинграда, 10 лет работал на данной не освобожденной должности, будучи по профессии психологом. Это было во времена деятельности указанных лиц.
    Осмысляя прошедшее, видишь развитие общества, особенно, когда Андропов Ю.В. запретил комсомольские оперативные отряды, как школу романтиков коммунизма. Потому что движение стало общесоюзным под 2 млн. человек во главе с генералом. Мы многое знали и на общегородских собраниях высказывались о противоречиях идеологической практики, потворствующей обуржуазиванию партийной номенклатуры и бездействия правоохранительный органов. Так что понимание информационно-психологической войны уже созрело, она действовала во всей стране — СССР и странах СЭВ. Поэтому и разгромили реальных конкурентов псевдо- коммунистов. Читайте историю Китая «Восстание белых и красных повязок»,
    запрещенную у нас до сих пор!

  2. Как же читать, если эта история у нас запрещена, а скорее всего, просто не переведена и не имеет коммерческой перспективы?

  3. Очень своевременный материал, подготовленный В. Огрызко. Может тогда и книгу тогда по этим мотивам написать? Историю свою надо знать и учиться на ошибках прошлого.

  4. ЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ-ФСБ является филиалом британской тайной полиции. Равно как и СССР-РФ представляет собой криптоколонию Англии.
    Андропов просто британская шестерка. Такой же смотрящий как и его предшественник.
    Удивительно, но российская интеллигенция не знает таких элементарных фактов. Стыд и срам!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *