Жизнь в этом Союзе еле-еле теплится

Рубрика в газете: Наша анкета, № 2020 / 16, 30.04.2020, автор: Елена ИВАНОВА (Станица ЕССЕНТУКСКАЯ, Ставропольский край)

1) Два года назад новым руководителем Союза писателей России стал Николай Иванов. Удалось ли за это время переломить негативное отношение общества к СПР? Или всё стало ещё хуже? Иванов показал себя как лидер или как аутсайдер?
2) Что-то ещё может реанимировать Союз писателей? Или этой организации уже ничто не поможет, и она обречена?
3) Так нужен ли в нынешних условиях Союз писателей вообще в том или ином виде? Или надобность в нём давно пропала?


Елена ИВАНОВА,
член Союза писателей СССР, ныне России,
с 1977 года

Мне хотелось бы начать отвечать на вопросы анкеты, идя от конца к началу – так логичнее выстроится ход моих рассуждений.

3) …Вот только что позвонил Александр Иванович Куприн, председатель нашей Ставропольской краевой организации СПР – поздравил с Воскресением Христовым. Похристосовались заочно. Простое дело человеческое, но приятно. Напомнил тем самым наш руководитель, что я, хоть и живу вроде как по-отшельнически, но всё-таки иду в одной шеренге вместе со своими собратьями по литературному труду. И иногда у них бывает надобность во мне. Вот, к примеру, в конце прошлого года обратились один за другим три автора, не члены СПР, попросили написать отзыв на их пока ещё не изданные книги – написала. Тут надо кое-что пояснить.

У нас, на Ставрополье, уже несколько лет подряд, под эгидой министерства культуры Ставропольского края выпускаются по особой программе книги, финансируемые из краевого бюджета: проза, поэзия, культурология и т.д. На конкурсной основе. Кто оценит содержание рукописей, достойны ли они быть напечатанными массовым тиражом (хотя бы и не таким великим – до 1000 экземпляров)? Логично, что по условиям конкурса автор должен представить две рецензии от членов СП. Не будет же чиновник министерства, назначенный курировать весь довольно сложный издательский процесс, сам определять, кого издавать, это же не его функция. А не было бы писательской организации, куда обращаться? Конечно, и учёные-филологи входят в экспертный совет, и журналисты. Но без писателя, который десятки лет отдал литературному труду и может судить профессионально о содержании той или иной авторской заявки, тут никак не обойтись.

И это только один пример «нужности» Союза писателей.

Хочу возразить тому участнику дискуссии, который призывает писателей уповать на самого себя в делах, касающихся издания книг, и не жаловаться, что приходится добывать средства на пропитание самого себя и своей семьи. Это отдельная тема, требующая развёрнутого рассмотрения. Ограничусь только тем, что замечу: впервые за годы существования нашего государства, как дореволюционного, так и пореволюционного периода, вплоть до перестройки, писатель не получает вознаграждения за свой труд. Это же нонсенс! Как будто этот труд сам по себе ничего не стоит, а так, блажь чудаков, стебанутых пыльным мешком из-за угла.

Положение же таково, что для обеспечения хотя бы более-менее сносного уровня жизни, при нынешних-то низких зарплатах (по Ставропольскому краю в среднем 12-15 тысяч р.) писатель все силы должен отдавать подённой работе. А когда же писать? Ещё приходится удивляться, как они, мои собратья, умудряются всё же это совмещать, когда «в одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань». В этих условиях хорошим подспорьем может стать стипендия, которая учреждена у нас в крае правительством в поддержку деятелям литературы и искусства, но эта поддержка перепадает на долю каждого члена писательской организации так же редко, как редко поит песчаные барханы дождь в пустыне.
А ещё вспомним, какая в советское время повсеместно, как в столице, так и в низовых организациях, шла большая работа с литературной молодёжью. Ничего этого сейчас нет, поскольку условий нет для такого размаха. А если есть, то что это за семинары? Один знакомый мне молодой поэт побывал на подобной тусовке, поделился неизгладимым впечатлением: «Не оценили. Говорят, у тебя ничего нет по-матерному».

Можно и ещё много чего сказать в защиту Союза писателей, но, насколько я поняла, у нас, рядовых писателей, спрашивают их мнения, а не доказательств, почему они так думают.

Союз писателей, как творческая организация, конечно же, нужен, но не в таком состоянии, когда жизнь в нём еле теплится. Что-то где-то всплеснётся, как рыба в час заката на пруду, и снова тишь… Перехожу ко второму вопросу анкеты.

2) Реанимировать Союз писателей нужно и можно, но это произойдёт только в том случае, если государство будет заинтересовано в нас, тогда как сегодня оно как бы сбросило писателей «с корабля современности». А ведь Слово центрично, на его основании построены многие виды искусства, и воспитание человека как достойного гражданина без хороших книг весьма затруднительно. Почему же мы оказались за бортом государственной социальной политики?

А вы представьте себе, что правительство наконец-то решило задействовать нас, духовное воинство, окормляющее Словом человеческие умы и души. Каким образом это сделать? Их же нынче столько, этих творческих союзов, ассоциаций всяких – уму непостижимо! А я думаю так: если камень откололся от скалы и покатился прочь в только ему ведомом и желательном направлении, следует ли скале бежать за камнем? Покатился – пусть и дальше катится! Я это к тому говорю, что восприемником Союза писателей СССР следует, конечно же, считать Союз писателей России. С ним и должно, на мой взгляд, сотрудничать правительство РФ. И ведь президент наш, Владимир Владимирович Путин прав, когда говорит: «Вы там у себя разберитесь, кто у вас писатели, а кто нет». Ну, я, может не дословно цитирую его высказывание, но близко к тексту.

Знаю, кому-то покажется обидным то, что я сейчас скажу – уж извините! – но к нынешнему СПР больше подходит аббревиатура: СНПР. Почему? Расшифрую: Союз НедоПисателей России. Боже мой, каких только случайных для литературы людей не пришло за годы начиная с распада СССР в наш творческий союз, который уже поэтому нельзя сопровождать таковым эпитетом! Критерии при приёме опустились, что называется, ниже плинтуса. Порой смотришь на престарелого соискателя привлекательного для него звания, мечта заполучить которое у него зародилась от нечего делать, когда удалился от трудов подённых на пенсию, и думаешь: как же человеку хочется, чтобы над его надгробием значилось: имярек, член союза писателей России. Не могу не вспомнить без чувства мучительного стыда – не за себя, а за одного такого вот человека, который буквально слёзно умолял меня дать ему рекомендацию: «Хотите, я на колени встану?» Ужас! Это же чёрт знает что такое! А ведь прорвался упорный товарищ к своей цели! И таких – пруд пруди.

Для того, чтобы вызрели кристаллы, нужна определённая среда. Творческий союз и должен быть такой средой для вызревания талантов. А если среда такова, что с души воротит, что я, как творческая единица, могу получить от неё?

Если по-хорошему, нужна переаттестация всех тех авторов, которые пополнили СП за годы начиная с распада СССР по самый нынешний день. Работа приёмной комиссии должна быть выведена на уровень профессионального, ответственного и неподкупного коллегиального органа. Тут надо бы правлению очень хорошо подумать, как эту работу организовать, кого приставить к такому наиважнейшему и наисерьёзнейшему делу. Ведь видно же невооружённым взглядом уже по тому, кто пополняет ряды писательского сообщества, что этот орган функционирует из рук вон плохо.

Знаю заранее, конечно же, моя идея о переаттестации будет признана бредовой, утопической, делом неосуществимым. В таком случае правлению надо хотя бы принять срочные меры к наведению порядка в процедуре приёма в СП новых членов, приняв за точку отсчёта нынешний день.

Необходимо поставить заслон блату, подкупу (что всё это имеет место, не надо доказывать – оно по определению предполагается само собой, поскольку общий уровень нравственности в нашем обществе пал ниже низкого), надо закрыть всякие лазейки для бездарностей, поднять планку «допуска» на достаточно высокий уровень. И строго спрашивать с тех, кто уже заполучил это высокое звание, если он позорит его. А то мы дошли до того, что пошлость и безнравственность тиражируется за счёт Литфонда да ещё создатели её и награждаются, продвигаются по всем ступеням общественного признания, получают огромные суммы от Литфонда на поправку здоровья, растраченного по кабакам и борделям. Не стану тут разъяснять что к чему, просто отошлю не согласного с моим утверждением к моей статье, размещённой на сайте «Литературной России» под названием «Разделённый прочно и навечно». Вы скажете, речь-то идёт о единичном случае, зачем же я обобщаю, употребляя множественное число. Да кому ж не понятно, что в целом выстроилась порочная система! И то обстоятельство, что на эту вопиющую по своей обличительной сути статью нет решительно ни от кого отклика, осуждающего таковое положение вещей, уже говорит само за себя: нашим писателям «всё по фиг»! А я так думаю, что уже пора вводить СУД ЧЕСТИ, если мы хотим хоть как-то образумить иных безответственных писак и тех, кто им споспешествует. И хорошо, что во главе правления стоит настоящий полковник (кто только не иронизировал по этому поводу!). Тут, скажу я прямо, чтобы изменить укоренившиеся порочные нравы, нужна истинно твёрдая рука, не побоюсь сказать – рука диктатора. И пусть повизгивают те, кому это не понравится – иначе с ситуацией не справиться.

И наконец, последний вопрос, который в анкете поставлен первым.

1) Будь руководитель семи пядей во лбу и недюжинных сил, в условиях отчуждённости писательского сообщества от государства никто ничего не в состоянии тут что-то принципиально изменить, переломить, как ни старайся. Тут я должна непременно сказать, что если государство решит пишущую гвардию вернуть к служению ему, государству, в духовно-нравственном, патриотическом, идейном и эстетическом воспитания масс, как тому и быть положено, мы должны приготовиться к решению тех задач, которые ставит (поставит!) правительство перед литературой и культурой в целом. Только при этом условии оправдана и возможна деятельность государственных издательств, издание книг не мизерными тиражами, как теперь, а для массового читателя. Только тогда возможно возрождение прекрасно выстроенной в недавнем историческом прошлом системы книготорговли. Только тогда возможно вернуть литературе учительную функцию, которую она утратила. Кому не нравятся требования, предъявляемые к содержанию и художественному уровню издаваемых за государственный счёт произведений, пусть издаётся там, где раньше издавался, речь же не идёт о закрытии коммерческих издательско-полиграфических предприятий. Так что любимый либералами плюрализм никуда не денется.

Я рискую навлечь на себя ярлык ярой «совковки», закосневшей в несвободе, привыкшей смотреть на мир зашоренными идеологемами глазами. И скажет это всенепременно бывший «коммуняка», забросивший свой партбилет, тогда как я почти всю свою трудовую жизнь посвятила работе в СМИ краевого масштаба, не будучи членом КПСС. Как не принадлежала и не принадлежу ни к какой иной партии. Если бы даже объявилась Партия Совести, я и в неё не подумала бы вступать, поскольку совесть общественная далеко не всегда согласуется с совестью личной. Думаю, необоснованное возможное обвинение, уже готовящееся сорваться с уст моих визави, полностью снимет стихотворение, которым я хочу завершить свои ответы на вопросы анкеты.

 

И была у нас одна забота:
Как живое слово упасти
От острастки той партидиота,
Что в свисток жандармский нам свистит.

 

Ярой силой наливалось Слово,
Напрягалась тетивой строка.
Где зерно, а где одна полова,
Знали мы тогда наверняка.

 

Каждый взмах весла в цене, покуда
Супротив течения – баркас.
Нине ж ни плотины, ни запруды –
Лужею свобода растеклась.

 

И под безразличным небосводом
Соловьи ещё дерзают петь.
Мы – осоловели от свободы,
Позабыли мы, как соловьеть.

 

Как ни странно, я о том жалею,
Что не стало ныне палача,
Кто бы вздёрнул чей-то стих на рею –
Пусть хоть мой! –
в довольстве чтоб не чах.

 

Штиль да штиль… И нет порыва мысли,
Той, которой движет страсть одна.
Бригантины паруса провисли,
Никуда-то не плывёт она…

 

21 комментарий на «“Жизнь в этом Союзе еле-еле теплится”»

  1. Автор пишет, что её могут обвинить в привычке «смотреть на мир зашоренными идеологемами глазами». По-моему, в этой фразе не хватает дефиса. Я бы написал так: «смотреть на мир зашоренными идеологемами-глазами».

  2. Зато каков председатель! Александр Иванович Куприн! Под эгидой такого писать не переписать.

  3. Елена, вы продолжаете мыслить так, как будто по-прежнему живёте в СССР. А мы уже давно живём не в социалистическом, а в капиталистическом государстве. Сменился строй – сменилось и отношение к писателям со стороны государства. Социальных заказов больше нет. Направлять поток литературы больше не нужно, поэтому и жанр критики как таковой тоже стал ненужным. И почти исчез. Теперь мы живём в стране, где всё решают деньги и спрос. А СПР – лишь атавизм, оставшийся нам от СП СССР.
    Профессию писателя убрали из реестра профессий в 1994 году. Писатели нынешнему государству не нужны. Это хорошо продемонстрировал нам формально объявленный Год литературы, который ничего не решил. Так что все ваши упования на то, что государство одумается, вспомнит о писателях, и всё вернётся на круги своя, тщетны.
    Гораздо больше мне понравились ответы на вопросы анкеты Александра Курилова. Несмотря на то, что он старше вас, Елена, он живёт не в прошлом веке, как вы, а в нынешнем. И мыслит трезво.
    Но одно меня в ваших высказываниях порадовало – существование экспертного совета. Я живу в маленьком городе Ленске (республика Якутия), у нас тоже создан экспертный совет по рассмотрению рукописей на предмет издания за счёт районного бюджета. И мы тоже требуем наличие двух рецензий от членов СПР. Хоть какое-то реальное редакторское сито для графоманов. Вот только в нашем городе нет своего отделения СПР, экспертный совет создан при районном Совете депутатов.

  4. Сергей Москвитин, зачем Вы выдали графоманам алгоритм извлечения денег из бюджета?
    Теперь все районные графоманы поползут в свои районные советы депутатов — и начнут умолять создать при каждом таком совете — «Экспертный Совет По Рассмотрению Рукописей» (ЭСПОРАР). Разумеется, с окладами для председателя ЭСПОРАРа и для двух (как минимум) заместителей председателя…
    А потом начнут графоманы из ЭСПОРАРа писать графоманские экспертные заключения на графоманские рукописи… Закипит работа!
    И районным депутатам тоже работы прибавится: они начнут выяснять, с какого такого перепугу бюджетные деньги в Ленском районе разбазариваются нецелевым образом.
    А кончится всё это новым Ленским расстрелом!

  5. И кто будет переаттестовывать вломившихся в литературу графоманов? Региональный председатель? Так он тоже из вломившихся и собирает возле себя таких же бездарей. Иванову взять бы власть в свои руки и выпереть из СП всю окололитературную шелупонь, назначив сильный экспертный совет. Но тогда сильно поредеет и его окружение.

  6. Хотя бы для того, чтобы у вас, Психиатр, родился сюжет для новой фантастической повести в стиле Вадима Шефнера))

  7. Психиатру. Как вы элегантно выразились — «районные графоманы». Это от души! Знаю, что сейчас многие здешние комментаторы начнут скрежетать зубами, но тем не менее: а вы (лично вы, Психиатр) можете определить ПРИНЦИПИАЛЬНОЕ различие между т.н. графоманами и т.н. писателями?

  8. Курганову.
    Конечно, могу. Если убитое жизнью существо сидит днем и ночью за компьютером, время от времени подливая себе в стакан, и сопровождает своими дурацкими безграмотными комментариями каждую публикацию «Литературной России», — то это, безусловно, графоман.

  9. 1. Хорошую идею предложил «Психиатор» — создать в каждом регионе «Экспертный Совет По Рассмотрению Рукописей» (ЭСПОРАР). Название м.б. уточнено. Осталось определить Состав ЭСПОРАРа, т.е. «А судьи кто?».
    2. Видимо, это: филологи «либерального» разлива и «патриотического» направления, от Управления культуры, от местного ЛИТО, во главе Председатель — зам. Главы администрации по социальной политике региона. Состав не более 7 чел. Кто против?
    3. Направленность работы, лит. конкурсы региональные и российские, но на исторически нравственные и семейные ценности. Кто против?
    4. Переаттестовывать «вломившихся» графоманов не потребуется, т.к. они по решениям ЭСПОРАРа, не будут иметь финансирования.
    А за свой счёт: Всё кроме чернухи, порнухи, нецензурщины и прочих извращений. Кто против?

  10. Психиатру. Так вы не только психиатр. Вы ещё и комик! Потому что поразительно точно и восхитительно образно нарисовали шаржический (от слова «шарж») портрет настоящего ПИСАТЕЛЯ!

  11. Юрию Кириенко, ответ на коммент 9. Вы предлагаете совет по рассмотрению рукописей не более 7 членов. Но в Петербурге сделали умнее: там «Издательский совет» (распределяющий бюджетные деньги на ежегодное издание графоманов) состоит аж из 27-30 человек. Какими бы аналитическими способностями ты не обладал, никак не вычислишь итог голосования, а следовательно, не схватишь за руку тех, кто любит «дёргать за ниточки»

  12. Комментатору. Кто при этом отбирает экспертов? Что это за указующий орган ещё выше, чем совет экспертов? Всегда смущают советы организовать органы — экспертов, консультантов и так далее. Судьи кто?

  13. Гуесту. Вот и я о всё той же колбасе! Что это за должность такая- ЭКСПЕРТ? У Вовы Соловьёва в его теле-ток-шоу тоже все сплошь «эксперты». Тольку от них — один сплошной НОЛЬ. Одно только балабольство ( я написал бы более хлёсткое слово, но его редактор не пропустит). И у вас «эксперты» будут точно такие же как у Вовы. Потому что других НЕТ! И быть НЕ МОЖЕТ! Потому что у нас сегодня страна таких вот «эспеертов». Которые, что говорится. «ни шить-ни варить- ни пахать- ни сеять». А вот пожрать никогжда не откажутся! И, само собой. выпить. Куда же «эксперту» да без выпивки-то? Это будет уже не «эксперт», а «враг народа»!

  14. На № 13. Интересная информация.
    1. Ответите на вопрос: какой оклад у каждого члена «Издательского Совета» С.П.-га? И каков годовой бюджет этого Совета в целом?
    2. Каков в целом бюджет на «ежегодное издание графоманов» в С.П.?
    3. Может Вы или Кто? или Пред. и Секретариат СПР в курсе, а есть такой Издательский Совет в Москве, как регионе РФ?

  15. Психиатру. Да, я понял)) У Вадима Шефнера в его фантастических повестях много подобных забавных аббревиатур, высмеивающих советскую привычку всё сокращать))

  16. С 1997 по 2020 годы я написал и издал около тридцати книг без помощи Союза писателей России. Не хожу по министерствам, не прошу ни у кого денег. Просто помню завещание Михаила Булгапкова: «Ничего не просите у сильных мира сего. Захотят — сами найдут Вас и сами дадут».

  17. Николаю. А зачем ( я имею в виду издание тридцать книг)? Какой в этом СМЫСЛ?

  18. Николаю. Сильные мира сего захотели? Вас нашли и дали, как я понял. Если считаете себя примером для других, указали бы общий тираж ваших шедевров. Некоторые наши дамы-писательницы тоже по книжке в год издают у сильных мира сего, и у них миллионные тиражи совокупно. Сам Булгаков не был таким плодовитым.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *