Жертва обстоятельств

№ 2010 / 22, 23.02.2015

Я все­гда знал, что на­ши пи­са­те­ли и кри­ти­ки – на­ту­ры эмо­ци­о­наль­ные, ув­ле­ка­ю­щи­е­ся и да­же стра­ст­ные. Но не до та­кой же сте­пе­ни…
В на­ча­ле 2010 го­да ре­дак­ция «Ли­те­ра­тур­ной Рос­сии» вы­пу­с­ти­ла кни­гу Юрия Пав­ло­ва «Кри­ти­ка ХХ–ХХI ве­ков.






Юрий ПАВЛОВ
Юрий ПАВЛОВ

Я всегда знал, что наши писатели и критики – натуры эмоциональные, увлекающиеся и даже страстные. Но не до такой же степени…


В начале 2010 года редакция «Литературной России» выпустила книгу Юрия Павлова «Критика ХХ–ХХI веков. Литературные портреты, статьи, рецензии». В аннотации к ней было сказано: «Один из самых заметных критиков нашего времени Юрий Павлов известен своим пристрастным взглядом на современную русскую литературу. Статьи его ярки, полемичны и всегда вызывают бурную дискуссию».


Дискуссия грянула незамедлительно, но поводом к ней стала не книга Павлова, а нечто совсем иное…


В газете «Завтра» от 24 февраля 2010 года Владимир Винников в заметке «Апостроф» не стал рецензировать сборник Юрия Павлова, хотя и собирался это сделать, а ухватился за эпизод в эссе, посвящённом Василию Розанову, «обиделся» за Белинского, вступился за него и весь свой пыл потратил на обвинения в адрес автора книги.


Юрий Павлов в статье «Белинский как эмбрион, или Спасибо Винникову» («Литературная Россия» от 9 апреля сего года), ответил…


Надо заметить, что «Литературная Россия», по моим многолетним наблюдениям, всегда давала слово всем заинтересованным сторонам. И в этот раз она не пожалела своих газетных страниц для желающих высказаться.


В номере газеты от 16 апреля 2010 года появилась статья Романа Сенчина «Улыбнуться или ужаснуться?» А в следующем номере были опубликованы аж две заметки на заданную Юрием Павловым тему… Однако главное положение Юрия Павлова о Белинском как основоположнике вульгарного социологизма осталось без внимания авторов статьи.


Если все предыдущие критики Павлова выступили в защиту Белинского, то Сергей Сергеев в статье «Павлов как симптом, или Арьергардный провинциализм» («ЛР» от 30 апреля 2010 года) не смог скрыть своей личной обиды: «Юрий Павлов… уже вторично дарит меня своим неблагосклонным вниманием».


Сергеев немедленно перешёл к разговору о личности своего обидчика: «Поговорим о качестве опусов самого Павлова, который в последнее время взял что-то слишком менторский тон, очевидно, воображая себя новым Селезнёвым».


Между прочим, тон статьи самого Сергеева – не только «разнузданный и издевательский», но и по-настоящему оскорбительный по отношению к оппоненту. Павлов для Сергеева – «не творец», «начётчик», «ортодокс», «образование его явно оставляет желать лучшего» (эта фраза комична и достойна карикатуры в «Крокодиле»: «Кандидат исторических наук Сергей Сергеев даёт пинок доктору филологических наук и профессору Юрию Павлову»); кроме того, Павлов, оказывается, «не дружит с формальной логикой», «застрял навеки в середине 80-х», «входит в число адептов почвеннической секты» и даже служит там «почвенническим полицмейстером».


Впрочем, пафос Сергеева понятен, ведь в отличие от других критиков Павлова он защищает от «павловщины» не столько Белинского, сколько себя, любимого.


Владимир Винников тоже, вероятно, посчитал себя обиженным и счёл необходимым ответить Юрию Павлову.


Итак, каков итог дискуссии на сегодняшний день?.. Все дружно бросились на защиту Белинского, считая, что Павлов решил оскорбить его и «сбросить с парохода современности».


В том, что у Белинского были и есть «недоброжелатели», нет ничего удивительного, не случайно его окрестили «неистовым». Кроме Фёдора Достоевского и славянофилов, в число оппонентов критика надо включить Василия Розанова, а также нашего современника Дмитрия Галковского. Он в своём третьем, наиболее полном на сегодняшний день двухтомном издании «Бесконечного тупика» (2008 г.) «проехался» по Белинскому и революционным демократам с таким мстительным наслаждением, что даже мокрого места не оставил. Да и поклонники Белинского вынуждены признать: «Конечно же, никто также не станет спорить и с тем, что Белинский в своих оценках и приговорах нередко ошибался и бывал иногда совершенно неправ, что впоследствии подтвердилось самой историей» (Александр Руднев).


Цель Юрия Павлова была иной. Ведь он уточнил, что «о другом Белинском, мысли которого помогают постижению литературы, мы скажем в другой раз». Но это уточнение заметил, к его чести, только Николай Крижановский в отклике «Левая опричнина» («ЛР» от 14 мая 2010 года).


Основной тезис Павлова о том, что «Белинский заложил основы вульгарно-социологического подхода к литературе», так и не был рассмотрен.


Вот что пишет об этом Юрий Павлов: «Белинского без преувеличения можно назвать основоположником вульгарного социологизма в литературоведении и критике. Так, «неистовый Виссарион» в своей «главной» работе «Сочинения Александра Пушкина» оценивает человека, образы «Евгения Онегина», исходя из следующего теоретического постулата: «Зло скрывается не в человеке, но в обществе» (курсив мой. – В.Б.). И как результат такого подхода – известные со школьной скамьи, ставшие аксиоматичными, но в корне неверные характеристики: «Не натура, не страсти, не заблуждения личные сделали Онегина похожим на этот портрет, а век»; «Его можно назвать эгоистом поневоле; в его эгоизме должно видеть то, что древние называли «fatum»; «Создаёт человека природа, но развивает и образует его общество. Никакие обстоятельства жизни не спасут и не защитят человека от влияния общества, нигде не скрыться, никуда не уйти ему от него».


Вполне очевидно, что Евгений Онегин, как и любой герой, человек, для Белинского – продукт общественных отношений, жертва обстоятельств. При таком подходе личности отказывается в качествах субъекта – творца себя, общества, истории – и с неё снимается ответственность за содеянное» (курсив мой. – В.Б.).


Именно в этом – нерв современной аксиологии и методологии, исходная точка сегодняшних мировоззренческих споров. Речь здесь идёт о «тех отечественных традиционных христианских ценностях, которые всеми своими статьями утверждает Ю.Павлов» (Николай Крижановский). Если для атеиста Белинского стало аксиомой утверждение о том, что «человека среда заела», то для русского православного верующего, в том числе критика и писателя, нет ничего важнее евангельского откровения: «Зло исходит из сердца человеческого». Несколько иначе, но не менее точно об этом сказал поэт Николай Рубцов: «Мы сваливать не вправе вину свою на жизнь…»


У Юрия Павлова, к счастью, превалирует не публицистический, а концептуальный подход к данной проблеме.


Поэтому продолжать дискуссию надо по существу.

Виктор БАРАКОВ,
г. ВОЛОГДА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *