СЕРЫЙ КАРДИНАЛ

Завтра нашу судьбу будут решать те, кто есть уже сейчас

№ 2015 / 1, 16.01.2015, автор: Александр САМОВАРОВ (Нижний Новгород)

Давно известно, что руководитель не может регулярно общаться более чем с шестью помощниками, соратниками. Т. е. огромная часть того, что мы приписываем лидерам страны, делается не ими. Порой они даже и представления не имеют, что реально происходит в стране.

И не потому, что кто-то их обманывает и что-то от них скрывает, просто силы человеческие ограничены. Так то, что мы называем брежневской эпохой, творение рук не одного только Леонида Ильича. В силу его ограниченности и как личности, и в силу его болезни, большая часть работы по руководству страны проводилась не им.

Уже давно ясно, что кроме Брежнева на ход событий более других влияли Алексей Косыгин, который руководил экономикой страны, Суслов, руководивший идеологией, и Андропов, отвечавший за КГБ. Вот эти три человека и влияли на ход событий иногда неизмеримо больше, чем Брежнев.

Меня давно интересовала борьба «русской» и «либеральной» партий, либералов и почвенников в СССР, я уже в книгах своих об этом писал, и статьи на эту тему публиковал, казалось бы, всё рядом, всё понятно, живы ещё активные участники тех событий, но сколько же неясного и тёмного остаётся. Так я был уверен, что борьбу эту развязали люди из руководства КПСС и КГБ.

В этой своей версии я укрепился после выхода книги А.И. Байгушева о «двух партиях» в КПСС, по мнению Байгушева здесь работал со стороны власти принцип «разделяй и властвуй», когда сознательно столкнули две группы интеллигенции. 

 

Оказалось, что не так всё однозначно. В своей большой статье «Охранители и либералы» Вячеслав Огрызко в «Литературной России» исследовал почти самые истоки этого противостояния, анализируя хрущёвскую эпоху. И оказалось, что я преувеличивал роль Суслова, он сам в это время был всего лишь одним из игроков, хотя всё это было: и его роль, и роль КГБ ещё до всякого Андропова. Но запустил это противостояние даже не Хрущёв, хотя его вклад в ссору интеллигенции огромен, своим докладом на ХХ съезде КПСС он и поделил интеллигенцию на либералов и консерваторов, а началось всё ещё при Сталине. Борьба Сталина с космополитизмом, вот начало противостояния. Именно Сталин очертил контуры этой борьбы. Затихшая после смерти Сталина борьба с космополитизмом неожиданно отозвалась уже при Хрущёве. И сначала это было противостояние антисталинистов и сталинистов.

Разбирая все эти дрязги Огрызко по-разному называет антисталинистов – «левые», «западники», «либералы». Хотя понятно, что левые и либералы это не просто не одно и то же, а нечто противоположенное. Но в искажённом советском пространстве всё так и было. Сначала эти люди были «левыми», сторонниками возврата к ленинизму, потом постепенно становились либералами и западниками.

Точно так же как и «почвенники». Сначала они никакие не почвенники, а тайные и явные сталинисты, потом они поделились на сталинистов и почвенников, хотя некоторые умудрялись совмещать эти ипостаси. А тот же Солженицын находился в либеральном лагере антисталинистов, но потом сформируется известный нам Солженицын – русский националист, православный почвенник и антизападник.

К сильным сторонам исследования Огрызко я бы отнёс то, что он использует архивы, первоисточники. К слабым то, что во многом он доверяется негласному помощнику Суслова А.И. Байгушеву, а воспоминания того изрядно противоречивы.

Очень интересны записки руководителя КГБ Семичастного, в которых он анализирует настроения интеллигенции, тут просто чувствуешь пульс того времени. Собственно критика Сталина в это время криминалом не была, скорее это был плюс в свете решений ХХ съезда, но кагебешники засекли новую тенденцию. Часть интеллигенции считала, что дело не в Сталине, а в самой системе. Наиболее ёмко и яростно о Системе высказалась Ольга Берггольц: «Как могло произойти, что Сталин при Советской власти стал императором? Всему виной идеалистическая система, которую оставил Ленин. Об этом думает вся интеллигенция и все, кто может размышлять. Думают, но боятся произносить вслух». Говоря о построении в нашей стране социализма, Берггольц отметила: «Неужели та тяжёлая, безрадостная жизнь, в которой мы живём, и есть социализм? Неужели бесправие, засилие хамов и тупиц – социализм? Неужели гнетущее равнодушие к людям, массовый обман, дичайший бюрократизм, коррупция, взяточничество, массовое пьянство, хулиганство, озверение, падение нравственности это и есть социализм? Ну, знаете тогда мне не нужен коммунизм».

Удивительные стихи написал Окуджава:

Настоящих людей так немного!
Всё вы врёте, что век их настал!
Настоящих людей очень мало,
На планету с десяток едва!
А на Россию одна моя мама!
Только, что она может сама?!

Я не очень понимал, за что почвенники так не любили Окуджаву, после этих стихов стало понятно. Трогательный эгоизм Окуджавы выглядит здесь как русофобия.

И не очень было понятно, почему с этими антисоветчиками советская власть так носилась. Почему вместо того, чтобы просто их не публиковать или хотя бы не делать им рекламу, их постоянно упоминали, награждали, вокруг их имён возникали дискуссии. Допустим, что при Хрущёве они были полезны Никите Сергеевичу как разоблачители Сталина, ну а при Брежневе? Что ни либерал – тот весь в орденах, деньгах и славе.

Ответ на этот вопрос не такой уж и простой. Одна часть ответа состоит в том, что других не было. Ну не было второго Евтушенко, о славе которого нашим современникам и рассказать нельзя, не поверят. Его просто боготворили люди. В это трудно сейчас поверить, но это так было.

Отвечавшим за идеологию чиновникам нужны были таланты. Ибо только таланты могли заводить молодёжь, примерять народ с действительностью. Ну, оставь одного Софронова с Исаевым, при всей их лояльности люди взвоют от их творчества.

А чем талантливее человек, тем он сложнее, противнее, можно и так сказать. Тем больше с ним нужно возиться.

Но это лишь часть ответа. Другая часть ответа неожиданная. Эти люди были близки чиновникам, которые отвечали тогда за идеологию и литературу в ЦК КПСС. Романов, Лебедев и тот же Суслов хотели приручить талантливых либералов. И при Брежневе Суслову в полной мере это удалось.

Суслов предпочитал видеть некоторых из этих талантливых людей в качестве своих агентов, именно так пишет об этом Огрызко: «Со временем свои люди у Суслова появились практически во всех структурах, имевших хоть какое-то отношение к идеологии. Особенно много агентов влияния он имел в писательских рядах и журналистской среде. Леонид Соболев и Виктор Полторацкий подробно информировали его о настроениях в лагере охранителей. Валентин Катаев сообщал, что делалось в молодёжной среде и у либералов. Борис Полевой и Александр Чаковский бдительно следили за реакцией деятелей культуры на Западе. Особым доверием у Суслова пользовался Егор Яковлев, который в 1960 году был из газеты «Ленинское знамя» переведён на ключевую должность в редакцию газеты «Советская Россия».

Особенно здесь умиляет фигура Егора Яковлева, одного из творцов перестройки Горбачёва. Но кто сказал, что Яковлев и прочие ходили бы в фаворитах у Суслова, доживи он на своём месте до перестройки? Кто сказал, что Суслов не вытащил бы из рукава другие фигуры, и перестройка была бы другой?

Ведь чем мы яснее видим лик Михаила Горбачёва, тем нам понятнее, что не он рулил процессами, он за ними едва поспевал.

Суслов был государственник, он исходил в своей политике из интересов государства. Разве в интересах государства было выдвигать и ставить на ключевые позиции тех, кто ненавидел это государство? И уж во всяком случае, как минимум, Суслов сделал бы как всегда – уравновесил бы либералов консерваторами. Горбачёв пытался идти по этому пути, но что у него вышло? Ничего не вышло. Для него эта задача оказалось очень сложной. Он мог дать зелёный свет или тем или другим. Но никак им всем вместе.

Хотя кто сказал, что Суслов вообще доверил бы либералам проводить реформы? Это надо было быть полным дураком, чтобы им чего-то серьёзное доверять, тем более судьбу государства. Они и грохнули страну, они и создали пародию на страну – РФ Бориса Ельцина.

Оказалось, что у них нет за душой при всём их внешнем блеске ничего своего, только привозное. Максимум, на что они были способны – передрать всё на Западе и сделать из России пародию на западное государство.

Вообще если в это вдуматься, то это страшно, что от какой-то группы людей, ограниченных в своих суждениях и взглядах, зависит наша судьба. Но так было во все времена, к сожалению. Но кто доверит судьбу страны людям, которые ненавидят эту страну и этот народ? Неужели Суслов бы близко подпустил Александра Яковлева и Егора Яковлева к решению судьбы государства? Они были хороши каждый на своём месте.

Можно задать вопрос – а если бы у Суслова не было таких людей? Не было тех, кто мог бы заменить всю эту перестроечную колоду. Ну, тогда бы он вообще не начинал перестройку.

Мы ведь только сейчас подошли к тому, что у нас есть кому заменить эту команду! Есть охранители Путина, есть имперцы, есть русские националисты. Дело за новым Сусловым, который вылепит из всего этого новую команду.

Статья Огрызко подводит к простому, но не всем понятному выводу – то, что завтра будут решать нашу судьбу те, которые есть уже сейчас. Уже сейчас аналитики могут сказать, какой будет завтрашняя страна. Точнее, они могли бы это сказать, если бы… если бы не человеческий фактор. Мы не знаем, как сыграют главные игроки, поведение их субъективно.

Но кто знал в 1962 году, что уже есть на арене те, кто будет определять нашу судьбу в 1986 году? Есть те самые силы, и они не очень поменяются за 20 лет.

Сначала они говорили – давайте сделаем как Ленин. Потом они сами всё-таки поняли, что такое Ленин. Что этот политик в результате своего правления оставил страну нищую, с массовой безработицей, массовой проституцией, с миллионами бездомных детей. Именно такой была Россия в 1924 году. Это даже не социальное государство было, все выживали, как могли в условиях государственного капитализма.

Они разобрались, что такое Ленин, но почему-то во всём обвинили… Россию и русский народ. И страна не та и народ не такой (читайте Александра Яковлева, его мемуары и размышления), а надо сделать всё как на Западе.

Но можно ли сделать «как на Западе», ненавидя свою страну и свой народ? Нет, нельзя. Можно так сделать лишь любя свой народ. Ибо на Западе любят свои народы, служат им, восхищаются своими народами.

Вернёмся к важному вопросу – мог ли серый кардинал Суслов сформировать команду перестройщиков? Думается, что мог бы. Как именно, мы не знаем. Ибо в профессии политика очень много от фокусника. Что именно он вытащит из рукава?

Что вытащил из рукава Александр Яковлев, мы знаем. Он пошёл, по его словам, к Филиппу Бобкову в 5 управление КГБ и вытащил то, что было в том рукаве. Но было много других управлений. Было много других политиков, журналистов, публицистов. Мы и понятия не имеем, какой пасьянс лёг бы у Суслова. Это и есть высшее мастерство политика – найти нужных людей и расставить их по местам.

Хотя статья Вячеслава Огрызко охватывает короткий промежуток времени, но она даёт возможность понять динамику развития тенденций и в лагере консерваторов и в лагере либералов. Хотя есть и накладки. Так, в статье говорится, что вместо того, чтобы противопоставлять Евтушенко бездарного Исаева, можно было противопоставить ему Рубцова. Это неверно. Рубцов не был советским, а Евтушенко им был. И потому тогдашняя советская публика Рубцова бы просто не поняла, а советских Евтушенко, Вознесенского и Высоцкого она принимала на ура.

Но это частности. Из статьи мы видим, как зарождался советский либерализм, как процветал, пригретый партийными чиновниками, и сами уже мы понимаем, как эти тепличные деятели, вдруг, получили в 1991 году реальную власть в стране. Они не были к этому готовы, и не было того, кто управлял бы ими. Серый кардинал Суслов умер, а новый серый кардинал ещё не родился.

Сегодня же мы видим агонию советского либерализма, который за все эти 50 лет так и не смог стать русским либерализмом, мы видим почти смешные фигуры, смешные несмотря на то, что некоторые из этих людей, несомненно, умны и талантливы.

Из кабинетов власти они постепенно перебираются в привычное для них состояние критиков власти, но критиков пустых. Думается, что наименование их пятой колонной в РФ – это лесть. Не тянут они на пятую колонну сами по себе.

Ну, а почвенники, охранители и русские националисты получили сейчас свой шанс. При условии, что найдётся новый серый кардинал, который и расставит всех по своим местам.

 

Источник: АПН (Агентство политических новостей), г. НИЖНИЙ НОВГОРОД, 2014-12-10

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *