ПИЛА-3: ПРОПОВЕДЬ РАСКАЯВШЕГОСЯ ЛЮЦИФЕРА

№ 2006 / 50, 23.02.2015


Маленькие дети, отважные и жестокие бестии, обожают слушать страшные сказки на сон грядущий. Ночью, высовываясь из-под спасительного одеяла, свистящим шёпотом пересказывают друг другу услышанное, на ходу вплетая в ткань повествования необходимые подробности, соответствующие своему особенному, детскому пониманию Ужасного.
Мифология народов мира изобилует разнообразными пугающими персонажами, чьё существование таит неизбывную угрозу людям. Простые смертные испокон веков были очарованы Смертью.
Серьёзная литература также не обошла вниманием тему Ужаса. От «готического романа» – к Майринку, Лафкравту, По, нашему великолепному Гоголю. Брэм Стокер одним своим романом о знаменитом трансильванском вампире создал целый культ, число адептов которого не уменьшается по сей день. Да и книги Стивена Кинга уже переросли стадию «просто бестселлера», став современной классикой жанра. Современный отечественный метафизик Юрий Мамлеев описал, пожалуй, все грани Русской Жути.
А уж в пространстве кинематографа искони образовались обширные «территории тьмы», «сумрачные зоны», где разум сценаристов и режиссёров рождает чудовищ на любой вкус. Не забудем и о том, что первый кинопоказ – «Прибытие поезда» братьев Люмьер – вызвал приступ панического страха в зрительном зале. Кино началось с испуга. И на протяжении всего XX столетия лучшие мастера экрана то и дело обращались в своих лентах к Запредельному, Неизведанному, Ужасному – к Смерти…
К сожалению, среди фильмов ужасов давно уже редкостью является действительно хорошее кино, на которое не жалко денег за билет. По законам рынка, энергичные и предприимчивые продюсеры перемололи Искусство в мейнстрим-продукт. Синеманы, с многозначительностью масонов, аккуратно посещают камерные показы лент Мурнау, Хичкока, Ромеро и Арженто, справедливо не ожидая обнаружить ничего достойного среди новинок. Но бывают и исключения, к каким, безусловно, относится трилогия «Пила» («Saw»). И вышедшая недавно третья часть доказала, что в жанре «хоррор» до сих пор возможно появление шедевра!
В принципе, все три фильма не являют собой нечто принципиально новое в кинематографе, подобных лент достаточно много. Вспомним хотя бы «Семь» с Брэдом Питом и Кевином Спейси. Поверхностный зритель может увидеть здесь лишь очередную вариацию популярного сюжета об изобретательном маньяке-убийце, озлобленном на весь мир. Но на самом деле всё гораздо серьёзнее… Прелесть (нет, конечно, ужас) «Пилы» заключается в её идее.
Важно не то, как показано насилие, но что за этим стоит – в чём смысл Ужаса!
У Маркиза де Сада в «120 днях Содома» подробные до анатомизма описания изуверств служат иллюстрациями примеров абсолютного господства одной человеческой особи над другой. «Пила» же своими технологично-кровавыми сценами убедительно демонстрирует принцип борьбы за выживание. Да, Конструктор – не только моралист, но и дарвинист.
Когда в 2004 году вышла первая «Пила», публика оказалась в некотором шоке: на экране развернулось не просто качественное брутальное зрелище, насыщающее кровь адреналином, но была представлена своего рода притча, требующая от зрителя довольно серьёзного осмысления увиденного. С экрана был задан прямой вопрос: «А достоин ли ты жизни, которую так легкомысленно прожигаешь, которой не дорожишь?» Просто похрустеть попкорном, периодически роняя душу в пятки, уже не получится: надо думать!
Умирающий от рака человек – Конструктор, он же Пила – похищает людей и помещает их в ситуацию тотальной несвободы – конструирует различные несовместимые с жизнью ловушки, очень виртуозно, надо сказать. В этом и заключается суть Игры: ценой собственной крови и невыносимой боли доказать право на существование, на место под солнцем. Конструктор считает, что его жертвы («эксперименты») слишком безответственно относятся к божественному дару жизни, не осознают выпавшего на их долю счастья, не достойны жить. Доказать обратное предельно трудно, для этого необходимо многое: преодолеть в себе «одомашненного» человека, превозмочь первобытный животный страх, укротить истерику оголённых нервов – во имя инстинкта самосохранения. Выиграть способен лишь человек с могучим Инстинктом. Таким человеком оказывается женщина, девушка-наркоманка с суицидальными наклонностями. Неожиданно, оказавшись в смертельной ловушке, за мгновения до смерти она обнаруживает в себе такую волю к жизни, что это меняет всё её бытие. Отныне она, «заново родившись», продолжает дело умирающего Конструктора…
Сиквел, где главной героиней была уже выбравшаяся из ловушки ученица Конструктора, поначалу откровенно разочаровал. Настолько вторичным, поверхностным казался фильм, что вероятность появления очередного продолжения вызывала лишь горькую усмешку. И только теперь, после просмотра «Пилы-3», стал понятен замысел создателей: вторая серия была намеренно слабее первой, чтобы на контрасте продемонстрировать качественное отличие насилия-возмездия от насилия-увлечения. Причинять людям страдания исключительно ради собственного удовольствия – пошло и бессмысленно, что и требовалось доказать. Вторая «Пила» – необходимый фрагмент кровавой головоломки, без которого не разгадать подлинный, глубинный смысл кошмарной Игры.
«Пила-3» – грандиозная и ужасающая фреска, завершающая макабрический триптих о самом гуманном кинематографическом садисте. Третья «Пила» ставит перед игроками (и зрителями!) новую задачу: готовы ли вы не только продемонстрировать волю к жизни, но и помочь ближнему выжить? Простить врага? Измениться, усмирив гордыню в себе? Ставка в игре прежняя – ваша жизнь.
Финал неожидан, циничен и начисто лишает зрителя иллюзий насчёт возможности большинства людей перебороть зло в себе. Сила зла – в слабости человека. Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко…
Гностический, очень серьёзный, по-настоящему страшный фильм. Предельно честная проповедь о любви к ближнему, которую вполне мог бы произнести раскаявшийся вдруг люцифер.
Фёдор БИРЮКОВ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *