НА ВОРЕ И ШАПКА ГОРИТ

или Кто и почему истерит в Росархиве?

Рубрика в газете: Пора отвечать, № 2019 / 6, 15.02.2019

Это стало уже аксиомой: Росархив демонстрирует беспрецедентную открытость перед Западом, одновременно ужесточая санкции против отечественных исследователей. Беззаконие стало нормой, к примеру, для РГАНИ и РГАЛИ. Как долго это будет продолжаться и когда, наконец, нашим исследователям в федеральных архивах создадут нормальные условия для работы, попытался выяснить главный редактор «ЛР» Вячеслав Огрызко у заместителя руководителя Росархива Андрея Юрасова. Встреча состоялась 8 февраля. Но она просто поразила: руководство ведомства вдруг ударилось в истерику. Почему же архивные чиновники сорвались на базарный стиль? Или, как в таких случаях говорят, на воре и шапка горит?
Начнём с того, что заместитель руководителя Росархива Андрей Юрасов почему-то упорно на встречу с исследователями никогда не приглашает главных нарушителей федерального законодательства директоров архивов Наталью Томилину и Татьяну Горяеву, а, как правило, зовёт только двух-трёх сотрудников центрального аппарата, которые уже не раз были замечены не просто в отписках, а в своей некомпетентности. Вот и на этот раз Юрасов позвал не единожды испытанного функционера Татьяну Занину. Эта дамочка никогда не утруждала себя глубоким изучением обращений. Так, в прошлом году вместо того, чтобы дать правовую оценку действиям Горяевой, предложила исследователям перечитать какие-то интервью. Это, видимо, ноу-хау Росархива: весь тот беспредел, который творится в РГАЛИ, оправдывать какими-то интервью. И, что ещё более странно, свой невразумительный ответ Занина посчитала необходимым отправить на бланке руководителя Росархива! Но разве это не есть присвоение чужих полномочий? До сих пор Занина была всего лишь заместителем начальника управления в Росархиве, а в какой-то момент, как видим, возомнила себя руководителем Федерального архивного агентства. Получается, у нас объявилась новая самозванка.
Соответственно, увидев Занину на приёме у Юрасова, главный редактор «ЛР», продемонстрировав собравшимся оригинал одного из писем Заниной на бланке руководителя Росархива, поинтересовался, кто на данном приёме выполняет функции реального руководства Росархива, а кто попал в зал заседаний коллегии Росархива в качестве фальшивого начальника ведомства? (Чтобы было понятно, кому имело смысл задавать вопросы, а кого стоило воспринимать лишь в качестве стенографиста.)
Надо было видеть, как этот невинный вопрос взбесил Юрасова! Он сорвался на крик, потребовав прекратить оскорблять приглашённых им на встречу сотрудников аппарата Росархива. Но, помилуйте, никто никого и не хотел оскорблять. Если кто кого и оскорбляет, то это архивные чиновники – наших исследователей. Вот только один пример. С декабря месяца прошлого года никто ни в РГАНИ, ни в Росархиве до сих пор не может объяснить, почему уличённые в постоянных нарушениях действующего законодательства сотрудники выдают документы, на которых фамилии исследователей сознательно обводятся в жирную траурную рамочку. Создаётся жуткое впечатление, что руководство РГАНИ действует по принципу: нет человека – нет проблемы. Понятно, что оно ждёт не дождётся, когда сдохнут неугодные пользователи архивов. Но исследователи, к неудовольствию сотрудников РГАНИ, оказались очень живучими. Здесь очевидны не просто элементарные невоспитанность и хамство руководства РГАНИ, но налицо и признаки преступления. И как уже второй месяц на это реагирует архивное ведомство? Начальник профильного управления Росархива А.Ефименко даже разбираться в этом беспределе не стал. Он лишь проинформировал сообщество о том, что, по словам руководства РГАНИ, «данный вопрос уже урегулирован». Простите, но когда и кем конкретно этот вопрос был урегулирован? Руководство РГАНИ даже никаких извинений не принесло исследователям за то, что его сотрудники живых людей отправляют к праотцам! Судя по всему, не стоит ждать, чтобы этим беспределом обеспокоилось и руководство Росархива. Ведь с чего началась встреча Юрасова и Огрызко? С криков Юрасова: не сметь оскорблять фальшивую руководительницу ведомства – Занину!
Тут надо напомнить что вообще-то связка Юрасов – Занина образовалась лет восемь назад. Эта связка должна была отстаивать права исследователей. Но вместо этого Занина и Юрасов все эти годы закрывали глаза на вопиющие нарушения в РГАНИ. При Заниной исследователи много лет не могли получить доступ к рассекреченным фондам Хрущёва, Брежнева, Суслова, Андропова и Черненко. При Заниной скрывалось наличие в РГАНИ фондов Ильичёва, Маленкова, Пельше и других руководителей КПСС. При Заниной в РГАНИ был установлен для исследователей потолок на заказ ксероксов (не более ста листов в год). При Заниной в РГАНИ отдельно брали плату за то, что микроплёнки подкладывали под ксероксы. При Заниной все оплаченные квитанции по требованию безграмотного главбуха РГАНИ забирали у исследователей, и люди оставались без документов, подтверждающих, что они заплатили за услуги огромные деньги. При Заниной американцам отдавались выявленные нашими историками для российских сборников архивные материалы, в том числе об убийстве Кирова. При Заниной целые комплекты документов специально рассекречивались для Запада, при этом не выдавались отечественным историкам. Но Юрасова это очень даже устраивало. Понятно, почему он теперь взбесился. Ведь кто столько лет покрывал бездеятельность Заниной? Юрасов. Значит, гнать из Росархива в первую очередь следует не Занину, а его самого.
Не ему ли, Юрасову, год назад Горяева направляла копии своих писем, в которых, по сути, сообщала о своих незаконных действиях? Ему. А он что? Закрывал на всё глаза. Другими словами, получалось, что Юрасов сознательно одобрял беззакония в РГАЛИ. Но пора уже и ответить ему за этот беспредел.
Весьма экстравагантно реагировал Юрасов на встрече с главредом «ЛР» и на те факты беззакония, которые ему привёл Огрызко. Не сдерживая своего гнева, Юрасов то и дело срывался на крик и возмущался: «Сколько раз можно повторять, что РГАНИ по сути является иностранным агентом?!» Чиновник кричал, что он не может в рабочее время так долго слушать этот тезис. Но простите, исследователи явились к нему не в выходные, а действительно в рабочее время и именно в те часы, которые по регламенту отведены для приёма граждан. И если приём граждан является для Юрасова не работой, а лишь каким-то кошмаром, то значит, человек сидит не на своём месте. Выходит, народ для него – всего лишь какая-то вошь. Это первое.
Второе. Вопрос об иностранных агентах – это не тезис или какая-то пустая декларация, а явь. Но чтобы до Юрасова эта мысль наконец-то дошла, понятно, её надо было подкрепить конкретными примерами. А поскольку таких примеров накопилось не один и не два, потребовалось привести с десяток весомых аргументов, поэтому описанию каждого примера предшествовала обязательная оговорка – что всё это надо рассматривать в контексте вопроса о том, является ли руководство РГАНИ и Росархива иностранными агентами, действующими в ущерб интересам отечественных исследователей. Но Юрасову слушать такое оказалось невмоготу. Поэтому с ним и случилась истерика.
Впрочем, в последнее время истерит не один Юрасов. Истерят и в руководстве РГАНИ. Наталья Томилина, к примеру, категорически отказывается встречаться с исследователями. Как огня боится общения и заведующая одним из отделов РГАНИ Ирина Казарина. А что ей говорить, если её личико всё в пуху. Судите сами. Она с утра до вечера гонит одну халтуру, выпуская идиотские (других слов не нахожу) сборники (чего лишь стоит выпущенная при её участии книга документов о футболе, в которой наша госпожа, видимо, ни черта не смыслит). Ей, может, стоило бы перейти на должность младшего научного сотрудника в отдел публикаций. Но нет же, госпожа хочет и за архивные коммуникации отвечать. А как она отвечает?! Я в одном из листов использования архивных дел нашёл интересную пометку за 2013 год, в которой сообщалось, что Казарина работала с этим делом в целях подготовки очередного сборника документов. Между тем это дело межведомственная комиссия рассекретила лишь в 2018 году. Интересно, а мне в РГАНИ сегодня выдадут для отбора материалов для моих книг дела, которые находятся на секретном хранении? Или в РГАНИ делают исключения лишь для Казариной?
Ещё один пример. В РГАНИ стало модой фальсифицировать в документах подписи исследователей. Это же уголовщина! А как на это отреагировало архивное начальство? Некий А.Ефименко из Росархива сослался на разъяснения Томилиной и её заместителя Прозуменщикова, что всё нормально: мол, надо лучше вчитываться в документы, ибо там не просто стоят подделки, а есть ещё словечко «за». Простите, а кто сотрудникам РГАНИ в графах «подпись исследователя» позволил ставить свои каракули с припиской «за»? Им что – были выданы нотариальные доверенности?
Я неспроста завёл разговор о фальсификациях. В прошлом году директор РГАЛИ Горяева отказалась принимать какие-либо требования на выдачу ряда дел о классике казахской литературы М.Ауэзове, потребовав предоставить ей соответствующие документы от наследников художника. Хотя в тех делах никакой конфиденциальной информации или чьих-то персональных данных, требующих разрешений наследников, не содержалось. Более того, в листах использования тех дел уже стояли росписи Неустроева и Антипиной. Почему же им Горяева выдавала эти дела без разрешения наследников Ауэзова? Так вот: Горяевой недостаточно было ни звонков наследников, ни электронных писем, ни даже копий доверенностей. Она требовала только оригинал нотариально заверенной доверенности. А тут что случилось? Почему Росархив разрешил сотрудникам РГАНИ фальсифицировать чужие подписи, ставя приставки «за»?
Во время встречи Юрасова с главредом «ЛР» со стороны Огрызко прозвучало несколько конкретных вопросов: в частности, должна ли директор РГАНИ Томилина, заключая с исследователями договоры на оказание платных услуг, закреплять свою драгоценную подпись печатью? Казалось бы, чего проще: ответить «да» или «нет». Но присутствовавший на этой встрече руководитель юридической службы ведомства предпочёл уйти в тень. Сложилось впечатление, что главный юрист архивного ведомства сам ничего не знает, чувствует себя неуверенно и цепляется за любую ниточку, чтобы увести попавшихся на фактах нарушения законов архивистов от любой ответственности. Вместо конкретного ответа прозвучало, что Росархив, дескать, на всё даст ответы через месяц. Но такой ход руководство Росархива демонстрирует уже не первый раз.
Помнится, 21 декабря другой заместитель руководителя Росархива Олег Наумов, лично ведший стенограмму встречи с Огрызко, по итогам разговора отметил, что он зафиксировал 27 вопросов, на каждый из которых в течение месяца обязательно даст письменный ответ. Однако в реальности Наумов не ответил даже на половину из 27 заданных ему вопросов. Впрочем, может быть, я чего-то не понимаю – и г-н Наумов, как и Занина, тоже какой-нибудь фальшивый руководитель? Или он из тех руководителей, которые за всё переживают, но ни за что не отвечают?
В конце встречи Огрызко поинтересовался у Юрасова, какое конкретно управление в Администрации Президента РФ курирует Росархив и к кому конкретно в АП можно обратиться по вопросу тех издевательств, которые руководство Росархива постоянно устраивает над исследователями. Но Юрасов и здесь выкрутился. Он так и не назвал ни управление, ни конкретных имён своих руководителей в Администрации Президента, заявив только, что Росархив подотчётен только одному человеку – нашему Президенту. Возникает вопрос: а знает ли президент нашей страны о том беспределе, который творится в нашем архиве, или его никто об этом не информирует?
И последнее. На выходе из Росархива охраняющие здание офицеры Росгвардии поинтересовались у Огрызко, удалось ли хоть что-то решить? Эти офицеры ведь тоже не слепые и замечают многое из того, что происходит как в РГАНИ, так и в Росархиве. Другое дело, что они уже давно поняли, в чём корень многих проблем. Офицеры Росгвардии прямо говорят: РГАНИ – ведь это клондайк для западных университетов, и вы хотите, чтобы наши начальнички упустили этот клондайк и за просто так отдали его отечественным исследователям? Конечно, они будут всячески отодвигать наших историков от уникальных архивных дел и готовить все эти материалы для первоочерёдного использования западными специалистами. Это ведь огромные деньги. И какой начальничек упустит такую возможность? Именно так офицеры Росгвардии объясняют, почему РГАНИ продолжает управлять восьмидесятилетняя старушка и почему руководство Росархива бережёт эту бабушку, не отправляя её на пенсию. Уберёшь ненароком такую бабушку – и в раз можешь остаться без кормушки!
Но сколько верёвочке ни виться, рано или поздно ей приходит конец. Юрасов – он ведь не дурак – всё это понимает, предотвратить скорый разбор полётов ему уже вряд ли удастся, вот он и срывается на истерику, выгораживая от ответственности всех тех людей из своей команды, которые годами способствовали и даже поощряли произвол в архивной отрасли.

Один комментарий на «“НА ВОРЕ И ШАПКА ГОРИТ”»

  1. Вопрос остро необходимо ставить о Росархиве перед компетентными органами — Генпрокуратурой, ФСБ и соответствующим поразделением Администрации. Дело слишком серьезное. Пока остается нынешнее руководство архивы погибнут. Архивы российские надо спасать!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *