Мозг, секс, смерть

Рубрика в газете: Сплошные риски, № 2020 / 48, 23.12.2020, автор: Руслан КНЯЗЕВ

Книжный рынок страдает. Наши авторы часто об этом пишут, приводя весомые и справедливые аргументы, подкреплённые ссылками на новости из литературной среды России. Критике подвергаются стоящие особняком, избранные издательства, которые правят рынком книг; человек – это то, что он читает, и раз литературную нишу занял монополист, то все мы так или иначе будем зависеть от его интересов. Казалось бы, где можно найти настоящее, независимое издательство? Оказывается, ответ прост: в Санкт-Петербурге существует молодое издательство «Князев и Мисюк», которое издаёт прозу современных авторов в красивых обложках на старинный европейский манер. Мы решили разобраться, может ли издательство действительно быть независимым, что это вообще такое – «независимость», и связались с его главой Русланом Князевым.


 

Руслан КНЯЗЕВ

– Какова цель и миссия вашего издательства?
– Мы стараемся вернуть вкус к книге – той самой, которую заново изобрели типографы времён движения private press, частных книгопечатен. Они появились в конце XIX века в Англии по образцу издательства Kelmscott Press, основанного художником Уильямом Моррисом, расплодились по всему миру и просуществовали, как принято считать, до прихода нацистов к власти в Германии. С эстетической стороны Моррис занимался реконструкцией книги рубежа XIV и XV веков: без излишеств в типографике, с применением ксилографии и высокой печати на бумаге ручного литья. При этом он хотел, чтобы такая книга была доступна не только богачам (с этим вышло так себе). Также и мы, трепетно и профессионально подходим к оформлению текстов. Естественным путём вышло так, что так оформлять разумнее всего художественную литературу, и мы сконцентрировались на ней. Наша цель: издавать малоизвестных авторов, штурмующих лонг-листы премий. Или даже не знающих об их существовании – авторов с периферии. Классика тоже скоро появится в нашем портфеле.
– Может ли книгоиздательство быть независимым в наше нелёгкое время?
– Раз есть независимые книжные, то есть и независимые издательства. Здесь вопрос исключительно в деньгах и ресурсах: понятно, что крупные компании могут себе позволить более качественную полиграфию за рубежом и именитых авторов.
– Как относитесь к современной литературе? Каковы актуальные тенденции, что ожидает писателей, читателей и издателей в будущем?
– Не могу сказать, что я очень хорошо разбираюсь в современной литературе: читаю в основном классику и специальную литературу по ремеслу. Естественно, пробегаю глазами тексты, которые нам присылают авторы или советуют редакторы. Слежу за премиями по мере своих возможностей, но вообще стараюсь не вовлекаться в какие бы то ни были литературные тусовки. Мне кажется, проза – устоявшийся жанр (если брать широко) со своими канонами. И через 50 лет мы будем читать примерно те же тексты, хоть и более современные, с другой лексикой и структурой предложений. Литература – это же гуманитарная сфера, а человек не меняется вот уже сколько тысяч лет.
– Все мы давно привыкли, что книжки с картинками – для детей. Так ли это?
– Важно понимать, что это за картинки. «Мёртвые души» Гоголя – недетская книга, однако сколько художников работали над иллюстрациями к ней! Или, к примеру, «Медный всадник» Пушкина: я сразу представляю себе издание с картинками Бенуа. Иллюстрации должны быть уместны: они должны сообщать читателю что-то помимо интерпретации текста, открывать отдельный мир. А также, естественно, существовать в гармонии с полосой набора и цветом текста.
– У писателя своё представление об «идеальном тексте», у издателя – своё. Как найти компромисс?
– Понятно, что писатель как никто другой разбирается в литературе (хотя бы в своих текстах), а издатель – в организации процесса издания. Поэтому важно выполнить первое условие: найти своего автора. И второе последует само собой: довериться ему. Доводить текст до совершенства – это общая работа автора и редактора. Издатель, со своей стороны, должен так подобрать людей для проекта, чтобы они могли работать в связке. Конечно, бывают разные ситуации и недопонимания. Но в целом, каждый должен выполнять свою работу.
– Многие книги, напечатанные сотни лет назад, до сих пор можно читать. А что ждёт современные книги, которые печатают по совсем другим технологиям?
– Это правда, что нынешние книги в среднем живут гораздо меньше, чем старые. Но ведь и значение книги изменилось: раньше она была чуть ли не единственным источником знаний, поэтому её делали на века. Сегодня книга – это одно из возможных медиа, причём не самое популярное. Но у неё появилась новая роль: книга стала объектом дизайна, иной раз даже фетишем, элементом интерьера. Однако опыт чтения всё же невозможно заменить каким-то другим – например, просмотром видео на YouTube. Это разные опыты. Наш век хорош тем, что каждый может выбрать для себя подходящее медиа для саморазвития. Нет ничего страшного, что чтение подходит не всем.
– Чем продиктована внезапная популярность нон-фикшна? Умрёт ли художественная литература, или она выстоит в борьбе?
– Сужу как неспециалист: у нон-фикшна есть ряд преимуществ перед прозой. Например, тема с широким охватом аудитории (мозг, секс, смерть), остроактуальность (всевозможная публицистика на повестке дня), работа с языком на другом, менее художественном уровне. К тому же, чтение нон-фикшна дарит иллюзию, что после того, как читатель захлопнет книгу, он начнёт разбираться в этой теме. А с художественной литературой легко промахнуться: заплатить те же деньги, а выбрать книгу не по вкусу или просто плохо написанную. Сплошные риски.
– В XXI веке картинка совсем выдавила слово, или у литературы ещё есть шансы на выживание?
– Как я сказал выше, это просто разные медиа. Постмодернисты заявили, что всё – текст, и любая картинка содержит «месседж» (привет Маклюэну!). В этом я с ними согласен. Но, если мы говорим об искусстве, то художественный образ в тексте – это одно, а в рисунке – то же самое, но из параллельного мира. Эти образы не пересекаются, чтобы их обнаружить, высечь из камня, потребуются разные оптики и инструменты. Как в тексте может быть достигнут уровень абстракции, недоступный живописи, так и в изобразительном искусстве есть вещи, совершенно неописуемые. Главное – на месте не стоять, а развиваться и что-то делать.

Вопросы задавал Александр РЯЗАНЦЕВ

Один комментарий на «“Мозг, секс, смерть”»

  1. Я бы хотела обложку резко привлекающую внимание!
    Нужны ставить завлекающие капканы для читателя – в подзаголовках, в анонсах…
    Анонс нужен интригующий — не в три строчки, а в полстраницы…
    Заставьте читателя поверить, что эту книгу нужно обязательно прочитать
    Нужен очень-очень хороший, просто шедевральный фотопортрет автора
    Нужна Биография автора – прописать все самое главное объемом в страницу
    Не хочется приносить домой книгу автора с банальной биографией
    Нужно обязательно указать все географические точки, где жил автор
    Нужна Библиография уже написанного автором
    Нужно Обращение автора к читателю
    Издатели заставляйте автора особо привлекательно прописывать Первую страницу (Начало) своих произведений
    Нужен электронный адрес автора для читателя, отвечать автор не обязан, но читатель должен иметь возможность высказаться…
    Ненавижу, когда кроме имени автора (и то поди псевдонима) о нем ничего нет на книге
    Избавьте читателя от текста сплошняком, делайте хоть какие-то разбивочки…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *